Всего за 429 руб. Купить полную версию
Послышались его шаги. Но не к выходу, а к ней. Осторожные, неуверенные. Так сама Джоанна приближалась вчера к мистеру Солту.
Ник остановился рядом с ней. Его присутствие ощущалось так ярко, так остро. Даже не оборачиваясь Джоанна четко представляла широкие плечи и квадратный подбородок парня.
Что произошло вчера утром? его рокочущий голос прозвучал мягко.
Джоанна ощутила приступ дурноты. Интересно, часто ли родные делали это крали жизни? Сколько забирали времени и у кого? Воровала ли Рут годы для путешествий у соседей? Или у кого-то из знакомых?
На секунду возникло безрассудное желание во всем признаться Нику. Джоанна всегда чувствовала себя лучше после разговоров с ним. Кроме того, вчерашнее происшествие казалось таким пугающим и невероятным, что она просто обязана была хоть с кем-то поделиться. Но только не с Ником. Бабушка предупредила, что нельзя сообщать обычным людям о существовании монстров.
С первого этажа донеслись голоса: сотрудники музея прощались друг с другом. Снова послышалось хлопанье дверей. Люди расходились по домам.
Я только хотела попросить прощения, с трудом выдавила Джоанна и попыталась сглотнуть ком в горле.
Теперь она понимала, что не следовало вообще появляться здесь. Не следовало искать встречи с Ником. Хотя к кому тогда обратиться? По правде говоря, после вчерашних событий Джоанна очутилась в новой реальности: странной и опасной. В реальности, к которой он не принадлежал.
Несколько бесконечных секунд Ник не отвечал. На его лице мелькали тени различных эмоций. Кажется, сейчас он гадал: увидит ли снова Джоанну, если она сейчас уйдет?
Сердце болезненно сжалось. Она сказала Рут, что ей нравится напарник по работе, разделяющий любовь к истории, но на самом деле чувства были куда сильнее. С первой же встречи между ними будто пробежала искра узнавания. Возникло ощущение, что они знали друг друга всю жизнь. А после приглашения на свидание Джоанна только что не летала, окрыленная неведомыми до сих пор эмоциями. Она и не представляла, что существуют столь глубокие и сильные переживания.
Поэтому одна мысль уехать и не возвращаться никогда больше не увидеть Ника заставляла сердце болезненно сжиматься, разбиваясь на тысячу осколков. Но так нужно. Джоанна знала, что обязана это сделать, так как никогда не смогла бы солгать ему. Она и сейчас испытывала острое желание все рассказать.
Пожалуйста, не надо, прошептал Ник, стоя совсем близко к Джоанне. В его темных глазах мелькнула боль. Не уходи.
Значит, он и в самом деле догадался.
«Я должна, подумала Джоанна, потому что не доверяю себе, когда ты рядом. И боюсь того, что могу тебе рассказать. Боюсь того, кем являюсь».
Но когда Ник снова умоляюще попросил: «Пожалуйста», она поймала себя на том, что кивает.
Сотрудникам запрещалось задерживаться в музее после закрытия, и Джоанна чувствовала неловкость оттого, что нарушает правила, так как обычно исполняла законы и предписания неукоснительно. Как и Ник. Но сейчас они оба прошли в дальний конец библиотеки и устроились прямо на деревянном полу под большим окном, где отсутствовала вероятность повредить ветхие предметы обстановки.
Ник постелил свой пиджак в качестве импровизированного покрывала для пикника, достал из рюкзака плитку шоколада с орехами и серьезно прокомментировал:
Не хочу уронить на паркет крошки.
Белый ворот рубашки чуть съехал, пока Ник расправлял складки, и Джоанна старалась не смотреть на его шею, а когда он передал шоколад, вздрогнула от соприкосновения их пальцев и с трудом удержалась, чтобы не отшатнуться. Чтобы забрать время у мистера Солта, оказалось достаточно просто мимолетно дотронуться до его затылка. Джоанна никогда не простила бы себе, если бы с Ником произошло то же самое. Не простила бы себе, если бы забрала часть его жизни.
По молчаливому согласию они избегали обсуждения неудавшегося свидания, придерживаясь безопасных тем.
Ты сегодня помогал в саду? поинтересовалась Джоанна и поняла, что ее слова прозвучали так же неловко, как она себя чувствовала.
Нет, заканчивал инвентаризацию к аудиту страховой компании, хотя в глазах Ника мелькали десятки собственных невысказанных вопросов, он все же ответил на ее. От усталости его акцент уроженца Йоркшира становился заметнее, что произошло и сейчас. Я составлял каталог предметов в той комнате, которая так тебе нравится с маленькими картинами.
Палата с миниатюрами, кивнула Джоанна.
Наверное, Ник потратил уйму времени, чтобы описать все интересные предметы. Это работа предназначалась для двоих, а он делал ее в одиночку. Неудивительно, что он так устал. Почувствовав себя виноватой, Джоанна опустила глаза. Раскаяние, как живое существо, грызло ее изнутри. Вчера мистер Солт. Сегодня Ник. Кому она причинит боль завтра? Пусть это и произошло ненамеренно, но лучше от этого не становилось. Так поступали все монстры?
По мере ничего не значащей беседы напряжение из-за невысказанных вопросов между ними нарастало. Казалось, непроизнесенные слова звучат громче тех, что слетали сейчас с языков.
Джоанна подтянула колени к груди и обняла их. В Холланд-Хаусе становилось все тише и тише, пока даже паркет не прекратил скрипеть. Во всем музее теперь находились только они двое.
Вечернее солнце заливало лучами наполовину избавленную от пыли картину на противоположной стене.
Мы так и не закончили уборку, заметила Джоанна. Работы оставалось максимум минут на тридцать. Я все доделаю, перед тем как уйти.
Подождет до завтра, тихо проговорил Ник.
Завтра. Джоанна не знала, что будет завтра. Она с трудом могла думать о сегодняшнем вечере, поэтому сейчас выкинула все мысли из головы и откинулась на стену. Пыльная картина размером была почти в натуральную величину, но отсюда выглядела как одна из миниатюр. На портрете мужчина в охотничьем костюме эпохи Регентства стоял под дубом, надменно приподняв подбородок.
Ник проследил за взглядом Джоанны и улыбнулся.
Астрид называет этого пижона писаным красавцем. Поспорить сложно, он и правда написан маслом.
К своему собственному удивлению, Джоанна рассмеялась. Ей самой всегда казалось, что изображенный на картине мужчина скорее жестокий. Он попирал сапогом распростертый у ног труп убитой лисицы. Художник придал глазам охотника выражение холодного торжества, как у настоящего хищника.
Говорят, когда-то Холланд-Хаус принадлежал ему, добавил Ник.
Можешь себе представить, каково было здесь жить всего одной семье? протянула Джоанна, вспомнив количество пустовавших сейчас комнат. Такое огромное пространство.
Не могу вообразить свое детство в подобном месте, Ник поднял взгляд к потолочному окну, где на фоне вечернего неба уже проступали серебряные звезды. Мы с братьями и сестрами росли в крошечной двухкомнатной квартирке. Для восьмерых она была слегка тесновата. Эти слова прозвучали уже спокойно, больше похоже на привычные беседы.
Восьмерых? с изумлением переспросила Джоанна, которая хоть и знала о наличии у Ника братьев и сестер, все же не представляла, что их окажется так много.
Трое братьев и две сестры, кивнул он. Все мальчишки спали в гостиной до тех пор, пока мне не исполнилось семь лет. Но мы не возражали. Было даже уютно, ну, знаешь как бывает?
Ага, вздохнула Джоанна, вспоминая летние каникулы с семейством Хант. Она любила спокойствие и безмятежность их с отцом дома, но и гостить у бабушки тоже обожала. Раньше, во всяком случае. Сейчас же не могла понять, как к этому относиться. От этой мысли на глаза навернулись слезы, и она зажмурилась, чтобы их отогнать. Знаю.