Всего за 199 руб. Купить полную версию
Значит, ты философствующий бармен.
В точку.
А твои родители, как они отнеслись к выбору такой профессии?
Я снова отвожу взгляд в сторону.
Мамы давно нет в живых, а отец живет далеко отсюда. Он не очень интересуется моей жизнью. Если быть точной, совсем не интересуется.
Новая ложь.
Мне жаль, Ди. Правда, жаль.
Ничего, я привыкла.
Встречаешься с кем-то? переводит она тему.
Нет, я качаю головой. И хватит обо мне. У нас есть еще планы.
Правда? Зоя вздергивает брови. А я думала, на сегодня мы уже закончили.
Ну уж нет. В новую жизнь надо врываться стремительно. Идем.
Сразу предупреждаю, что красить волосы не буду, она встает, закидывая на плечо сумочку. Ни разу в жизни не красилась, даже мелирование не делала.
И правильно, тебе это ни к чему. Такой цвет волос не каждый стилист сделает. Но можно подстричься, так ведь? А вообще, по плану был поход по магазинам.
Мне уже страшно.
И правильно, смеюсь я.
Нет, нет, нет, Зоя мотает головой, даже толком не успев рассмотреть, что я подсунула ей в примерочную. Кофта и правда легкомысленная, но не настолько, чтобы ее не купить и не носить.
Просто примерь. Не понравится, не будешь брать.
Я не буду.
Отлично. Тогда просто примерь.
Зоя пытается прожечь меня взглядом, но я никак не реагирую, только улыбаюсь.
Ладно, она забирает кофту, а я следом подкидываю еще несколько, которые держала за спиной.
Просто примерь! быстро говорю на ее взгляд и задергиваю штору. И мне не забудь показаться.
Через полминуты Зоя отдергивает штору и упирает руки в боки, глядя на меня.
Супер, киваю я. Берем.
Она только возмущенно открывает рот, поворачиваясь к зеркалу. Критически себя осматривает, вставая то одним боком, то другим.
Зоя, у тебя классная фигура, тем более для твоего возраста. Ты худая, талия тонкая. Грудь небольшая, но имеется же, главное, правильно все подчеркнуть. Что и делает эта кофта. Бери, ты ведь сама хочешь.
Она опускает руки, словно сдаваясь, и поворачивается ко мне.
Мне нравится, признает. Но я уверена, что не наберусь смелости ходить в ней.
Эй, не наберется смелости прежняя Зоя, и это понятно. А ты новая Зоя, и сама не заметишь, как скоро начнешь себя чувствовать в такой одежде комфортно. Она не пошлая и не вычурная, просто подчеркивает твою фигуру. Вот и все.
Но куда я буду в этом ходить?
Куда? я делаю вид, что думаю. Например, можем попросить продавца отрезать ярлык, и ты пройдешься в ней по торговому центру. Слушай, Зоя, у твоих предков стояли за стеклом сервизы, которые доставали только для того, чтобы стереть с них пыль?
Она смеется, взгляд становится мягче, видимо, думает о своей семье.
Намек понят, говорит мне. Просто Мне кажется, все будут на меня смотреть и думать, что я молодящаяся коровушка, она понижает голос, а я прыскаю.
Черт, иногда забываю о том, что возраст мало что играет в жизни человека. В том плане, что Зоя такой большой ребенок, со всеми тараканами и комплексами из детства, которые таким вот образом трансформировались сейчас.
Мужики так точно не будут думать. А что касается женского пола Поверь, когда я вижу взрослую женщину, то ничего не думаю. Мне все равно. Мне двадцать два, я живу в другой реальности. У нас разные плоскости интересов, желания и методы их достижения. Тридцатилетним тоже по фиг, у них тоже своя реальность. Максимум, они могут подумать, что было бы классно выглядеть в сорок пять, как ты. Так что единственные, кто могут назвать тебя молодящейся коровушкой, это завистливые ровесницы. Но них просто глупо обращать внимание.
Зоя, вздернув брови, снова осматривает себя в зеркало с куда большей уверенностью, чем в прошлый раз. Спину выпрямила, плечи расправила, и даже сама не заметила этого. Иногда человеку нужно всего пару слов, чтобы что-то в нем изменилось. Или положило начало изменениям. А Зоя хочет меняться, просто боится. Но все равно тянется к новой жизни, и это круто. Такого человека стоит уважать.
Слышала фразу, что женщины одеваются не для мужчин и даже не для себя? спрашивает Зоя, когда я запахиваю штору, чтобы она примерила следующую кофту.
А для кого?
Для других женщин.
Усмехаюсь, качнув головой.
Мне кажется, в наше время женщины одеваются для социальных сетей.
Интересно, как у них обстоят дела в реальности.
Ну я думаю, на каждый товар найдется покупатель.
Зоя высовывает из-за шторки голову.
Товар? спрашивает, глядя на меня, я морщусь.
Прости. Просто мне сложно воспринимать такой тип девушек как реальных. Они создают такую красивую картинку в интернете, что кажется, в жизни к ним просто боятся подходить. Слишком идеально тоже не очень-то хорошо.
Зоя отодвигает штору, демонстрируя мне еще одну кофту.
Для них есть олигархи, говорит мне, пока я разглядываю ее.
Наверное. С олигархами я мало знакома. Встречала только один раз.
Правда? Зоя смотрит с интересом. Я пожимаю плечами. И как он? То есть я хочу сказать
Он необычный олигарх, улыбаюсь ей. По крайней мере, мне так кажется. Сравнивать-то не с кем. Классный мужик.
Зоя едва заметно хмурится, щурясь, смотрит на меня еще пару секунд, потом задергивает шторку, чтобы примерить следующую кофту.
У вас был роман? спрашивает оттуда.
Ну конечно, не глядя в глаза, провокационные вопросы задавать проще. Как и отвечать на них.
Нет, я прислоняюсь спиной к стене, сунув руки в карманы штанов. Просто случайная встреча.
Ясно.
Я криво улыбаюсь сама себе. Врать, когда не смотришь в глаза собеседнику, тоже значительно проще.
После того, как мы покупаем красивые шмотки в новом стиле, Зоя еще проходится по магазину и берет несколько повседневных.
Перебери вещи дома, советую я. Есть такая психологическая практика. Нужно собрать и выкинуть вещи, которыми не пользуешься и которые тянут тебя назад.
Все должно быть в порядке, задумчиво тянет Зоя, пробегая пальцем по ряду вешалок. Так моя мама говорила, переводит взгляд на меня. Она была помешана на порядке и чистоте. Раз в год перебирала все вещи, которые были в доме и вытаскивала на помойку огромные пакеты. Я все время не могла понять, откуда за год берется столько новых вещей, которые нужно выбросить. А потом поняла: это не новые, это все те же старые. Они потеряли свою значимость за год.
Тебе от этого грустно?
Я не знаю, она мягко улыбается. Не знаю. У моего папы была сумка с инструментами, одна небольшая спортивная сумка. Каждый год мама давала папе эту сумку и просила разобрать ее, потому что она в инструментах не смыслила.
Он не разбирал?
Нет. Обещал. Каждый год говорил, что надо, но в итоге она несколько дней стояла в углу комнаты, а потом мама отправляла ее обратно в шкаф. Когда папа умер, вдруг оказалось, что эта сумка то немногое, что было его, что могло бы напомнить о нем. Я полезла в нее, и оказалось, что она набита хламом. Перегоревшие лампочки, старые неработающие провода, и все в таком духе. Мне было так обидно. Как будто я открывала коробку с подарком, а она оказалась пустой.
Но ведь что-то от него осталось?
Много всего, Зоя кивает, проходя к кассе. Он был хорошим мастером по дереву. Просто я надеялась узнать о нем что-то новое, личное, что не было на виду перед моими глазами всю жизнь. Но увы
Давайте вещи, девушка-кассир выдергивает нас из разговора с дежурной улыбкой на губах, Зоя на меня не смотрит, стоит, постукивая длинными тонкими пальцами по стойке.
Мне хочется ей сказать, что неловкость после откровения это нормально. Даже между близкими людьми, и уж тем более между теми, кого ты совсем не знаешь. И что я все понимаю, и мне тоже немного неловко, потому что с чужими откровениями ведь надо что-то делать, как-то на них реагировать, так, чтобы не оттолкнуть от себя человека.
Доверие хрупкая материя, и чтобы сохранять ее в равновесии, нужно прикладывать усилия. Для меня это и вовсе почти работа. Я никогда не откровенничаю с другими. Никогда не расскажу вот такое, чем со мной делится Зоя. Я слушаю, анализирую, запоминаю чтобы понимать, что ждет меня в общении с тем или иным человеком. Так проще. Проще, чем натыкаться на острые углы, а потом залечивать раны.