Всего за 199 руб. Купить полную версию
Да.
Успенский.
Снова забаррикадировался?
Бросаю взгляд на телефон. Экран черный, но тут же вспыхивает. Заноза.
У тебя что-то срочное?
Хотел просто узнать, как тебе роль дяди, он тоже смотрит на мой телефон. Тебе звонят.
Пусть, переворачиваю телефон экраном вниз. Успенский вскидывает бровь, но не комментирует.
Так что? Племянница уже освоилась?
Более чем, не могу сдержать раздражения.
О, все так сложно? Хотя о чем это я? Выжить в одном пространстве с тобой дано не каждому. Как только Макеева справляется?
У нее четко определенные функции, отвечаю, пролистывая почту.
Вы, что, установили правила? Успенский опускается в кресло напротив. Я думал, у вас все по любви.
Перевожу на него взгляд, как бы спрашивая: «Ты серьезно?» Но ему и самому смешно.
Климов и любовь вещи несовместимые, произносит философски.
Не понимаю ее смысла, взгляд цепляется за приглашение на конференцию. Питер. В следующем месяце.
Ты серьезно? удивляется Боря. А как же чувства?
Я испытываю чувства.
Голода?
Успенский, произношу предупреждающе и одновременно подтверждаю свое участие в конференции.
Сложный ты, Климов. Не понимаю я тебя.
Так, может, и не стоит? Мы прекрасно работаем в тандеме. Зачем углубляться? ухмыляюсь я.
Не, Марк, цокает Боря языком, ты просто еще не встретил свою женщину.
Хмыкаю.
Я встречал их десятками.
Ты их просто трахал. Тебе сорок три, Климов. Неужели, тебе не страшно на старости лет остаться одному?
Одиночество никогда меня не пугало.
А как же стакан воды?
А ты уверен, что захочешь пить?
Не понимаю.
Чувства, любовь, романтика Это все Чепуха, мишура Ложь.
Ложь? распахиваются его глаза.
Это все химия. Временная, пока работают гормоны. Но потом они успокаиваются и что остается? Ничего, кроме раздражения и ненависти друг к другу. Ну еще спиногрызы, которых успели наделать на гормональной волне. И которые очень сильно мешают по жизни, связывая по рукам и ногам.
Климов, ты серьезно? Успенский смотрит недоверчиво.
Серьезнее не бывает.
Тогда зачем ты забрал эту девочку?
Плохой вопрос. Ну, хорошо же сидели. Зачем начинать?
Борь, тебе, что, нечем заняться?
Ты хотя бы определился, в какую школу ее отдашь? Скоро первое сентября.
Смотрю на него растерянно. Черт! Это должен решать я? С какого перепугу?
Ох, Климов, вздыхает он, поднимаясь из кресла, угробишь ты девчонку. Как пить дать, угробишь.
Может, мне ее еще и за ручку в школу отвести первого сентября? Не, на эту хрень я точно не подписывался.
Сама мысль искать для нее школу выворачивает меня наизнанку. Я пытаюсь сам погуглить, но бешусь и закрываю браузер. В конце концов, сдаюсь и даю задание опешившей Регине.
Школу? переспрашивает она, видимо, решив, что я спятил.
Школу, смотрю ей прямо в глаза. Регина опускает свои.
Какую? С каким уклоном? Частную или обычную? В каком районе? Эм, какой класс?
Семнадцать лет.
Одиннадцатый, произношу неуверенно.
Какой уклон? Гуманитарный, математический?
Понятия не имею.
Пока просто найди школу.
Частную?
Почему столько вопросов? Неужели так сложно просто найти школу и ничего у меня не спрашивать?
Обычную.
Ей и так сойдет.
Рядом с домом?
Да.
Не собираюсь ее возить.
Хорошо, кивает она, но вижу, что хочет еще что-то спросить. Наконец, решается:
Девочка или мальчик?
Девочка, будь она неладна. Хотя вряд ли мальчику я был бы рад больше.
Я подготовлю список школ и документов, которые нужны.
После ухода Регины я с головой ухожу в квартальный отчет, не замечая ничего вокруг. Поэтому когда звонит телефон, беру его машинально, не глядя на экран.
Да.
Я могу переставить мебель в своей комнате?
Что? я не сразу понимаю смысла ее вопроса.
Я могу переставить мебель в своей комнате?
Это МОЯ комната. Ты живешь в ней временно. И нет, ты не можешь переставить там мебель. НИГДЕ.
Но мне неудобно.
Привыкай! рявкаю в трубку и сбрасываю звонок. Не перезванивает. Расслабляюсь. Но ненадолго.
Спустя полчаса снова звонит.
А я могу купить цветок?
Какой? не вникая в ее вопрос, проверяю на калькуляторе то, что вижу на экране.
Не знаю. Какой-нибудь. У тебя, как в морге: стерильно, холодно и ничего лишнего.
Цифры не сходятся. Не понимаю, почему. А я очень не люблю чего-нибудь не понимать.
Так что? переспрашивает заноза.
Что? как же она мне надоела!
Ну цветок?
Какой цветок? взрываюсь я. Мне некогда. И перестань мне звонить.
Сбрасываю звонок и закрываю телефон в ящике стола. Сейчас мне надо сосредоточиться. И чтобы никто не мешал и не отвлекал.
Я Вам еще нужна? заглядывает Регина.
Смотрю на часы. Уже шесть? Заработался.
Нет, можешь идти, киваю, не глядя на нее.
До свидания.
Не отвечаю. У меня есть дело поважнее.
В конце концов, психую и возвращаю отчет Успенскому с разгромным сообщением в адрес его экономистов. Бесят! Если не умеют работать, пусть валят к чертовой матери! Мне нужны точные цифры и достоверные данные, а не это
Негромкий стук в дверь. Кого еще принесла нелегкая? Макеева.
Ты еще здесь? заглядывает она в дверь.
Здесь, отвечаю раздраженно.
Уххх, Климов, ты скоро огнем начнешь дышать, смеется Юля.
Это была бы весьма полезная опция.
Ты что-то хотела?
Соскучилась, ее губы растягиваются в многообещающей улыбке.
Она медленно обходит стол и встает у меня за спиной. Ее пальцы скользят по моим плечам, то вдавливаясь в них, то отпуская.
Ты в последнее время так напряжен, мурлычет она мне в самое ухо.
Много работы, не шевелюсь.
Ее руки спускаются ниже. Губы касаются моего уха. В нос бьет сладкий аромат духов.
Нельзя так много работать. Иногда нужно и отдыхать.
Она устраивается на моих коленях лицом ко мне. В ее взгляде неприкрытое возбуждение. Пальцы скользят по шее. Наши губы почти касаются друг друга.
Ты не закрыла дверь, ухмыляюсь.
В офисе уже никого нет, шепчет.
Не целует. Ее губы скользят по моей щеке. Бедра вжимаются в пах.
Я подхватываю ее и усаживаю на стол. Сам возвращаюсь в кресло и чуть откатываюсь назад. Хочу смотреть. Макеева давно знает все правила игры и как я люблю. Она широко разводит колени. Короткая кожаная юбка не скрывает черный треугольник кружевных стрингов. Смотрит на меня сверху вниз. Пальцы ныряют между ног. Розовая плоть блестит от влаги. Я даже отсюда чувствую ее запах. Запах возбужденной самки. Позволяю ей немного поиграть, сам наслаждаясь зрелищем. Достаточно! Достаю из тумбочки презерватив и выпускаю из брюк своего джинна. Как обычно вхожу сразу на всю длину, не давая Макеевой привыкнуть к моему размеру. Она только ахает и, смеясь, укладывается на спину.
Лучше? спрашивает уже после, одергивая юбку.
Немного, криво усмехаюсь, разглядывая ее еще затуманенные после оргазма глаза.
Только немного? кокетливо.
Самую малость.
Поужинаем вместе?
Почему бы и нет?
Макеева знает все темы, на которые со мной можно говорить, а на какие не стоит. Кроме одной. На нее тоже нужно ввести запрет.
Как ты уживаешься со своей новой соседкой? спрашивает Юля.
И зачем я согласился взять ее в ресторан?
Мы могли бы не говорить о ней и вообще не вспоминать?
Все так плохо? У тебя же огромная квартира, Марк. Ты вообще можешь с ней не встречаться.
Угу, киваю. Я тоже так думал, пока не появилась она. Она везде.
Ты серьезно? Макеева вскидывает бровь.
Она оккупировала всю мою квартиру.
Смеется.
Она, что, правда, твоя племянница?
Молчу.
Климов, да ты полон тайн. Что еще мы о тебе не знаем? Только не говори, что по выходным ты подкармливаешь бездомных или под этим строгим костюмом у тебя костюм супермена?
Я не хочу о ней говорить. Давай закроем эту тему.
Окей, легко соглашается Макеева. Но настроение уже испорчено.
Не хочу идти домой. Долго сижу в машине на парковке. Выставить ее из квартиры? Вернуть обратно в Нижний Новгород? Еще не поздно, пока попечительство не оформлено.
Да кому ты нужен? насмешливый крик отчима. Я собирался уехать учиться в другой город. Ты же ни на что не способен! Подохнешь, как собака, в какой-нибудь канаве. Или загнешься от наркоты. Ты же больше ни на что не способен.