Всего за 349 руб. Купить полную версию
Не знаю, наверное, на себя, несмело предположил я.
Сомневаюсь, Гоблин усмехнулся и повернул ко мне экран монитора. Я дал команду своей программе сделать твой портрет на основании суждений всех твоих знакомых.
А откуда твоя программа знает об их суждениях? спросил я, но в этот же момент догадался, каким будет ответ.
Из данных Храма Памяти и всей информации, что есть о тебе в сети, он окончательно развернул монитор. Да, я был удивлён, но не то чтобы сильно, так как уже ожидал увидеть нечто среднее между горбуном и горгульей. На меня же смотрел мужчина старше меня лет на десять-пятнадцать, нескладной, угловатой комплекции, одетый «с барского плеча» в достойные обноски. Взгляд был у него вороватый, рыскающий.
Это что? Пробы на роль Лёньки Пантелеева? не выдержал я.
Не знаю, кто такой Лёнька Пантелеев, но могу узнать, Гоблин начал что-то печатать на клавиатуре, но в этот момент вмешался Кролик.
То есть ты хочешь восстановить реальность? Ну, или сделать её менее лживой?
Да, коротко ответил Гоблин, а затем, после небольшой паузы, спросил: Кто такие гоблины?
В его голосе было очень много печали, а ещё разочарования и обиды.
Гоблины злобные существа, которые боятся солнечного света, живут в глубинах гор и ненавидят людей. Это в двух словах.
И это не так? осторожно спросил Кролик.
Не так, совсем не так. Когда я столкнулся с этим, я понял, что очень многое в этом мире «не так». Так почему бы не сделать так, чтобы было всё правильно?
Резонно, кивнул Кролик, но зачем портить хорошую структуру?
Простите, я не хотел! развёл руками Гоблин. Раньше у меня был маленький сервер, и я качал потихоньку, собирая базу. А когда рядом с моим домом построили это сооружение, я понял, что могу сделать больше. И начал делать.
Так ты живёшь неподалёку? поинтересовался я. Гоблин кивнул:
Километрах в пяти вдоль по скале.
Вдоль по скале? переспросили мы удивлённо.
Вдоль по скале, повторил Гоблин. Мы можем ходить сквозь скалы, как будто это туман. Я бродил по округе, набрёл на это помещение. К слову, уже с улыбкой добавил он, наша светобоязнь происходит оттого, что мы большую часть времени ходим внутри скал. Когда выглядываем наружу, на солнце, то глазам тяжело привыкать. Ну, и ещё некоторые люди пугаются нашего внешнего вида, добавил он.
Немудрено! сказал я и сразу осёкся. Прости, я не хотел. Тем временем Кролик продолжал рассматривать мониторы компьютеров, явно не находя полного понимания в комментариях Гоблина.
То есть ты хочешь сказать, что гоблины умеют управляться с вот этими штуками? он ткнул лапой в серверные стойки, которые поднимались на несколько метров от каменного пола, вырубленного в скале.
Не совсем так, уточнил Гоблин, щёлкнув клавишами ближайшей клавиатуры. Я умею, а вот что до остальных
Он пожал плечами и продолжил:
Когда-то здесь был небольшой дата-центр, совсем небольшой. В нём сидела парочка специалистов, сменяя друг друга. Я с интересом наблюдал за ними и учился. Потом они уехали, а аппаратуру оставили. Вот я и начал учиться в реальности.
Подожди, остановил его Кролик. Как ты мог учиться? Садился рядом и задавал вопросы?
Конечно, не так, Гоблин подошёл к ближайшей каменной стене и постучал по ней лапой, как бы показывая, что она твёрдая.
Затем вновь протянул руку к камню, но на этот раз она свободно прошла сквозь него до локтя.
У нас в распоряжении чуть больше измерений, чем у людей. Когда я смещаюсь в другое измерение, сказал он и вытащил руку из стены, я становлюсь почти невидимым. Как дух, только не дух.
Ага, Кролик почесал за ухом, вникая в суть ответа, и затем, обведя лапой содержимое комнаты, уточнил: А это тогда что?
Ну, я понял, что всё-всё у людей так или иначе сводится к компьютерам. Освоив его, я возродил это место: начал формировать заявки, отправлять заказы, и создал здесь дата-центр.
То есть ты хочешь сказать, что здесь нет людей и всё это только твоё? Я был несколько удивлён словами Гоблина.
Тот кивнул, но затем уточнил:
Не моё, я здесь работаю. А так это всё принадлежит правительству и контролируется им же. Я регулярно отправляю отчёты, пересылаю данные. Даже сотрудников наняли для обслуживания всего этого.
Как? хором воскликнули мы.
Так, он нажал несколько клавиш, и на мониторах возникли с десяток лиц скандинавской наружности. Вот они. Работают.
И, понимая некоторое недоумение, уточнил:
Я же говорю, у людей слишком много технологий, за которыми они физически не могут уследить, и обращают внимание только на те места, в которых проблемы. А у меня всё идеально все работают, нареканий нет.
То есть ты создал виртуальных клонов? уточнил я, понимая его мысли.
Он кивнул.
Но зачем?
А как иначе? он пожал плечами и убрал с экранов изображение. Либо я это сделаю, либо они рано или поздно кого-то пришлют.
А как же с чистотой информации, что за проект? продолжил я свои расспросы.
Гоблин сел поудобнее в кресло и показал нам рукой на стоящие рядом мол, разговор не будет коротким.
Когда я начал изучать всё то, что хранилось в сети, статьи, книги всё-всё, то понял, что информация крайне неоднородна. Более того, нередко она противоречила сама себе. Из-за искажений и ошибок, которые допускали люди, из-за откровенного вранья и манипуляций со стороны тех, кто имеет доступ к информации. Мне стало боязно, ведь всё это я допускал к себе в голову, не понимая, где описание реальности, а где полная фикция. Тогда я попробовал структурировать информацию с точки зрения оценки данных. Приведу пример. Кто-то описывает солнце круглое, яркое, горячее и так далее. Так же учёные описывают солнце, но опираясь уже не на впечатления, а на иные рациональные механизмы. В итоге выводы стремятся к одному и тому же. Так вот, я оцениваю не сам объект, а источники оценки.
Не понял, Кролик наклонил голову, как бы пытаясь понять суть происходящего.
Если источник информации человек, учёный или иной дал точную оценку, которая затем была подтверждена, то именно ИСТОЧНИК мной признаётся достоверным. Как в этой области, так и в целом, до тех пор, пока не будет признано иное.
Вот другой пример, сказал он, щёлкнув по клавишам, где-то невдалеке раздался звук нагревающегося чайника. Вася что-то говорит о Пете. Я проверяю информацию, и если она совпадает, ставлю Васе оценку «5» в том смысле, что он объективен и не искажает информацию. А если, к примеру, Вася слукавил или исказил данные, то ценность его информации может быть и «1», и «2». Вроде как аффилированные рейтинговые агентства они дают чему-то оценку, но не объективную, а субъективную, чтобы на что-то повлиять. У них тоже становится «рейтинг Васи»: ценность их информации не более чем ценность сплетен у бабушек на лавочке.
Впрочем, сказал он, вставая и перемещаясь в сторону, откуда раздался щелчок, характерный для закипевшего чайника, бабушки тоже бывают крайне информированными.
То есть ты, медленно, словно осознавая сказанное Гоблином, сказал Кролик, составляешь рейтинг качества информации. Но зачем?
Затем, чтобы понимать, стоит ли мне складывать это в голову или подождать, пока не будет более достоверных данных, откликнулся Гоблин, чем-то звеня вдалеке. Через минуту он вернулся с подносом, на котором стояли три дымящихся чашки и вазочка с сахаром: Чай!
Затем, продолжил он, когда мы взяли по чашке и вновь вернули своё внимание к его рассказу, что есть такие фразы: «не могу забыть» или «не могу развидеть». Наш мозг, что у гоблинов, что у людей, как губка: записал данные, а потом нужны серьёзные усилия, чтобы поменять информацию. А иногда червь сомнения может грызть до конца жизни, и никак его не уберёшь.
То есть ты предлагаешь всю сомнительную информацию блокировать или уничтожать?