Всего за 799 руб. Купить полную версию
«Вот еще, возразил Майкл. Они говорят обо мне плохие вещи».
Джозеф поцеловал сына в макушку редкий момент проявления нежности. «Это только начало, Майкл, сказал он с улыбкой, привыкай».
В августе 1967 года The Jackson 5 приняли участие во всемирно известном любительском шоу в знаменитом Apollo Theater в Гарлеме. В то время работа там была мечтой большинства молодых чернокожих артистов. В книге «Showtime at the Apollo» писатель Тед Фокс заметил: «[Apollo был] не только величайшими подмостками чернокожих, но и особенным местом, где можно было достичь эмоциональной, профессиональной, социальной и политической зрелости». Джозеф и его близкий друг Джек Ричардсон отвезли мальчиков в Нью-Йорк на семейном «Фольксвагене». На тот момент Джеки было шестнадцать, Тито тринадцать, Джермейну двенадцать, Марлону десять, а Майклу только-только исполнилось девять лет. Братья участвовали в конкурсе Superdog Contest, победа в котором считалась самым престижным достижением среди артистов.
Майкл однажды сказал мне: «Выступать в Apollo было сложнее всего. Если вы нравились публике, значит, вы ей действительно нравились. А если вы ее разочаровывали, вас забрасывали едой и попавшейся под руку мелочью. Но знаешь что? Мы не боялись. Мы знали, что были хороши. В то время в нас было столько уверенности в себе. На других концертах, которые мы успели отыграть, публика всегда была за нас. Я пел, смотрел на Джермейна, и мы подмигивали друг другу, потому что всегда знали, что зал наш. Я хочу сказать, именно с таким чувством нужно выходить на сцену и использовать данный тебе шанс, понимаешь? К тому же с Джозефом иначе было просто невозможно. Мы хотели доставить ему удовольствие. Я имею в виду, это было так же важно, как победа в любом конкурсе».
За кулисами Apollo The Jackson 5 нашли небольшое бревно, установленное на пьедестале. Оно якобы осталось от легендарного Древа надежды.
По слухам, Древо надежды стояло напротив ночного клуба Connies Inn, где Луи Армстронг выступал в знаменитой гарлемской версии мюзикла «Hot Chocolates» Фэтса Уоллера. Спустя годы сотни исполнителей становились под деревом и касались его на удачу. Это стало традицией. Когда во время строительства дороги в Нью-Йорке Седьмую авеню расширили, дерево выкорчевали. Однако Билл «Божанглз» Робинсон устроил, чтобы Древо надежды именно он его так окрестил переместили на островок безопасности на Седьмой авеню к югу от 132-й улицы. В конце концов дерево срубили; никто не помнит причину, и все, что осталось на месте его последнего пристанища, мемориальная табличка. Тем не менее небольшая часть Древа надежды осталась красоваться на постаменте за кулисами театра Apollo. Родился обычай всякому дебютанту прикасаться к дереву перед выходом на сцену на удачу. Он встанет в один ряд с теми черными артистами, которые делали невозможное, чтобы воплотить свои мечты в реальность, боролись за уважение, заплатили сполна и в конце концов победили: их раса и их наследие стали неотъемлемой частью американской поп-культуры.
Пьедестал стоял сбоку от сцены, чтобы зрители могли видеть, как артисты касаются его. Был вечер среды, и на афише были заявлены The Jackson 5 и The Impressions, едва ли не самая популярная вокальная группа того времени. Один из ее основателей, Фред Кэш, однажды поведал мне, как он подошел к девятилетнему Майклу перед выходом братьев на сцену и рассказал ему легенду о дереве. «Вы серьезно? спросил Майкл Фреда, и его глаза сделались размером с два блюдца. Вау! Потрясающе. Мне нравится такой обычай. Готов поспорить, он и правда работает».
«Эй, парни, а вы знали об истории с деревом? спросил Майкл братьев. Прикоснемся к нему, и нам повезет».
«Не-а. Я не верю в удачу», невозмутимо сказал Тито.
«Ну а я верю, возразил Майкл. Жаль, что я не могу взять бревно с собой домой. Тогда мне бы всегда везло».
«Дамы и господа! объявил ведущий, когда мальчики собрались за кулисами. Встречайте, The Jackson 5!» Прожекторы осветили сцену. Для The Jackson 5 пришло время занять достойное место в истории. Джозеф с гордостью наблюдал, как каждый из его сыновей касался мемориальной таблички Древа надежды: сперва Джеки, затем Тито, следом Джермейн, Марлон, Майкл и, наконец, «кузен» Джонни. Группа выбежала на сцену под аплодисменты публики. Однако Майкл оказался последним у рампы. Он побежал назад, чтобы еще раз прикоснуться к Древу надежды на всякий случай. Должно быть, двойное касание сработало: мальчики выиграли конкурс, а восторженная реакция публики стала лучшим доказательством их победы.
«Бедная моя, бедная семья»
Начиная с подросткового возраста публика строила догадки о личной жизни Майкла Джексона. Натурал, гей, а может, и вовсе асексуал? Удивительно, но сексуальные предпочтения исполнителя, излучавшего сексуальную энергию на сцене, всегда оставались загадкой.
В раннем возрасте Майкл получил противоречивую информацию о сексе. Установки Кэтрин были ясными и однозначными: будучи глубоко верующим членом «Свидетелей Иеговы», она считала греховной похоть как в мыслях, так и в делах. Согласно 1 Посланию к Коринфянам 6:9, ни один из неправедных «ни блудники, ни идолослужители, ни прелюбодеи, ни малакии, ни мужеложники» не унаследует Царства Божьего. Следовательно, физическая близость была предназначена только для брака.
В то же время от Джозефа, избегавшего религии, которую исповедовала Кэтрин, мальчики получили противоположное послание. В первые годы существования группы отец приглашал мальчиков в кабаки и стриптиз-бары. Обычно строгий, очевидно, тогда он предоставлял сыновьям полную свободу, позволяя девятилетнему Майклу стоять за кулисами и смотреть, как мужчины свистят и пожирают глазами роскошных женщин, обнажавшихся на сцене. Однажды парень с восхищением наблюдал, как хорошо сложенная стриптизерша сняла с себя все, кроме нижнего белья. Затем, в «момент истины», вытащила из бюстгальтера два больших апельсина и сорвала парик, продемонстрировав, что «она» на самом деле он.
Когда мальчики выступали в клубе Peppermint Lounge в Чикаго, они нашли в гримерной глазок, через который хорошо было видно женский туалет. Каждый по очереди смотрел в него. «Мы узнали все, что нужно было знать о женщинах», вспоминал Марлон. (Несколько лет спустя, когда группа играла в Лондоне, тринадцатилетний Майкл и четырнадцатилетний Марлон обнаружили глазок прямо в соседнюю гримерку, занимаемую звездой театра Кэрол Чэннинг. «Смотри, она голая!» взволнованно сказал Марлон, глядя в дыру. «Я не могу», ответил Майкл. «Но она голая, не унимался Марлон. Голая Кэрол Чэннинг!» Брат быстро взглянул. «Ух, простонал парень. Она и правда голая».)
Можно с уверенностью сказать, что подобного рода переживания останутся с Майклом на всю жизнь. В девять лет мальчик психологически не был готов в полной мере осознать сексуальное возбуждение, которое он мог получить от того, что видел, например от стриптиза. Он, несомненно, находился в противоречивом состоянии: чересчур строгий взгляд на мир со стороны матери и чрезмерно распущенный взгляд на мир со стороны отца.
Одним из первых номеров The Jackson 5 стала их версия пронзительной песни соул-певца Джо Текса Skinny Legs and All. Во время выступления Джозеф предложил юному Майклу выйти к публике, залезть под столы и приподнять женские юбки, чтобы взглянуть на трусики. Неважно, насколько самого певца смущало подобное действие, этим трюком он украшал каждое выступление, закатывая глаза и ехидно улыбаясь. Начинающий артист знал, что зрителям все нравилось и после они с готовностью бросали деньги на сцену. Тогда мальчики дрались за мелочь. После шоу ребята возвращались домой к своей религиозной матери, которая укладывала их в постель и напоминала им о ценностях «Свидетелей Иеговы». Она в самом деле ничего не знала о ночных клубах даже много лет спустя.