Всего за 299 руб. Купить полную версию
Рэйчел достаёт листок бумаги, но почему-то без пера.
Насколько мы поняли, многие из тех, кто раньше служил ей, плохо помнят, как жили у неё.
Себастьян густо краснеет. Грусть щемит мне сердце. Оба наших дара неоднозначны. Хотя Себастьян может забрать чужие воспоминания, на нём лежит проклятие не забывать ни одного из своих.
Джемма откладывает вилку:
Себастьян, ты не обязан.
Но он выпрямляет спину.
Это я виноват, говорит он. Мой дар похищение памяти. Они не помнят, потому что время от времени леди заставляла меня забирать их воспоминания. А иногда они молили меня помочь им забыть то, что они сделали.
Библиотекари обмениваются удивлёнными взглядами.
Ну, это и правда многое объясняет, Рэйчел касается бумаги, которая лежит у неё на коленях, и строчки сами появляются на ней.
Я с удивлением понимаю, что она книжница. Люди с таким даром умеют переносить слова на бумагу с помощью магии. Насколько мне известно, многие древние книги были написаны подобным способом.
А ты, Симона? спрашивает младшая библиотекарь. Какой у тебя дар?
Я смотрю на еду в тарелке с таким видом, будто хочу сквозь землю провалиться; мне нужна хоть какая-то зацепка, чтобы не потерять нить беседы. Я должна оставаться сосредоточенной и попросить их о помощи. Я не могу допустить, чтобы мои мысли, как обычно, куда-то уплыли.
Чтение мыслей.
Они вдруг очень сильно мной заинтересовались.
«А вот это уже полезный дар», думает Рэйчел.
Голос хриплым комом застревает у меня в горле. Мне не нравится, с какой интонацией эти люди мыслят. Но достаточно одного взгляда на Себастьяна, чтобы я осталась на своём месте. Он думает только о многообещающих надеждах и возможностях.
Я мало что помню о том времени, когда леди держала меня у себя. Только обрывки. Я знаю, что по-прежнему была где-то в теле, когда она контролировала меня. Она просто подавляла меня и управляла мной. Меня пробирает дрожь. Это было ужасно.
В комнате растекается разочарование.
Ты не помнишь ничего интересного? спрашивает Ида. «Зачем леди Эшлинг понадобились эти дети?»
Я пожимаю плечами, позволяя пальцам рисовать странные фигуры на своих коленях. У меня в горле бурлит неуместный приступ смеха, но я усмиряю его.
Она часто отправляла меня вместе со своими охотниками на поиски других одарённых детей. Я чувствую чужой разум. Это была моя задача: находить тех, кто прячется. Слова трудно произносить, а глотать ещё труднее. Её главным сообщником был лорд Тейт, пока с ним не случилось несчастье. Тогда его место занял его племянник Алден.
Приспешники леди Эшлинг были не намного лучше её самой. К счастью, магии у них не было только жажда власти. И им нравилось с помощью нас, вернее, нашей магии подчинять себе мир.
А как насчёт вашей обычной жизни? Как она обращалась с вами в Циннии?
Себастян под столом берёт меня за руку:
Когда мы были ей не нужны, мы жили в маленьких комнатах на нижнем уровне особняка, Себастьян часто моргает. Это была практически тюрьма.
Только не для меня. Я была её любимицей. Мне позволялось бродить по дому, в то время как остальным это было запрещено. Я в любое время могла ходить по саду или исследовать особняк. Я не знаю, почему я была особенной, но глубоко в той части сознания, куда я предпочитаю не заглядывать, хранятся воспоминания о крупицах доброты, которые я видела от леди.
Ужасно, хотя, возможно, другим пришлось ещё хуже. Вы когда-нибудь пытались сбежать? Глаза Иды вспыхивают пронзительным светом, и я не уверена, что он мне нравится. «Интересно: а вдруг они могут»
Я встряхиваю головой, с каждой секундой мне становится всё тревожнее.
Нет, на нас были чары. То же самое заклятие леди Эшлинг накладывала на родителей похищенных детей, чтобы они не бросились их спасать.
Библиотекари всё сильнее недоумевают. Их тарелки уже почти пусты. Времени у меня всё меньше.
Вы можете мне помочь? вырывается у меня, отчего они вздрагивают.
О чём ты? спрашивает Рэйчел.
Сеть пыталась найти мою семью, но они не смогли их обнаружить. Я сжимаю руку Себастьяна, чтобы чувствовать себя увереннее. Мы подумали, что в ваших Архивах могут быть записи о деревне, где они жили.
Что тебе известно об этой деревне? спрашивает Ида.
Только название Рен. Она должна быть где-то в Парилле. Но никто ничего о ней не слышал.
Название мне ни о чём не говорит, качает головой Ида. Нужно будет попросить кого-нибудь из наших библиотекарей проштудировать архивные записи, а прямо сейчас нам некому это поручить. Все наши библиотекари на данный момент решают другие, более неотложные задачи. Она садится прямее и складывает руки на коленях. Разве что мы придём к выводу, что нужные вам изыскания являются приоритетными.
Я готова закричать, что для меня эти изыскания приоритетнее всего на свете, но Джемма вмешивается раньше. Её лицо приобретает суровое выражение.
Вы имеете в виду если мы вам заплатим?
Ида склоняет голову набок:
Видите ли, без соответствующей мотивации мы не можем приостановить другие наши проекты.
Рэйчел сидит не поднимая глаз, и я заглядываю к ней в голову прежде, чем успеваю себя одёрнуть. «Бедная девочка. Мы должны помочь ей». У Рэйчел глаза лезут на лоб, когда она замечает, что я смотрю на неё в упор.
Вы не поможете девочке, которую лишили всего что только можно?! Джемма поднимается на ноги, разгневанные мысли вылетают у неё изо рта раньше слов. Неужели в вас нет ни капли сочувствия?!
Ида вскидывает брови:
Разумеется, есть. Но ещё у нас есть нужды, которые необходимо удовлетворять. Наши услуги должны быть оплачены.
Джемма вздыхает:
И кто-то финансирует это ваше исследование, чтобы узнать больше о Саде леди Эшлинг, как я понимаю.
Естественно.
Но это нечестно! возмущается Себастьян.
Джемма шикает на него. Разочарование разливается по моим венам и тянет вниз.
Думаю, вам пора, говорит Джемма.
Понимаю, говорит Ида и встаёт из-за стола. Спасибо за ужин и за ваши рассказы. Премного благодарны. Сказав это, она стремительно выходит из комнаты.
Рэйчел уходит вслед за ней, но перед этим успевает метнуть на меня извиняющийся взгляд.
Мне жаль, Симона, говорит Джемма, тяжело опустившись на стул. Я полагала, они будут рады помочь. Мне стоило подумать, прежде чем обнадёживать тебя.
Что теперь? спрашивает Себастьян.
Мне на ум вновь приходит причина, по которой я опоздала к ужину. Я хватаю его за руку.
Я должна сказать тебе кое-что важное. Мой голос звучит хрипло и пискляво. Помнишь, как леди контролировала нас? Как она пользовалась даром контролёра?
Себастьян замирает на месте, а Джемма выпрямляется, прислушиваясь к моим словам.
Теперь, когда Сада больше нет, владелец этого дара свободен. И Я с трудом сглатываю, накручивая волосы на палец другой руки, он был здесь. Сегодня на рынке я почуяла его. Я слышала, как разум того, чьё тело захватили, молил о помощи. Я изучаю свои грязные ботинки. Я убежала. Я не могла там находиться ни секунды дольше. Я не хочу переживать это снова.
Себастьяна начинает трясти, Джемма притягивает его к себе и обнимает. Выражение её лица смягчается, как и её мысли.
Теперь вы оба в безопасности. Вы под защитой. И мы найдём какой-нибудь другой способ отыскать твою семью, Симона. «Но кто защитит меня, если кто-нибудь придёт за ними?» думает она.
Если за этим стоит леди Эшлинг, то мы все в страшной опасности и те, кто владеет магией, и те, у кого её нет.
Я качаю головой, пряди моих белых волос мотаются по лицу.
Контролёр использовал людей. А оборотень, о котором упомянули библиотекари? Наверняка это тоже был контролёр. Либо леди Эшлинг не так беспомощна, как нам рассказывали. Мы не в безопасности. Я начинаю нервно ходить взад-вперёд. Мне лучше уйти отсюда.