Всего за 199 руб. Купить полную версию
Так я с охотой помогу! обрадовался появившейся возможности быть полезным девушке Суриков. Вы будете не против, Ангелина Григорьевна? обратился к ней Алексей.
Ангелина поколебалась немного и согласилась. Ну а Суриков этому её решению конечно же был очень рад.
И куда нам ехать? спросил Алексей, когда они разместились в экипаже и погрузили в него посылку.
В одну слободу, которая находится в полутора-двух верстах от города. Там проживают кряшены.
Кряшены?!
Ну, да, кряшены.
Интересно, а кто это такие? удивился Алексей. Хо-о-отя, что-то о них я, кажется, слышал
Это вроде как татары, но только не совсем
Это как же понимать? удивился несколько путанному ответу девушки Алексей.
Они крещённые. Мои предки по маминой линии со стороны её отца относятся к ним. Ещё со времени Ивана Грозного, когда была захвачена Казань, часть татар вынужденно перешли из магометанства в православие. И вот таких, кто на это пошёл, и стали называть кряшенами.
То есть покрестившимися?
Вот именно! согласно закивала головой Ангелина, и тут же она попросила извозчика поскорее ехать.
Глава пятая
Так куды ж ехать-то, а-а-а? повернувшись в пол корпуса спросил плутоватого вида извозчик татарин с турецкой феской на голове у разместившихся в экипаже Сурикова и Ангелины. Говор у извозчика оказался с небольшим акцентом и певучий. А ещё у него сверкнули во рту золотые фиксы.
Поедем вдоль речки Булак и до озера Ближний Кабан, ответила извозчику Ангелина.
А по Правой или Левой Булакской набережной? уточнился извозчик.
По Левой. И затем до Поперечной Екатеринской, а уж там я поточнее подскажу.
В Казани в то время даже по сравнению с соседними городами Поволжья развелось уйма церквей и монастырей, и, казалось, что в ней живут одни православные. Но это было не совсем так. Даже по прошествию почти четырёх веков нахождения города в составе Российского государства местный татарский колорит проглядывал то тут, то там. Кое где встречались очень старые постройки. Но самой большой гордостью местного мусульманского населения была соборная мечеть аль-Марджани. Её возвели по личному разрешению ещё Екатерины II в 1776-1770 годах, когда просвещённая матушка государыня впервые провозгласила политику веротерпимости в Российской империи и мусульманское население перестали насильственно крестить.
Мечеть аль-Марджани была двухэтажной и её выстроили в татарском стиле с минаретом на крыше. В то время это была единственная соборная мечеть в Казани (да и во всей ближайшей округе).
Какое-то время ехали молча. Наконец Суриков не вытерпел:
И к кому мы сейчас едем, Ангелина Григорьевна?
К младшему брату моего деда.
А где он проживает?
Он живёт неподалеку от озера Кабан. Мама ему просила передать посылку. Придётся добираться до пригорода.
А мы успеем?
Думаю, что успеем. Этот пригород находится от Казани всего в каких-то полутора верстах, а может и поменьше. Это небольшая слобода, в которой проживают кряшены.
Вот сказать честно, я о них раньше мало что слышал. А если уж откровенно, то совсем почти ничего не слышал. И если это возможно, пока мы направляемся в их слободу, вы бы меня просветили и, хотя бы, что-нибудь да рассказали бы об этих кряшенах, Ангелина Григорьевна? Рассеяли бы, так сказать, мою дремучесть, попросил Ангелину Суриков. Вы хотите, чтобы я вам о них рассказала?
Если вам не сложно!
Девушка пожала плечами:
По правде сказать, я и сама о них не слишком то много знаю, Алексей Георгиевич.
И всё же
Ну, хорошо. Дед мне, пока был жив, о них кое-что рассказывал. Да и брат его, который раньше часто наведывался в Симбирск и даже гостил у нас в Ставрополе пару раз, то же про них говорил. Ну и я отчасти как вы понимаете тоже считаю себя кряшенкой.
И так, рассказывайте. Я вас слушаю!
Ну, раз вы так хотите, хорошо! Расскажу уступила Сурикову Ангелина. У всех кряшенов, насколько я знаю, русские имена, они православные, но говорят, как на русском, так и на татарском языках. Кое-кто из них считает, что они те же татары, а кто-то думает, что они всё-таки не татары, а отдельный народ. В этом на самом деле сложно разобраться. Доподлинно известно только то, что они в этих местах проживают уже много веков, и раньше кряшены в основном говорили исключительно на татарском языке, и песни у них, и сказки тоже были все сплошь татарские. А ещё в одежде и в облике своём они похожи скорее на татар, чем на русских. Ну и некоторые кряшены утверждают, что их предки покрестились ещё до правления Ивана Грозного, и даже до монгольского нашествия. Сделали они это якобы не по принуждению, а добровольно. И когда-то, как и нынешние волжские татары, они называли себя булгарами. Между прочим, некоторые татары так себя и сейчас величают. Но это в основном касается городских и образованных татар.
Значит вы, Ангелина Григорьевна, понимаете по-татарски?
Понимаю. Но совсем немного. Самую малость. Ну а вот мой дед, Мефодий Артемьевич, он да он прекрасно изъяснялся на татарском, и у него дома хранились десятки книжек на татарском языке, шрифт у которых был арабский. Я их видела. И он их свободно мог прочитать.
Они только краем проехали по оживлённому центру, несколько раз пересекли трамвайные пути и, наконец-то, выехали на Булакскую набережную. Она тоже была покрыта брусчаткой и по правую руку её возвышались достаточно добротные, а кое где и вполне помпезные каменные особняки казанских купцов в два и более этажей (среди этих купцов имелось немало татарских фамилий, таких как Азимовы, Юсуповы, Искаковы, которые стали набирать силу ещё в XIX веке и к началу XX заняли в городе видное положение, причём многие из них уже относились к купцам первой и второй гильдии).
Сурикову было несказанно хорошо от того, что рядом с ним сейчас находилась эта девушка. Об Ангелине он все последние дни только и думал. Он приходил в восхищение от её милой улыбки, от её лучистых карих глаз, обрамлённых густыми и длинными ресницами, от её изящной фигурки. Он чувствовал, что пропал. Как бы было замечательно вот так вместе с ней ехать, ехать и ехать. А куда? Да какая разница?! А какой у неё был завораживающий голос!
Когда она что-то говорила, Сурикову начинало казаться, что он слышит не просто чей-то голос, а слышит музыку. Волнительную и прекрасную, затрагивающую потаённые струны в его душе. Он определённо влюбился в эту девушку. Влюбился в неё как семнадцатилетний пацан.
Такого с ним не было никогда.
А ещё Алексей всё острее осознавал, что ему следует не затягивая как-то развязывать тот узел, который его пока что накрепко опутал и удерживал рядом с Галей. Алексей надеялся, что его невеста, если ей сознаться во всём, как-то сумеет его понять и примет произошедшее спокойно и как данность, однако Пётр Ефимович был непоколебим. Он и мысли не допускал, что Алексей не выполнит своего обещания и что он может расстаться с его дочерью ради какой-то другой девушки. Он всё ещё надеялся, что Ангелина для Сурикова была всего лишь временным увлечением. Скажем так: обычным дорожным приключением.
«Ну пусть он, молодой и горячий, приударит за этой симпатичной девахой, но он же всё равно вернётся к Галине,» так пытался успокоить себя Чудинов.
***
Через полчаса они достигли оконечности озера Ближний Кабан и выехали к восточной окраине Казани, а затем направились по пыльному просёлку.
Нам сколько ещё ехать? спросил Суриков.
За четверть часа доберёмся, ответил извозчик, ежели ехать напрямки Я знаю здесь ещё одну дорогу Ежели мы поедем по ней, то тогда будет короче.
Давайте по ней и поедем! согласилась Ангелина Цыбунова.
Не основная просёлочная дорога оказалась вся в кочках и колдобинах, но за то она была совсем короткой, и до кряшенской слободы они доехали скоро.