Всего за 529 руб. Купить полную версию
Мохноног нахмурился: посетитель ему не нравился. Сидит уже который час, никак не уйдёт. А заказал всего на пару однаров пустой чай, даже от пирога отказался. И одет бедно: линялые штаны да куртка в заплатках.
Ничего страшного, уважаемый, ответил Плут, всё уже разрешилось.
А мне кажется, нет, незнакомец вышел из-за стола и направился к ним.
Пришу подумалось, что тот не идёт, а шествует. Голова вздёрнута, подбородок выставлен вперёд. Тяжёлый плащ шлейфом струится по полу. Чёрные пряди волос спадают на бледное лицо. Приш моргнул: парень как парень. Постарше его самого, и видно, что не из богатых. Только лицо необычное. Нос с горбинкой, и выражение высокомерное, будто незнакомец слишком много о себе мнит. А плаща никакого и в помине нет, мерещится же всякое.
Так что у тебя случилось? неожиданно улыбнулся посетитель. Рассказывай.
И Приш выложил всё. Плут бросал на него предостерегающие взгляды, но Приша будто кто за язык тянул. Поведал как на духу. А незнакомец лишь слушал, ни разу не перебил, только ухватился рукой за подбородок. Его длинные пальцы шевелились, точно лапки паука, и Приш никак не мог оторваться от этого зрелища.
Так ведь, незнакомец, наконец, оторвал пальцы от лица и широко развёл руки в стороны, можно же вернуться в долину. Есть один способ.
Приш, как зачарованный, спросил:
Какой?
Путь, ответил незнакомец, путь между мирами. Слышал, наверное?
В горле у Приша пересохло: то, о чём говорил неизвестный, не укладывалось в голове. Ведь это же не про него. Такую дорогу может одолеть лишь герой, а он, Приш, обыкновенный парень. Нет в нём ничего выдающегося. Он отрицательно замотал головой:
Нет, это не для меня. Да и не верю я в эти сказки!
Выкрикнул и устыдился: подумают, что он испугался. А незнакомец откинулся на стуле и снисходительно улыбнулся:
Сказки так сказки. Как скажешь.
Он встал и вышел из зала.
Плут начал лихорадочно убирать со стола.
Непонятный тип, неприятный какой-то. Явился вчера поздно вечером, когда я уже дверь запирал. И даже от ужина отказался, мол, не голоден. И на что мне такой постоялец? Никакого дохода от него. Приш слушал вполуха, а мохноног не унимался: И ничего толкового не сказал, только взбаламутить хотел. Нечего тебе про эти дороги думать, не для тебя они. И в Темногорье проживёшь прекрасно. Правда ведь?
Приш угукнул. Почему-то говорить совсем не хотелось. Он произнёс:
Я прогуляюсь.
И ушёл.
Листья медленно опадали. Один из них застрял в волосах, и Приш раздражённо смахнул: прямо как надоедливые мысли, которые никак не хотят вылезти из головы. Интересно, то, о чём говорил неизвестный, правда? Хотя Плут же раньше рассказывал о дороге между мирами, тёмной. И о тех, кто её прошёл. Мол, это по-настоящему было. Родственник Плута сам этих путников видел. Так, значит, Приш может вернуться домой? Ну, конечно, он не собирается пускаться в авантюру, просто размышляет. Как бы поточнее узнать?
И тут впереди Приш заметил край плаща. Как у того незнакомца, хотя тот был в простой куртке Не раздумывая, он бросился догонять. Но человек был неуловим. У Приша даже дыхание сбилось. Улица, поворот. Дом с геранью в окне. Снова перекрёсток. Плащ маячит справа. Серое здание. На окне красная герань. Опять! Тут выбоина одного булыжника в мостовой не хватает. Плащ слева. Приш повернул и чуть не врезался в незнакомца.
Не устал за мной бегать? съехидничал тот.
Приш замотал головой:
Что вы про путь говорили? Тот, который между мирами?
Незнакомец сделал приглашающий жест:
Ну не на улице же об этом. Пойдём.
У дома с цветком оказался внутренний дворик, куда вела неприметная калитка. Приш толкнул её и словно попал в другое измерение. Плакучая ива, уронившая ветви в пруд, розовые кусты. Множество цветов: пурпурные, алые, сиреневые, синие, жёлтые И запах, от которого голова кружится.
Нравится? поинтересовался незнакомец, будто сад был его заслугой.
Ага, от волнения голос охрип.
Присаживайся, словно по мановению волшебной палочки возникла беседка, увитая девичьим виноградом.
Приш уселся в мягкое кресло. Неизвестный пододвинул к нему кружку чая и шарлотку:
Угощайся.
А потом замолчал, точно ушёл в себя. И пока Приш не доел угощение, так и не произнёс ни одного слова.
Ты ведь знаешь, начал незнакомец, когда Приш поел, что Темногорье похоже на шишку. Я не про город, а про наш мир. Приш пожал плечами: не помнит он этого. Но неизвестный продолжал: Стержень шишки, так называемая ось, башня тысячи вокзалов, которую ты видел. От неё расходятся дороги в тысячи миров. Каждый мир чешуйка шишки. И попасть туда можно лишь через башню. Зашёл в лифт, выбрал нужный этаж, а дальше на поезд. Или телепорт. Но тебе это не надо, добавил он, заметив недоумённый взгляд Приша.
У того побежали мурашки: страшно и притягательно одновременно. Но жаль, что башня не для него ведь там наверняка можно отыскать родной мир Приша.
А есть дорога для избранных. Для ушедших из дома тёмная, для изгнанных светлая. И если пройти её, то в конце окажешься у начала радуги. И вот там, неизвестный поднял указательный палец, можно загадать желание. Любое. Мановением руки поднимать мертвецов или превращать всё в золото прикосновением как решишь.
В груди похолодело от предчувствия. Точно дорога уже позвала Приша. И от этого стало сладостно и не по себе.
А можно вернуться домой, закончил собеседник. Туда, где тебя вырастили, или туда, где ты родился. Ты уж определись, пожалуйста. Незнакомец резко поднялся: Мне пора. В общем, если решишься, надо просто сказать: «Я выбираю путь». И подождать, пока появятся попутчики. Вас должно быть трое. Вот и всё.
Он взмахнул плащом, которого то не было, то был, и исчез.
Приш проморгался: вот же наваждение! Где это он? И как он забрался в чужой сад? Может, заснул и во сне начал бродить? Если хозяева увидят, шума не избежать. Приш толкнул калитку и вышел. Гулять расхотелось.
Глава 8. Вторая изгнанная
Мёнгере застыла, разглядывая соперницу. Длинные, до земли, волосы. Пряди переливаются всеми оттенками жёлтого: от бежевого, как песок в пустыне, до янтарного.
Глаза напоминают вечернее небо: глубокие, завораживающие. При взгляде на них кажется, что проваливаешься в лазурь. И есть риск, что не выкарабкаешься. Кожа чуть тронута солнцем.
Очень красивая, но ничуть не лучше Мёнгере. Хотя какая разница? Девушка дочь золотого дракона, и Мёнгере уже видит своё будущее, будто обладает способностями провидицы.
Дальнейшее происходило, как в тумане. Правительница встала рядом с претендентками. Напротив застыли жрицы, городской совет, несколько жителей, приглашённых во дворец ради такого случая. Никто не усомнится в их выборе всё прозрачно. И они сами сейчас лишь проводники воли богов. Когда-то Солнце победило Луну, ведь она только отражала его свет. А теперь самая достойная из девушек станет управлять Золотым городом.
Мёнгере чувствовала, что будет, и, конечно, всё так и произошло. Ведь когда заранее знаешь, не оставляешь судьбе никакого шанса. Притягиваешь случившееся точно магнитом, и никаких мыслей, лишь тупое оцепенение. Всё кончено. Осталась только оболочка, а самой Мёнгере уже нет.
Верховная жрица озвучила предпочтение богов солнечная девушка. Мёнгере впервые услышала имя новой правительницы Канлехе. Теперь оно зазвучит по всему Алтанхоту. А ей предстоит Мысли неспешно ворочались, никак не придя в себя после паралича. Но знание уже наплывало, как пена в волне прибоя. Мёнгере предстоит изгнание. А за ним смерть. У золотых песков слишком жаркие объятия, мало кто может перенести их.
Две жрицы подошли и взяли бывшую правительницу под руки. Мёнгере попыталась вырваться, но хватка оказалась железной. Канлехе медленно приблизилась к ней. Её руки тряслись, и следом за ними нож странно вибрировал, точно змея перед броском. Когда Мёнгере наносила шрамы той, кто царила в Алтанхоте перед ней, она не боялась. Нельзя обойти ритуал. Лишь после совершения его новая правительница может занять трон Золотого города по праву. А эту лихорадит, и взгляд затравленный, точно Канлехе, а не Мёнгере свергли с престола.