Всего за 199 руб. Купить полную версию
Меня почти сразу отправили к покоям, подготовленным для Избранной, осмотреть их, удостовериться в безопасности и охранять. И времени на раздумья было много.
Почему портал? Её перенесло из другого мира и эта процедура не требует того колоссального количества силы, которое копило Сердце три сотни лет. Если задача заключалась в том, чтобы Избранную перенести из другой точки пространства, достаточно было создать нечто вроде компаса, указывающего направление, и за пару лет драконы прошерстили бы все миры и достали бы Избранную из-под земли.
Воздух вокруг затрясся, и я встал, как вкопанный, посреди безлюдного коридора, пристально глядя в пространство. Мысли тут же замолкли, оставив меня наедине с Храмом. За годы, проведённые в нём, мы с Храмом стали если не одним целым, то создали такую тесную связь, что его волнение мгновенно передавалось мне, словно брату-близнецу, который на расстоянии чувствует, когда с другим становится дурно.
Я подошёл к стене и упёрся в неё лбом, стараясь уловить источник волнения, а через несколько мгновений уверенно побежал в Верхний Храм, туда, где расположились залы с посадочными площадками. Он считал, что явились незваные гости.
Гости, которых Храм принимать не хотел.
Двенадцать лестничных пролётов, несколько галерей и переходов, ещё тремя этажами выше и я чуть не лбом столкнулся с Джеферсоном, который выскочил из коридора, ведущего к Святилищу.
Наверху, коротко сказал он, и мы побежали выше. За спинами раздавались звуки шагов: другие жрецы наверняка тоже спешили в большие залы.
Если бы на Храм было совершено нападение, мы бы наверняка опоздали. Нагнав Циклопа и Немого на самом верху, мы все вместе вбежали в залу, в которую уже вошла некрупная песчаная драконица, а за ней в соседнюю арку влетела другая ледяная.
Циклоп обернулся драконом и угрожающе взревел. Не теряя времени, я кувырком отскочил в сторону, на лету обернулся и встал рядом с Циклопом, обернувшись к ледяной драконице и приняв боевую стойку.
Успокойтесь, проговорила песчаная. Не прекращая шагать на нас, она приняла человеческий облик. Ледяная встала чуть в стороне, подёргивая бледно-голубым хвостом.
Джеферсон протиснулся между мной и Циклопом. Он не стал оборачиваться драконом, но я всё же не торопился возвращаться к человеческому облику. Храм беспокоился, женщины оставались мне незнакомыми.
Аманда Дэраго собственной персоной, проговорил Джеферсон, и я невольно перевёл взгляд на женщину. Несмотря на абсолютно седые волосы и выраженные признаки старения на лице, тело её сохраняло силу и энергичность, а одевалась она так, что мало какой дракон обошёл бы её стороной, дай она хоть единый намёк на близость. Штаны на ней обтягивали точёные ягодицы и стройные ноги, слабо затянутый корсет вздымал округлости груди, а на предплечьях красовались браслеты-артефакты.
Аманда Дэраго. Настоятельница Далёких Стуж.
Я слышала, Мефесто погиб. Как жаль. Он был хорошим любовником, пока его не охомутала человечка. Даже несмотря на то, что достоинство у него совершенно недостойного размера. Он умел работать языком.
Я едва сдержался от того, чтобы угрожающе зарычать. Даже при жизни оскорблять Мастера не имел права никто, но тогда он хотя бы сам мог защитить свою честь.
Будь добра, ближе к делу, сухо ответил Джеферсон.
Храм вновь заволновался, и я принял ещё более низкую стойку, одновременно собирая свою силу в тугой узел, чтобы при необходимости использовать её в любой момент. Циклоп рядом со мной зарычал, а другие жрецы медленно разошлись в стороны. Я их не видел, но знал, что некоторые из них пошли в соседние залы.
Ты кто такой, мальчик? спросила настоятельница, и в этот момент я увидел за её спиной в просвете арки несколько точек в утреннем небе.
Ещё драконы.
Исполняющий обязанности Архонта, жрец Джеферсон, представился он. И требую объяснить причины вашего появления в Храме Золота.
А, так ты теперь здесь главный? И снова Артас. У вашего брата нездоровое желание управлять этим миром. У Мару, впрочем, тоже. Но вы это делаете особо извращённым способом.
Если вы не собираетесь отвечать на мои вопросы, то прошу на выход, в голосе Джеферсона появились угрожающие нотки.
Прекрати волноваться, мальчик, хмыкнула настоятельница и обернулась на всё более чёткие силуэты драконов в небе. Твой хлеб мы отнимать не собирались. Сейчас все соберутся и поговорим.
Нет, вы сейчас же скажете, что вам здесь нужно, или нам придётся силой выставить вас из Храма! рявкнул Джеферсон, уже не пытаясь играть в вежливость. Поддерживая его, я хлестнул хвостом о каменный пол.
Ледяная драконица со вздохом приняла человеческий облик и примирительно произнесла:
Давайте перестанем угрожать друг другу, соберёмся вон за тем столом и всё обсудим. Да, Аманда?
Настоятельница фыркнула.
Сначала дождёмся всех остальных.
И позовите Совет, будьте добры, добавила ледяная драконица. Места здесь всем хватит.
Джеферсон раздражённо выдохнул и, не оборачиваясь, приказал:
Туман, созови старейшин сейчас же.
Сию минуту, мистер Джеферсон, раздался позади голос собрата.
И прикажи своим цепным псам принять человеческий облик. Разговаривать в такой обстановке я не согласна, надменно произнесла настоятельница, шагая к выбранному столу на двадцать персон.
Пока все не будут здесь и не перестанут угрожать Храму, они будут стоять настороже.
Храм всё ещё нас боится? настоятельница села на первый попавшийся стул, обернулась к нам вполоборота и закинула ногу на ногу, сцепив руки замком на колене. Глупенький какой, теперь уже поздно что-либо с ним делать. Силы Виригии вы уже высосали, назад пути нет.
Джеферсон не спешил присаживаться за стол переговоров. Он остался стоять рядом со столом, поглядывая на подлетающих дракониц, и пальцы его были напряжены. Бросив на него короткий взгляд, я убедился в том, что кожа Архонта начала поблёскивать металлом и вновь сосредоточился на гостях.
Я был ещё совсем птенцом, когда это произошло. Драконицы Далёких Стуж объединили свои силы, стремясь уничтожить Сердце Храма, якобы для предотвращения истощения Виригии. И теперь храм боялся их, его стены вибрировали, призывая нас защитить его.
Мы выполняли задание Праматери! возразил Джеферсон. Она бы не допустила уничтожения мира!
Согласись, в этом были некоторые сомнения после того, как она прокляла собственных потомков. Впрочем, именно о ней мы и хотели поговорить.
В это время драконицы долетели, и теперь одна за другой врывались в зал сквозь арки, поднимая в зале вихри. Останавливаясь внутри, они осматривались, оборачивались в женщин и проходили за стол, чтобы устроиться рядом с настоятельницей.
Последней влетела чёрная драконица. Её чешуя отливала серебром, миндалевидные глаза были подчёркнуты изящными белыми линиями и я с трудом подавил желание выйти из боевой стойки. Она тем временем приняла человеческий облик. Тёмные, когда-то иссиня чёрные волосы, теперь казались серыми из-за частой седины, но они по-прежнему осыпались густыми волнистыми прядями на шею. Глаза всё так же весело смотрели на мир, хотя губы были серьёзно поджаты. На короткое мгновение наши взгляды соприкоснулись, и я заметил короткую улыбку, которую драконица тут же скрыла и поспешила за остальными.
Я с трудом узнавал собственную мать, которую не видел так давно, что почти забыл, как она выглядит и как звучит её голос. Единственная женщина, которая не отказалась от меня, несмотря ни на что, и наверняка большая часть её седых волос были подарены мною.