Всего за 59.9 руб. Купить полную версию
Ваши «товарищи» уже показали на него как на организатора.
За детектором на стол легла стеклянная колба с образцами фиолетово-серых грибов, которых сталкеры набрали в лесу.
– А это вообще биологическое оружие, – покачал головой следователь. – Так что либо твой брат террорист, либо просто парень, отчаянно нуждающийся в деньгах и не ведающий, что творит. Тебе какой вариант по душе?
Пацан добросовестно пыхтел, перебирая в памяти события последних месяцев.
– Я видел того мужика пару раз, мельком, – заговорил он наконец. – И слышал, как Вовка с ним договаривался. Тот ему деньги неплохие предложил за образцы. Сказал, вроде для исследований.
Майор кивнул:
– Очень хорошо. Сейчас тебя проводят к специалисту – расскажешь ему все подробно.
Он вызвал конвой и, взглянув критически на просохшее от слез лицо мальчугана, почувствовал, что надо «добавить»:
– Ты, Тимка, пойми главное: заказчик ваш очень опасная личность, и брат боится раскрывать рот, чтоб тот не отыгрался на тебе, пока он будет в тюрьме. Так что все зависит от тебя. Не могу обещать на сто процентов, но если поможешь нам, то для брата все ограничится условным сроком. А может, и вообще не дойдет до суда. Так что поедете домой – как раз поспеете к годовщине смерти матери.
Он не стал дожидаться, пока у мальчишки снова просохнут слезы, и передал его конвоирам, задержав при этом старшего.
– Сделай так, чтобы его увидел родственник. Прямо сейчас, – тихо сказал он лейтенанту.
И конвоиры повели Тимофея через полутемный подвал, где за толстым решетчатым ограждением дожидались своего часа двое арестантов. Едва завидев мальчишку, один из них вскочил на ноги. Тимофей кинулся к решетке, и лейтенант кивком запретил сержантам им мешать. Высокий широкоплечий мужчина, протянув руки сквозь железные прутья, обнял младшего брата, потрепал его по непослушным вихрам и все выспрашивал, как да что. Мальчик смеялся сквозь слезы и, в шутку отбиваясь, успокаивал, что с ним все в порядке. Они провели вместе не больше минуты, после чего лейтенант сказал:
– Свидание окончено, – и легонько подтолкнул пацана. – Давай двигай, еще увидитесь.
Уходя, Тимофей обернулся и с улыбкой прокричал:
– Все нормально, Вов! Не переживай – скоро нас отпустят!
Как только стихли его шаги, ноги у вожака сталкеров подкосились и он сел прямо на пол, обхватив голову руками. В душе у него все оборвалось, и теперь он мало что соображал, обвиняя себя во всем случившемся.
– Волк! Волк, да очнись же ты, наконец! – Товарищ тряс его за плечо. – Так горю не поможешь!
По коридору вновь загрохотали тяжелые военные ботинки, и он спешно заговорил:
– Давят же, суки! Ну ты чего, не видишь что ли? Хотят они чего-то. Иначе давно бы уже всех укатали и не стали Тимку обрабатывать. Ну, сам подумай!
Загремели ключи в замке, и двое солдат вытащили сталкера из камеры.
– Волк, бога ради, подключи башку! Она ж у тебя варит! Иначе хана всем! – кричал он, пока его тащили по коридору. – Контора это, Волк! Не вояки – контора…
Волк с рычанием впечатал кулак в стену, взревел от боли, а затем прокусил себе ладонь, и вкус собственной крови вернул его к жизни. Мужчина выпятил твердый волевой подбородок, поднял глаза, полные ненависти, и через секунду голова его заработала на всю катушку.
Конечно, это не МВД и не военные: его личность установили за секунды – он и рта не успел раскрыть. Здесь работают профи, у которых полное досье на любого жителя Украины. И мальчик им не нужен. Им нужен Волк, потому и давят на нервы. Не трудно догадаться, кто так лихо действует, – конечно, «контора». Центр Зоны находится под непосредственным контролем Службы безопасности Украины. Остается выяснить, чего от него хочет СБУ.