Всего за 490 руб. Купить полную версию
69
Кто-то из членов Бюро поставил крестик на полях напротив этого абзаца, словно подчеркивая его важность и циничность. За всем этим ощущалась тень Войташшака, который уже заседал в Государственном совете, когда были приняты эти окончательные меры.
Мальоне получил полный текст речи от надежного посредника командора Бабушо Риццо из итальянского посольства
70
Министр Мах также отмечал, что «обряд крещения, проведенный некоторыми представителями духовенства, не будет приниматься во внимание. Евреи должны уехать вне зависимости от того, крещены они или нет Евреи, сбежавшие в Венгрию, должны быть возвращены словацким властям в рамках соглашения, подписанного с венгерским правительством»
71
Нацистские тиски сжимались все сильнее, и укрыться от них уже было невозможно. Несчастных людей, оказавшихся в ловушке в Словакии, ждала депортация, а тех, кому удалось сбежать, власти намеревались вернуть. Мах продолжал:
«Мне известно о санаториях и больницах, в которых полно евреев, мужчин и женщин: эти мнимые больные пытаются скрыться от закона. Всех этих временно больных посетит медицинская комиссия, которая и решит их дальнейшую судьбу Евреев, пока необходимых для страны, проинспектирует специальная комиссия и выдаст временные разрешения, которые будут периодически пересматриваться до тех пор, пока не появится возможность заменить данного еврея арийцем»
72
Правительство Тисо, возможно, было самым ревностным воплотителем нацистских принципов, причем оно даже не пыталось ни смягчать, ни прикрывать свои действия какой-либо пропагандой. В то время как сами нацисты время от времени старались одурачить международное сообщество и утаить свои преступления, словацкая политическая элита действовала с бесстыдной откровенностью, как будто гордясь низостью своих поступков. Словацкая пресс-конференция наделала шума в остолбеневшей от ужаса Европе. Однако в фашистской Италии газета «Коррьере делла сера» вышла с таким заголовком: «Правительство Словакии получает все полномочия для изгнания евреев»
73
Среди сообщений и писем, которые продолжали стекаться в Государственный секретариат, был и новый отчет от обычного немца, ставшего очевидцем событий: «Я провел в Будапеште неделю по делам, и меня попросили довести эти факты до вашего сведения». Не указывая свои источники, информант сообщал:
«Евреев, пытающихся по очевидным причинам попасть в Венгрию, возвращают властям страны, из которой они прибывают. Все это является следствием давления со стороны Германии. Этих евреев интернируют в концентрационных лагерях, где им не предоставляют ни пищи, ни удобств, ни медицинской помощи, из-за чего многие из этих несчастных погибают. Венгерский Красный крест попытался вмешаться в ситуацию, но не получил соответствующего разрешения»
74
Это еще одно доказательство того, что нацисты не терпели никакого вмешательства в устраиваемые ими преследования и уничтожение людей ни со стороны Красного Креста, ни тем более со стороны Святого Престола.
Очевидец упомянул и трагическую историю девушек, о которой Бюро было хорошо осведомлено: «Еще хуже дела обстоят в Словакии, где тысячи еврейских девушек были высланы, не знаю куда именно, на потеху солдатам»
75
«сообщить все это меня побудили исключительно соображения гуманности»В Словакии некоторые епископы продолжали бороться. Они составили коллективное письмо о еврейском вопросе, которое должно было выйти в газете «Католицки новины». Государственная цензура сначала запретила публикацию, но затем дала обратный ход, потребовав от епископов внести в письмо изменения, которые смягчали или меняли его смысл. Епископы отважно отказались издавать этот искаженный пропагандой вариант, из которого оказалась выхолощена всякая критика в адрес властей. Вопреки требованиям цензуры в печати появился исходный текст
76
6 июля британский посол ДАрси Осборн снова задал вопрос о том, предпринял ли Святой Престол какие-либо действия относительно депортации словацких евреев и привели ли они к каким-то результатам
77
«но не добился ощутимых результатов»78
Тардини дал свое согласие, но после беседы с Пием XII попросил ДеллАкву приготовить письменный ответ, в котором следовало упомянуть последнее протестное письмо словацких епископов. Свои мысли Тардини записал в отдельной заметке: «Катастрофа заключается в том, что президент словаков священник. Все понимают, что Святой Престол не может остановить Гитлера. Но кто способен понять, что он не в состоянии положить конец действиям священника?»
79
Тардини, секретарь Бюро, как и сегодняшние читатели, задавался ключевым вопросом: почему Святой Престол не мог воспрепятствовать действиям священника-убийцы? Ему приходилось иметь дело с отсутствием полномочий у Святого Престола вмешиваться в дела местного епископата и в принимаемые им политические решения. Кроме того, машина немецкой пропаганды делала все возможное для очернения репутации Церкви. Верный помощник Ватикана, итальянский командор Франческо Бабушо передал текст радиовыступления, в котором министр Мах уверял, что словацкие католики в конце концов одобрили, пусть и опосредованно, «решение» еврейского вопроса, которое тогда воплощалось в жизнь
80
* * *
15 мая 1942 года вступил в силу новый конституционный закон, предложенный Махом и предполагавший депортацию всех евреев с территории Словакии. Исключение делалось для двух категорий: тех, кто обратился в христианство до 14 марта 1939 года, и тех, кто связал себя узами брака с супругом-неевреем до 10 сентября 1941 года.
Скромная уступка на фоне знаменитой пресс-конференции, на которой Мах объявил недействительными все свидетельства о крещении, выданные Церковью в Словакии и других странах в течение предшествующих трех лет в надежде спасти жизни людей.
Поверенный в делах Бурцио был совершенно подавлен. Он не скрывал своего отвращения в связи с тем, что «некоторые священники депутаты парламента проголосовали за этот закон, другие воздержались, но никто не осмелился выступить против»
81
В ближнем кругу Пия XII это вызвало не меньшую подавленность. Кардинал Мальоне письменно ответил Бурцио:
«Святой Престол пребывает в глубоком замешательстве относительно новых суровых мер словацкого правительства против неарийцев. Хуже всего то, что, судя по сообщенным Вами сведениям, новый закон был принят при поддержке некоторых священников, являющихся депутатами этого парламента»
82
Ситуация была отчаянной, но Бюро мало что могло сделать для наказания виновных. Некатолику трудно понять, что у римской курии крайне мало инструментов, чтобы повлиять на местные организации. Согласно католическому канону, священство не работа, но таинство, исходящее от Святого Духа, а потому неприкосновенно.
Священники в политике Перед Церковью этот щекотливый вопрос стоял и во времена Пия XII, и сейчас. Монсеньор Тардини никогда не приветствовал участие священников в политике. Позднее, в 1945 году, он признавал, что такая проблема есть и что она чревата скандалами, и вновь сожалел о своей неспособности на это повлиять:
«Не слишком ли много священников занимают сегодня ответственные политические должности? Не представляет ли это опасности для Церкви? С другой стороны, можно ли это запретить? От священников можно требовать, только чтобы они были добрыми. В противном случае!.. Поэтому было бы разумно поручить ординариям [местным епископам и архиепископам] выдавать такого рода разрешения только достойным священникам»