Всего за 499 руб. Купить полную версию
Однако одна постройка не давала мне покоя. Самый большой участок в Восточном Меоне, на котором стоял большой фермерский дом с бассейном на востоке, теннисным кортом на западе и, что более важно, просторным сараем за домом.
В то утро я уже дважды заходил в тот дом, но оба раза подъездная дорожка была пуста, и на мой стук никто не ответил. Однако, возвращаясь к Сьюзи во второй половине дня, я заметил синий BMW, припаркованный перед домом. Я пробежался по мощеной дорожке, постучал блестящим дверным молотком в дверь и скрестил пальцы. Примерно через минуту дверь со скрипом отворилась, и я увидел блондинку лет 50 в узких джинсах и кожаной куртке.
Добрый день, улыбнулся я, а после представился и показал листовку. Я ищу пропавшего кота по кличке Оскар, и мне нужно проверить ваш сарай, вы позволите?
Дама смерила меня ледяным взглядом.
Это раздевалка, а не сарай, ответила она с аристократическим произношением. Так или иначе вам незачем заходить внутрь. Я видела плакаты, развешанные по всей деревне, и сама смотрела там. Уверяю вас, там нет никакого кота.
Меня это не остановило. Я был детективом с 30-летним стажем, и у меня было множество навыков общения со свидетелями, а мой внутренний детектор лжи сбоев почти не давал. Разговаривая со мной, эта женщина повернулась спиной к сараю и сказала много того, о чем я ее не спрашивал, что самое важное, отвела глаза, когда сказала про то, что сарай уже был ею осмотрен. Я был убежден, она не заходила туда несколько недель, что, в свою очередь, только усилило мое желание попасть внутрь.
Если вы не возражаете, я бы все-таки хотел взглянуть сам вежливо произнес я.
Женщина сложила руки на груди и медленно покачала головой с явным недоверием.
Это займет всего пять минут, обещаю, поспешно добавил я, одарив ее дружеской улыбкой. Хозяйка Оскара не находит себе места и просто хочет знать, что с ним случилось. Я был бы вам очень благодарен.
Слова возымели должный эффект. Она, вздохнув, покорно направилась в дом и вскоре вернулась, крутя вокруг указательного пальца серебряный ключ.
Но я пойду с вами, сказала она, приподняв брови, и вам лучше поторопиться.
Она неохотно открыла раздевалку и впустила меня внутрь. Справа, освещенная лучом солнца, стояла большая пластмассовая коробка, внутри которой были принадлежности для бассейна: спущенный резиновый матрас, надувные круги, трубки и ласты. На металлическом стеллаже слева в тени стояли несколько терракотовых ваз с растениями и несколько аккуратно сложенных подвесных корзин, последние были отделены друг от друга бледно-зелеными джутовыми подкладками.
Как видите, нет здесь никакого кота, сказала женщина холодно.
Вдруг краем глаза я заметил, что одна из корзин слегка дернулась, затем я услышал едва уловимый шорох, сопровождаемый слабым мяуканьем. Через несколько секунд из плетеной корзины показалась крошечная лапка, отчего миссис «снежная королева» ахнула. На первый взгляд, его мех показался мне черным, отчего у меня упало сердце, но, когда животное выбралось из своего темного угла, я узнал его шерсть и огромные зеленые глаза. Это был Оскар.
Уставший и грязный, он сделал пару неуверенных шагов и рухнул у моих ног. Я осторожно поднял его и, не сказав ни единого слова владелице помещения, которая, вероятно, съежилась от стыда, взял Оскара на руки и направился к машине. Кот практически не сопротивлялся моим действиям, не считая нерешительной попытки вцепиться в мою кофту. Бедняга был слишком слаб, чтобы дать отпор незнакомому человеку.
Я подошел к машине и осторожно положил дрожащего Оскара на пассажирское сиденье, нежно стряхнув паутину с его спутанной шерсти. Я медленно и аккуратно поехал в сторону дома Сьюзи, по пути позвонив ей, чтобы сообщить, что нашел ее кота, также подчеркнув, что мы должны немедленно отвезти его к ветеринару. Она ждала нас у ворот, с тревогой прижимая руки к груди.
«Мой Оскар!» ахнула она, открыв дверь авто.
Это едва ли могло принести ей облегчение. Хотя она и была вне себя от счастья, увидев своего драгоценного питомца живым он выжил, как я полагал, благодаря тому, что слизывал конденсат с окон раздевалки, она очень переживала из-за его болезненного вида. Высокая температура, сухой нос и безжизненные глаза означали лишь одно у нас на руках больной кот и ему срочно нужна помощь.
Сьюзи нежно подняла Оскара с сиденья машины, словно фарфоровую фигурку, прежде чем усадить его к себе на колени. Всю 20-минутную дорогу до ветеринарной клиники она не поднимала головы, и, остановившись на светофоре, я заметил, что по ее щекам текут слезы. Не считая того, что она указала мне дорогу к ветеринару, она почти ничего не сказала.
Я высадил их у входа, где нас уже ждала обеспокоенная медсестра, а сам припарковался неподалеку. Зайдя внутрь, я нашел Сьюзи, сидящую в одиночестве на одном из синих пластиковых стульев.
Оскара сейчас осматривают, сказала она.
Пройдет около получаса, прежде чем они закончат осмотр. Если хотите, я могу остаться здесь, предложил я.
Это очень мило с вашей стороны, но Майк уже в пути, ответила она.
Через несколько минут муж Сьюзи ворвался в приемную, и я решил, что мне стоит оставить их наедине. Я попрощался и отправился обратно в Сассекс.
Когда я ехал домой, в голове у меня стучало. Я злился на женщину, которая не удосужилась обыскать свой сарай, и на себя за то, что не нашел Оскара раньше. Я чувствовал себя опустошенным из-за того, что не смог сделать больше для Сьюзи; было тяжело видеть ее такой расстроенной, с мыслями о том, что худшее еще впереди.
«Проклятье если бы только я нашел его раньше!» сказал я себе, ударив рукой по рулю.
Сьюзи позвонила мне на следующее утро и сообщила последние новости. Ветеринар диагностировал сильное обезвоживание, Оскар потерял более 50 % своего веса, что вкупе с недоеданием привело к значительным повреждениям органов. Из своего предыдущего опыта по выхаживанию пойманных кошек я знал: Оскар выжил благодаря разрушению клеток тела это процесс, известный как катаболизм, что увеличило нагрузку на его печень и почки.
Несмотря на то, что состояние кота оценивалось как стабильное, его единственным шансом на полное выздоровление был срочный перевод в специализированный лечебный центр в Лондоне. Ветеринар, однако, не мог дать никаких гарантий, что этот способ подействует и что больной Оскар выдержит двухчасовое путешествие. Но Сьюзи была непреклонна.
«Это будет стоить мне целое состояние, Колин, но я не могу иначе, сказала она. Обещаю, что буду держать вас в курсе».
Когда она позвонила мне во второй раз, по ее дрожащему голосу я сразу все понял. Состояние Оскара ухудшилось за ночь у него начали отказывать почки, и ее вызвали в операционную, чтобы принять решение, которого боится каждый владелец домашних животных. Оскар лежал у нее на коленях, свернувшись калачиком, когда его усыпляли. Их связь прервалась навсегда.
Я пытался найти для нее правильные слова, сказал, что она сделала правильный выбор, что она была с ним, когда он умер, что она подарила ему прекрасную жизнь, но так и не смог облегчить ее горе. Я чувствовал, что безвременная потеря Оскара затронула глубокую рану недавней утраты. Образ моего брата Дэвида промелькнул в сознании, и мне стало ужасно грустно, что Сьюзи испытала столько боли за столь короткое время.
Когда его жена больше не смогла сдерживать эмоции, трубку взял Майкл.
«Пусть она и рассчитывала на другой исход, Колин, Сьюзи благодарна вам за помощь, сказал он. Если бы вы не нашли его, она не смогла бы как следует попрощаться».
Я положил трубку, откинулся на спинку стула и посмотрел в окно. Пышные луга фермы Брамбл-Хилл пестрели маргаритками, лютиками и клевером. За ними на горизонте серебряными лентами сверкали каналы Уэй и Арун. Высоко в небе над верхушками деревьев кружил одинокий канюк, готовясь схватить добычу.