Томилина Зоя - Отель «Хартвуд». Самый лучший подарок стр 3.

Затем белка откусила большой кусок пирога с жёлудями и спросила:

 Тебе понравились подарки?

 Понравились? Я от них в восторге,  сказала Мона.  Но

 Но что?

 Я ничего не подарила мисс Колючклз, Кибеле и мистеру Хартвуду. И тебе ничего не подарила Я не знала

 Я думала, что ты знаешь о святом Спячкинсе, иначе сказала бы,  сказала Тилли.  Это не какое-то правило, нет. Но мы всегда обмениваемся подарками.

Мона почувствовала, как ухнул вниз её желудок:

 Всегда?

Тилли пожала плечами:

 Ты же не знала. И это не так уж и важно.

И всё же, забираясь в постель, Мона волновалась. Пусть Тилли, кажется, и поняла, но что же остальные?

«Я должна всем что-то подарить»,  решила мышка. Но что? Она не была певицей, как Кибела. Или поварихой, как мисс Колючклз. Ей даже не с кем было объединиться, как сделали это Тилли и миссис Торгинс. Но она всегда полна идей. Она что-нибудь придумает.

С этой успокаивающей мыслью Мона наконец-то заснула, и снилась ей мышка в пижаме и шапочке, которая несёт саквояж из ореховой скорлупки с сердечком, набитый подарками.

3. Крольчиха королевских кровей

Утром всё ещё шёл снег даже сильнее, чем раньше,  и Мона вспомнила предупреждение сурка.

Она рассказала о нём мистеру Хартвуду за завтраком, но он только рассмеялся:

 Голова в тумане у сурка потому-то от него одна тоска. Предсказывать любят сурки, но от правды они далеки. Так говорил мой дедушка. Не слушайте их предупреждения. Кроме того,  добавил мистер Хартвуд,  еды у нас предостаточно, а для счастливой зимы большего не нужно.

 Кроме сыра,  сказала мисс Колючклз, помешивая стоящий на плите суп новой ложкой.  В кладовой ничего не осталось. Видимо, вчера мы съели больше, чем я думала.

 Я сделаю заказ в Беличьей службе доставки,  пообещал Жиль: теперь, когда миссис Торгинс спала, к его обычным обязанностям на стойке регистрации добавились и дела по хозяйству.  Сыр понадобится, когда проснутся те, кто впал в спячку.

 Беличья служба доставки?  шёпотом спросила Мона у Тилли.

 Крупнейшая служба хранения и доставки во всём Папоротлесе,  объяснила белка.

Жиль продолжал:

 В конце концов, мы должны держать марку, даже если новых гостей не ожидается. И, безусловно, мы ждём муравьёв-плотников. Предполагается, что они прибудут сегодня, чтобы начать работу над новыми номерами для насекомых.

 В этом и прелесть, которая отличает зимний сезон: отдыхай и подновляй, пока гости смотрят десятый сон,  сказал мистер Хартвуд.  К слову о снах, я и сам сегодня собираюсь вздремнуть.  Это было неудивительно: в конце концов, мистер Хартвуд был барсуком, а барсуки, хоть и не уходили в спячку по-настоящему, зимой становились очень сонными.  Я уверен, вы и сами справитесь со всем как-нибудь.

Мона тоже была в этом уверена. Как-никак, Тилли же сказала, что зимой не происходит ничего интересного.

Бесспорно, тем утром ничего интересного и не произошло. Жиль даже нашёл время вставить в рамку и повесить копию обзора в «Шишкиной прессе»,  и отполировать рамку три раза! Довольно скоро наступили сумерки. Номера были чисты, и Мона только что закончила сметать снег с балконов на ветках. Она продрогла и сделала небольшой перерыв, чтобы согреться у камина в лобби и подсушить сырой от снежинок передник.

Её фартучек действительно был идеален. Он пришёлся мышке точно впору, а вышитое сердечко удивительно походило на то, что красовалось на двери «Хартвуда». Ей нужно придумать такой же хороший подарок для Тилли, да и для всех остальных. Мона как раз усиленно размышляла, когда открылась входная дверь.

«Ву-у-ух!»  Внутрь повалил снег, а вместе с ним в дверях появилась крольчиха, такая же белая и пушистая, как и сами снежинки.

Вокруг её шеи был аккуратно повязан блестящий шарф. В одной затянутой в перчатку лапе она держала трость, которой постучала по моховому ковру. Затем оглядела лобби и надменно фыркнула.

 Пф-ф. Так это «Хартвуд».  Крольчиха фыркнула вновь.  Я знала, что буду разочарована. Мне и правда стоит перестать читать «Шишкину прессу». Они всегда преувеличивают.  Она опять постучала тростью по ковру.

 Это и правда «Хартвуд»,  пропищала Мона, вскакивая, разглаживая передник и спеша к гостье.

 Горничная, что сидит у камина вместо работы? Ну и ну,  бросила крольчиха, цокая языком.  В моей норе такое недопустимо.

Щёки Моны вспыхнули:

 Могу ли я вам помочь, мисс

 Я не мисс, не миссис и не госпожа. Правильно герцогиня, герцогиня Орешинн. Безусловно, ты обо мне слышала?

 Вообще-то нет, я  начала было Мона.

Герцогиня опять фыркнула:

 Воистину, чему нынче мыши учат свой молодняк?

Не успела Мона заикнуться о том, что всегда жила одна, как герцогиня опять прервала её:

 Да, что ж. Достаточно сказать, что я из кроличьей королевской семьи. Я направлялась на невероятно важную конференцию, но меня задержал снегопад. Долго находиться на улице я не могу, иначе кошмарно простужусь. Моя старая шерсть совсем не так густа, как была раньше.

 Не такой уж старой вы выглядите,  заметила Мона, сразу же пожалев о своих словах.

 Ты пытаешься мне льстить,  заявила герцогиня, в очередной раз фыркая.  Я стара, и это факт. Надеюсь, фактом является также и то, что это ДЕЙСТВИТЕЛЬНО пятизвёздочное заведение.

 Так и есть,  быстро заверила её Мона, ощущая всё большую растерянность.

 Очень хорошо. Я займу ваши самые роскошные апартаменты до тех пор, пока не закончится снегопад. Что, надеюсь, скоро произойдет. Мои друзья и так будут ужасно разочарованы, что я опоздала.

 Лучшее, что у нас есть,  это пентхаус,  сказала Мона.

 Значит, немедленно засели меня в один,  потребовала герцогиня, вновь нетерпеливо постукивая по ковру тростью.

Мона засомневалась. Раньше она уже сталкивалась с неприятностями, заселяя гостей самостоятельно.

 Я только приведу Жиля

Герцогиня не дала ей договорить:

 Уму непостижимо!

Голос крольчихи стал пронзительно высоким, и Мона почувствовала, что добром этот разговор не закончится.

 ТССС!  раздалось у них за спинами.

К облегчению Моны, из кабинета вышел Жиль.

 Мистер Хартвуд пытается спать,  укорил он.

Увидев крольчиху, ящер замер. Затем, вернув своё идеальное самообладание, он поправил галстук-бабочку и подошёл к ним.

 Герцогиня Орешинн,  поклонился ящер,  наиболее уважаемый член кроличьей королевской семьи. Чем мы обязаны такой великой чести?

 Да-да, итак,  опять фыркнула герцогиня.  Я хочу забронировать пентхаус, сию минуту.

 Конечно, конечно,  ответил Жиль.  Есть ли у вас особые пожелания, которые могут сделать ваше пребывание приятнее, герцогиня?

 Лишь пара мелочей,  уронила герцогиня, и Мона навострила ушки.  Снаружи стоят сани с моими вещами: я хочу, чтобы их распаковали. У меня аллергия на обычные травы, так что, будьте любезны, проследите, чтобы моя постель была сделана только из перьев или импортной травы. А ещё я хочу, чтобы мне набрали ванну.

 Конечно,  повторил Жиль.

Моне казалось, что герцогиня Орешинн уж наверняка закончила, но та не умолкала:

 Пусть мне подадут чай и лепёшки из желудей. Учтите, без всякого джема или мёда. И три тарелки супа: грибной, с перцем и морковный. Я точно не решила, какой именно хочу.

 Это не проблема. Наша повариха, мисс Колючклз, готовит наивкуснейшие супы,  сказал Жиль.  Почему бы вам не погреться у камина, пока мы всё подготовим?

 Хорошо,  согласилась крольчиха, а затем добавила:  О, и последнее. У меня крайне чувствительные лапы, так что на полу обязательно должен лежать ковёр. Собственно, мне нравится этот,  она постучала тростью по коврику лобби.

 О  Жиль впервые замялся, и Мона понимала почему.

Ковёр был важной частью лобби. Сотканный из древесного мха красивого мятно-зелёного цвета, он оказывался первым, что видели входящие в «Хартвуд».

 С этим ведь не возникнет проблем?  сдвинула брови герцогиня.  Это же всего-навсего ковёр, и вовсе не такой хороший, как в моей норе.