Всего за 176 руб. Купить полную версию
Опилки в хлебе не хотите? Более дешевый крахмал, мел, а то и гипс в муке? Огурцы с мышьяком, чтобы казались свежее и зеленее? Вымоченное в свежей моче мясо старой коровы, чтобы жир побелел и стал похож на телячий? Сладкий сиропчик с оксидом свинца в прокисшем вине, чтобы оно казалось более вкусным? А порошок киновари в дорогущем красном перце? Киноварь содержит ртуть, на минуточку! Поешь такой вкуснятины с годик, а там и место на погосте обеспечено.
Конечно, такие фокусы старались проворачивать с покупателями победнее в нынешнее время какой-нибудь граф за старую козлятину, названную мясом молодой лани, может нечистому на руку торгашу эту самую руку отрубить. А то и голову. И ничего ему за это не будет, все одобрят. Вот поэтому я и удивилась, обнаружив в корзине хорошей копченой рыбы несколько тушек явного неликвида.
Чего орешь! напустился на меня торговец. Не твоего ума дело, оборванец! Куда нос суешь?!
В чем дело? Господин Жуй оставил степенный разговор с крупным поставщиком мяса и подошел поближе.
Уберите этого поганца, достопочтенный, совсем совести у него нет, рыбину хотел стащить! Бегающие глаза торговца хитро и подобострастно сощурились.
Кому нужна твоя тухлятина! Ну нет, не на ту напал. Я не дам себя обвинить, а раз по-хорошему не захотел, пусть не жалуется потом. Ты что подсовываешь, уважаемый? Этой рыбой врагов травить надо, а не господам за деньги продавать!
Много ты понимаешь, мозгляк! Господин Жуй, не слушайте его!
Господин Жуй, я ловко выхватила вялено-копченую рыбину прямо из рук торговца, не давая ему спрятать ее под другими тушками, гляньте сами! На первый-то взгляд вроде и ничего, а если в брюхе пощупать, мясо как кисель, явно в тепле перележала перед тем, как второй раз закоптили. И налет у хвоста, видите? Специальным раствором терли, чтобы плесень убрать. Залежалый товар, одно слово. Нельзя такой есть! Потравишься!
Главный повар первым делом выдал мне профилактический подзатыльник, но несильный. Отобрал рыбу и долго ее исследовал, чуть ли не сунув нос в брюхо. Потом молча отложил тухлятину и так посмотрел на мошенника, что тот аж присел.
Простите, достопочтенный, простите! заблажил он, торопливо собирая свой товар. Не иначе помощник подсунул, тварь вороватая, а я не проследил! Простите!
Чтоб я в замке этого больше не видел. Появится ноги переломаю. И позову другую артель.
Кажется, господин Жуй не любил тратить лишние слова. Он и слушать вопли изобличенного жулика не стал, коротко кивнул старшему в этом обозе, уронил фразу и пошел обратно к мяснику, больше не обращая внимания на слезные мольбы.
На меня он больше не смотрел, да и слава богу. Я, правда, не удержалась и сунула нос во все оставшиеся у портала корзины, прежде чем перетаскать их к крыльцу. Однако все было в порядке, и я уже думала, что сейчас начну на своем горбу переправлять всю эту гору отличных продуктов куда-нибудь в кладовую, но тут меня в очередной раз ловко поймали за шиворот и слегка встряхнули.
И откуда ты так хорошо разбираешься в рыбе, постреленок? Господин Жуй смотрел грозно и холодно. В последний раз управляющий велел прислать два десятка мальчишек из приюта. А ты откуда взялся? В доме милосердия ты такую рыбу даже издалека видеть не мог.
Мозги вскипели. Неужели я спалилась на таком пустяке? На своей привычке не терпеть халтуры и надувательства? Как обидно-то!
Думай, голова, думай. А то холодец из тебя сварю.
В приют детей птицы приносят, что ли? грубовато ответила я, нарочно шмыгнув носом и утершись рукавом, чтобы хоть немного скрыть проблеск паники на лице. Не родился я там!
А где ты родился? Рука на моем загривке все еще была неумолимо тверда, но хоть трясти перестали.
Дык в трактире. Батя мой трактир держал!
Это, конечно, была пляска на тонком льду не только скользко, но еще и риск провалиться очень велик. Знания Юйриль об окружающем мире были ничтожно малы. Пришлось импровизировать и полагаться на то, что я знала из истории в своем прошлом мире. Не может быть, чтобы в городе за пределами замка не было таких заведений!
И? Очередной рывок за ворот явно должен был подстегнуть мою словоохотливость.
Да чего погорел трактир. Батя там и остался. А мне куда идти? Сколько мог на улице жил, потом в приюте. Потом сюда попал. Все.
И сделала честные-честные глаза.
Воровал? после паузы строго спросил господин Жуй, стараясь просветить меня взглядом до самого донышка.
А то! не моргнув глазом, соврала я. Как жить-то? С голоду подыхать, что ли?
Шустрый пацан. И хорошо, что честный, хмыкнул главный повар. А если на улице выжил и в приюте не пропал значит, не дурак.
Я затаила дыхание. Ну?
Будешь хорошо работать, станешь человеком, усмехнувшись, выдало начальство. Я буду следить за тобой, понял? Если станешь воровать, лично отрублю руку и выкину вон, понял?
Да чего уж непонятного. Я еще раз вытерла нос рукавом и ухмыльнулась, вспомнив собственный опыт. Нонеча не то что давеча, поварят на кухне никто за уши не дерет и ремнем не порет, но все равно, нанимая подсобный персонал в свой ресторан, я изначально старалась обозначить все карательные перспективы. Разве что руки рубить я ни разу не обещала, но тоже умела нагнать страху. Потом, когда юные оболтусы обнаружат, что я местами очень даже добрая тетя Юля, а не только злобный дух Ю-Ю, привычка к дисциплине уже сыграет свою роль.
Иди работай! Мне вручили корзину с перепелиными яйцами и выдали стимулирующего пинка. Перенесешь все вот это, начальственный палец ткнул в отдельно стоящую груду корзинок, во вторую кладовую и доложишь! Бегом!
Бегом так бегом У кого бы узнать, где та вторая кладовая-то? Ладно, бой покажет.
Я никак не ожидала, правда, что бой начнется раньше, чем я добегу со своей корзиной до кухни.
Попался, гаденыш!
Глава 7
Не на того напал. Увернуться от летящего в голову кулака было не так сложно, как удержать корзину. Если яйца разобьются, мне этот козел вертельный белым пряником покажется на фоне начальственного гнева. Может, на то и расчет?
Эй, ты что! Скакать кузнечиком в узком коридоре сложно, зато орать во все горло мне никто не мешает. Помогите! Он взбесился! А-а-а-а-а-а-а!
Главное, корзинку корзинку под удар не подставить. Да где этот, мать его, главный повар, он оглох, что ли?! Я так ору, что меня за порталом слышно должно быть!
Что здесь происходит?
Оппа! Ну, я бы на этот раз упала, потому что гадский пинок в спину меня таки достал. Полетела бы птичкой, капец бы яйцам, а то и костям. Но вместо стены моя голова повстречалась с чем-то более мягким, а еще меня поймали за шиворот и подняли над полом, как кутенка. Да что ж за привычка тут у них нехорошая!
Ты еще кто?
Запах горькой полыни с нотками базилика ударил в ноздри, и только тут я поняла, на кого налетела. Ах ты ж черт! А если он сейчас с близкого расстояния приглядится к моему лицу и все-таки узнает?! Я ведь даже сажей рожу намазать не успела для маскировки.
А-а-а-а-а-а! Спасите-помогите, господин, он рехнулся и хочет ваши яйца! С этим воплем я пихнула корзину впереди себя и сама вцепилась в спасителя, опуская голову и прижимаясь к его груди, не давая заглянуть себе в лицо.
Чего он хочет?!
Ыгх-х-х-х это уже бугаина, чтоб ему свои собственные яйца на бегу потерять. В-ваша с-светлость я я не
Вот! Я снова ткнула в герцога своей корзинкой, старательно прикрываясь ею от слишком пристального взгляда. Яйца! Господин Жуй велел в кладовую отнести! Это ваша собственность! А он хочет отобрать! голосом завзятого ябедника.
Мне, кажется, везет. Вполне возможно, как утопленнику, но везет. Потому что рука, державшая меня за шиворот, сначала затряслась, а потом и вовсе разжалась.
Хороший у него смех. Почти такой же приятный, как запах. Не был бы он еще герцогом и женихом, сошел бы за нормального человека. А пока надо бы ноги в руки, яйца в зубы и тикать, пока не спалили.