Всего за 599 руб. Купить полную версию
Синий кашемировый свитер достаточно обтягивал его тело, чтобы стало понятно: парень регулярно посещает спортзал, а благодаря цвету голубые глаза Джулиана светились особенно ярко. Не желая залипать на его рельефный торс или теряться в этих невероятных глазах, Натали не знала, куда смотреть, и поэтому сосредоточилась на выпечке. Между ними повисло молчание.
Джулиан поерзал на стуле.
Не хочется начинать вечер с неприятной темы, но вчера я размышлял о случившемся и о тех двоих, что напали на тебя.
Думаю, они не вернутся.
Может, и нет, но я не смогу находиться здесь каждый вечер, пока ты работаешь. И я не уверен, что могу сказать что-то еще и при этом не не знаю, не обидеть твои феминистические взгляды. Или самому не показаться подонком. Я просто переживаю.
Натали покраснела и отвела взгляд. Она не сомневалась, что Либерти буквально выплюнула бы какое-нибудь замечание типа: «Я и сама способна о себе позаботиться, большое спасибо», но лично ее забота молодого человека грела.
И учитывая сказанное Джулиан порылся в своей сумке-почтальонке и достал оттуда маленькую коробочку с надписью «Системы безопасности «Одно прикосновение», это тебе. Это брелок для ключей с GPS. Просто нажми кнопку, и он пошлет сигнал полиции о твоем местонахождении. Он прочистил горло. Прости, я знаю, что это ужасный подарок, но после вчерашнего
Натали изучила коробочку, отметив про себя, что устройство изготовлено по последнему слову техники.
Спасибо.
Это меньшее, что я мог сделать.
Девушка улыбнулась. Оказывается, она настолько небезразлична Джулиану, что он купил ей такую вещь. Эта мысль заставила ее почувствовать легкий триумф.
Ты очень внимательный, мягко проговорила она. Хотя, конечно, это не так умно, как угрожать разбойникам горячим молоком.
Нет, очевидно, нет, но гораздо практичнее, рассмеялся он, расслабляясь. Угрожать разбойникам. Я подозревал, что ты обладаешь чувством юмора, но не знал, удастся ли мне его увидеть.
Натали повертела туда-сюда тарелку.
Ну, раньше ты особо со мной не разговаривал, только заказывал кофе. Между принятием заказа и возвратом сдачи не так много места для юмора.
Ты права, согласился Джулиан. Не разговаривал. То есть мало говорил с тобой. А зря.
Все нормально. Я не слишком общительная. У меня есть пара друзей, и увидь они, что я сижу и общаюсь с живым человеком, задумались бы, не проспорила ли я кому-то.
Я рад, что сейчас ты сидишь тут и разговариваешь со мной, признался Джулиан, а на его губах мелькнула загадочная улыбка и тут же исчезла. Но это моя вина. Я хожу сюда больше месяца. Просто дело в том, что
Она наклонилась вперед.
Да?
Легко приобрести привычку, особенно когда ты склонен к таким вещам.
Привычка одиночества, догадалась она.
Да, точно.
Между ними снова повисла пауза, а затем и затянулась, грозя разрушить достигнутый прогресс. Натали решила быть храброй. Ее взгляд упал на закрытую тетрадь, две трети которой уже были использованы. Она видела, где бумагу исписали, а где еще не тронули.
Как твои записи? поинтересовалась Натали и добавила как можно беззаботнее: Что бы ты там ни писал.
Я да, все идет хорошо, слабо улыбнулся Джулиан и глотнул кофе.
Это хорошо, произнесла она. Знаешь, большинство виденных мной писателей печатают на ноутбуке. Мало кто продолжает использовать ручку и бумагу.
Я старомоден. Или, скорее всего, это еще одна привычка с детства, от которой я так и не смог избавиться.
Я сомневаюсь, что от нее нужно избавляться. Хотя у твоей руки может быть иное мнение.
Он рассмеялся.
Да, моя рука иногда жалуется. Но за десять лет она привыкла к издевательствам.
Десять лет?
На самом деле если задуматься, то дольше. Учитель в начальной школе купил мне тетради, чтобы ну, чтобы я не попал в неприятности. Кстати, я заметил, что ты всегда с книгой, когда мало клиентов, сказал он. Любишь читать, да?
О боже, да, отозвалась она. После счетов, продуктов и занятий мои деньги уходят на книги. Иногда я думаю, что слишком много читаю, но мне кажется, это лучше, чем смотреть телевизор или лазить в интернете.
Невозможно слишком много читать.
Моя подруга Либерти не согласилась бы.
Либерти?
Либерти Честейн, одна из двух моих друзей. Днем массажист, ночью актриса в кабаре. Она все время твердит, что мне следует чаще выбираться в люди и не проводить столько пятничных вечеров за книжкой. Натали усмехнулась. Упс, теперь я выгляжу отшельником. Хотя по сравнению с Либерти, наверное, так и есть. Она достаточно запоминающаяся.
Как и ты.
Подняв взгляд, Натали увидела, что молодой человек внимательно смотрит на нее. Она смущенно прочистила горло и понадеялась, что полумрак в зале скроет от Джулиана ее румянец.
Нет-нет. Я просто люблю книги, слабо возразила она, подавляя желание сбежать и спрятаться.
Улыбка Джулиана помогла ей расслабиться.
Ну да, они твоя компания на пятничный вечер. И кого ты читаешь?
О, я обожаю Джона Ирвинга, Энни Пру Октавия Батлер тоже нравится. О, но никто не может сравниться с Рафаэлем Мелендесом Мендоном. Если выбирать самого любимого автора, то это точно он. Ты его читал?
Джулиан медленно откинулся на спинку стула.
Читал.
Натали захлопала в ладоши:
И?
Он сделал глоток кофе и пожал плечами.
О, да ладно тебе! Если ты читал, то у тебя точно сложилось какое-то мнение о его работе! Он слишком талантлив, чтобы вызывать равнодушие.
Я бы не сказал, что равнодушен
В этом мире есть лишь несколько вещей, которые я люблю больше книг Рафаэля Мелендеса Мендона. И я чувствую себя обязанной по крайней мере постараться обратить в свою веру незнающих и не ценящих. Я уже в третий раз перечитываю его последнюю книгу. «Коронацию». Она просто волшебная.
Джулиан слабо улыбнулся.
Сильный комплимент, но всегда есть что улучшить, не так ли?
Не в его случае, покачала головой Натали. Прости, я обожаю Мендона, и меня начинает нести, когда говорю о нем. Я приобрела все его книги и прочитала их по меньшей мере раз десять. А «Выше» раз двадцать точно. Она взяла круассан, понимая, какой безумной, должно быть, смотрится со стороны. Либерти права, да? Я безнадежна.
Я бы сказал, ты довольно далека от безнадежности. Свое время можно тратить на занятия гораздо хуже, чем чтение.
Натали покосилась на окно, за которым печально завывал ветер и кружились опавшие листья.
Иногда мне кажется, что я не столько читаю Мендона, сколько сбегаю в эти истории, призналась Натали. Они словно убежище от всего уродливого и жестокого. От боли. Они кусочки абсолютной правды, понимаешь? Правды, выраженной в судьбах персонажей и просвечивающей сквозь его прозу. Она повернулась к нему. У тебя действительно не сложилось никакого мнения по поводу его книг?
Ты разочарована?
Нет. Хотя есть немного. Я не собираюсь ставить тебя в неловкое положение, ничего такого, вздохнула Натали. Вероятно, Либерти и мой босс Нико, да, тот самый Нико, правы. Я провожу слишком много времени в книгах и недостаточно в реальном мире. Она фыркнула. Ненавижу этот термин. Сюжеты книг Мендона происходят в настоящем мире, но там есть магия. Даже когда ситуация становится опасной, жестокой или трагичной, в итоге у тебя остается надежда и вера в людскую доброту. Вот почему меня словно подбрасывает, когда кто-то говорит, что читал его. Я надеюсь, что они увидели и испытали то же самое и что ценят его не меньше моего. Девушка взглянула на Джулиана, и внезапно ей в голову пришла ужасная мысль. Или тебе не нравятся его работы?
В целом он мне нравится.
Ладно, тогда можно продолжать общаться с тобой, улыбнулась Натали. Меня немного заносит, знаю. Но видел бы ты, какой спектакль я устраиваю, когда ловлю посетителя за чтением его книг. Я просто становлюсь сама на себя не похожа забываю о своем привычном одиночестве ради разговора о книге. Или о самом Мендоне. Он затворник, но боже, как я ненавижу это слово. Словно он какой-то чудак. Как будто в желании время от времени побыть в тишине есть что-то плохое. У него своя привычка одиночества, понимаешь? Джулиан смотрел на нее с каким-то непонятным выражением лица, и Натали ощутила, как краснеет ее шея. О боже, это я чудачка. Прямо сейчас. Болтаю тут без умолку