Всего за 529 руб. Купить полную версию
Механик засмеялся. Рэй никак не мог запомнить, как его зовут, но фамилия была вышита на кармашке его формы, которую он обычно носил: Вентура.
Просто надо делать все аккуратно. Брал бы с меня пример.
Он был наглый, и Рэю это нравилось. Сначала он думал, что Вентура гей, что он флиртует с ним, когда подмигивает, хвастается и выпячивает губы. Но потом понял, что у Вентуры просто такая манера общения, хотя и непонятно было, сколько в этом латиноамериканского, а сколько нью-йоркского.
Как-то после работы у Рэя не завелась машина, и он прошел по улице к мастерской и попросил кого-нибудь помочь. Ему сказали, что подогнать машину будет стоить пятьдесят баксов, даже на полквартала. Но один механик согласился помочь подтолкнуть автомобиль бесплатно, потому что у него как раз закончилась смена.
Ничего, он мой сосед, сказал механик, хотя они друг друга никогда раньше не видели.
Он помог Рэю завезти машину в мастерскую, и на следующий день Рэй принес ему сэндвич и кофе. После этого каждую неделю механик стал приходить на ланч.
Рэй покачал головой.
Но здесь-то для кого стараться? Тут же никого нет.
Вентура рассмеялся и показал на себя и на Рэя, как будто ради них двоих уже стоило постараться. Он достал из кармана джинсов пачку сигарет и помахал ими.
Из кабинета вышла Линетт, будто прочитав их мысли.
У тебя перерыв, Рэй, иди обедай, только недалеко.
Да, мэм, сказал Рэй, и они с Вентурой побежали, как мальчишки, которых отпустили погулять.
Они зашли за Суперфайн и закурили.
Я покупаю дом. Я тебе говорил? сказал Вентура. За городом, у леса. Будем жить среди деревьев. Он улыбнулся, сверкнув крепкими зубами. Из-под воротника показалась золотая цепь. Вентура всегда выглядел с иголочки. Моя жена вот прямо сейчас собирает вещи.
У тебя две дочки, да?
Три. Младшей как раз исполнился год. А у тебя один, да?
Рэю неохота было объяснять про Джи, и он просто кивнул.
С ума сойти, да? Я думал, что люблю жену а я очень ее люблю. Но ради детей пойдешь на все. Как будто с мозгами что-то сделали. Они залезают тебе в голову, и всё. Они теперь главные. Они-то не знают, но это же так.
Рэй решил, что нет смысла объяснять, что это не случается само собой. Какая-то перестановка внутри него и правда произошла, но только потому, что он впустил мальчика и позволил ему все в себе переделать. А с его собственными родителями такого не было: отец бросил их с матерью, а мать бросала его присматривать за детьми, которых она нянчила, и только иногда приходила с соком, чипсами и кашей, а в конце концов просто не вернулась, и Рэй переехал к бабушке и жил с ней до самой ее смерти. Тогда ему было двадцать, и он встретил Джейд в очереди на регистрационный учет. Она впервые получала права, на груди у нее спал Джи, и она казалась слишком худенькой, чтобы быть матерью, с такими красивыми зубами со щелкой между передними, а Рэй пришел поменять фамилию. Он решил, что не хочет ничего ни от матери, ни от отца, и взял имя бабушки вместо фамилии: переделал Джилберту в Джилберта. Джейд это позабавило. Если он хотел почтить память бабушки, зачем менять ее имя на мужское.
Раз придумал, делай до конца, сказала она, и он сразу понял, что так она живет свою жизнь, во всем, и не важно пьет она, или учится, или спит со студентами, или высказывает свое мнение о музыкальной группе, о выборах или о том, сколько сахара Рэй положил ей в кофе. Он быстро понял, что хочет жить именно так, с ней, до конца.
Вентура не унимался с домом:
На севере округа. Как будто в деревне. Здесь слишком высокая преступность. Я-то думал, в Нью-Йорке плохо. Но тут только открой газету какой-нибудь парень переехал сюда из Бронкса, потому что мамочка решила, что тут спокойнее, а потом бац его убили.
Вентура изобразил рукой пистолет и выстрелил.
Рэй кивнул. Он слышал немало таких историй.
Много стоил дом?
Считай ничего не стоил, представляешь? Не думал, что так бывает. Им главное, чтобы ты платил вовремя. Вентура зажмурился от солнца и провел языком по нижней губе. Знаешь, у меня в семье ни у кого не было собственности. Ни в Колумбии, ни тут. Будет что оставить детям.
Рэй засмеялся.
Все сегодня говорят про смерть. Ты смертельно болен, или я чего-то не знаю?
Сам подумай, мужик, сказал Вентура. Моя жена опять забеременеет, вот я и думаю про следующее поколение. Нам пора на покой. Должно им что-то остаться, когда нас не станет.
Да-а, протянул Рэй. Воспоминания. Хорошие воспоминания.
Вентура затянулся, покачал головой.
Воспоминаниями сыт не будешь. И жить в воспоминаниях нельзя. Жить можно, когда есть собственность и есть бумажка.
Из-за кофейни открывался вид на центр города: компактные кирпичные дома, водокачки, новые стеклянные высотки. За городом на севере возвышались длиннохвойные сосны. А еще дальше виднелись покрасневшие и пожелтевшие деревья заповедника.
Рэй рассказал Вентуре о репортере.
Так пора и тебе подумать о доме. Начинай откладывать. Ты ведь живешь на восточной стороне?
Всю жизнь, ответил Рэй.
Вентура покачал головой.
Тебе пора думать о школе. Если твой сынок пойдет в началку на восточной стороне, он обречен.
Рэй пожал плечами. Меньше всего его волновало, где Джи будет учиться. Мальчик быстро схватывал. У него в любой школе все получится, лишь бы было то, чего не было у Джейд и Рэя, два родителя, мирный дом. Поэтому Рэй все время занимался Джейд. Она не раз говорила ему в припадке ярости, что для такой жизни она слишком умная. И Рэя в этих словах пугала не их злоба, а правда.
Я тебе говорю, продолжал Вентура. Я одно усвоил про эту страну: адрес решает все. Тебе надо оттуда выбираться.
Может быть, сказал Рэй.
Вентура проделал большой путь из родной страны в Нью-Йорк, а потом в Северную Каролину. Значит, и он, если захочет по-настоящему, сможет перебраться в другую часть города.
Вентура осушил кружку.
Странная штука жизнь. Вот только что ты собирал кофе в горах. А вот ты уже тут, с женой-американкой, с домом, пьешь кофе.
Понимаю, о чем ты, сказал Рэй.
У него не было дома, но он знал это чувство. Вот ты маленький мальчик, суешь чужому ребенку пососать свой палец, а вот ты уже взрослый мужчина, у тебя свой сын, и ты ждешь репортера, который сфотографирует тебя для газеты.
Если у нас когда-нибудь будет дом, мы вас позовем, сказал Рэй. На ужин, например.
Рэй сам удивился своим словам они с Джейд редко звали гостей, но, может быть, в собственном доме стали бы делать это чаще. Вентуре такая идея пришлась по душе. Он улыбнулся, потушил сигарету о стену, уже придумывая шутку, которой закончит их пятнадцатиминутный перекур, чтобы посмешить Рэя, прежде чем они вернутся к работе.
Договорились, Рэй, сказал он. Только чур никаких сэндвичей. Приду только на нормальную еду.
К половине третьего Рэй не находил себе места репортер так и не явился. Он работал уже почти десять часов подряд, Микаэла и Мишель пошли забирать детей, а Линетт не могла дозвониться в газету, сколько ни пыталась.
Может, они передумали? сказала она.
В кофейне было пусто затишье перед толпой после рабочего дня. Линетт говорила, что однажды это будет самое занятое время: люди будут заходить днем на кофе и оставаться. Женщины, которые сидят дома с детьми, или у кого выходной, студенты из университета. Просто пока они не знают про Суперфайн, но еще узнают. У них лучше, чем в Старбаксе, да и не собираются в городе в ближайшее время открывать Старбакс. Рэя восхищало это бесстрашное умение Линетт мечтать, стоило ей найти кого-то, кто будет готов мечтать вместе с ней.
Рэй позвонил Джейд с телефона в подсобке и спросил про ее экзамен.
Я получила как минимум сто, сказала она.
Умница. Как голова?
Я помогла Уилсону выставить все во двор он распродает свою мебель. Мне бы полежать, но надо забрать Джи.