Всего за 399 руб. Купить полную версию
Это всё люди с высшим образованием. Я со своим "никаким" образованием почему-то знаю, что Виктор Драгунский умер, когда мне трёх лет не было. И что в Питере нет Петропавловской набережной, а памятник работы Аникушина установлен на Петровской. И при всей своей безграмотности я никогда не напишу "компитентность" или "притензия".
А кому-то пришлось долго учиться, получить диплом о высшем образовании, чтобы остаться дебилами.
От каждого по
В школе нам твердили принципы социализма и коммунизма. При социализме каждый работал по способностям, а получал по труду. В теории
Я уже тогда никак не мог в толк взять: почему моя мама пашет дни и ночи напролёт, а зарплата у неё все равно копеечная? Объяснение пришло несколько позже, в лице все того же Юрия Викторовича Парфёнова:
Это при социализме каждому по труду. А у нас совок, здесь каждому по умению лизать жопу вышестоящего товарища.
Пошевелив мозгами, я вынужден был признать правоту коллеги. Не раз и не два слышал я от матушки, как ещё на железной дороге бригадир стрелочников Заничева всячески продвигала свою подпевалу и матушкину напарницу Риту. Как в ночь на стрелках дежурить это Тома Уткина. А как премию получать Рита.
Особенно забавным был такой эпизод. Где-то году в 1974-м или 1975-м, незадолго до увольнения с железной дороги, матушка неожиданно для себя угодила в кино. Ленинградская студия кинохроники тогда ежемесячно выпускала киноальманах о достижениях города-героя Ленинграда. Ну и прикатилась кинобригада снимать как лихо борются со снегом ленинградские железнодорожники. Зима тогда снежная выдалась. Не знаю, как сейчас, а тогда у стрелок были магистрали со сжатым воздухом. Берешь шланг и воздушной струей выносишь снег, очищая рельсы.
Вот, значит, прикатились киношники, расспросили чего как. У Заничевой интервью взяли, передовую стрелочницу Риту крупным планом сняли. А потом попросили на камеру продуть стрелку. "Дышите глубже, вы взволнованно чистите рельсы коммунизма!"
Рита шланг взяла, чуток вентиль приоткрыла и вроде как на рельсы дует. А воздух из шланга еле идет, таким напором воздушный шарик не надуешь, чего уж про снег говорить От комариного чиха и то больше толку. А стрелка-то стоит. Матушка Риту обложила трёхвагонным с прицепом матом, отобрала шланг, открутила вентиль как положено и взялась чистить стрелку всерьёз. Кинохроникёры оказались ребята толковые, не драпанули, когда снег им за шиворот да в ботинки полетел. Честно засняли весь процесс, записали матушкины ФИО и только после этого помчались отогреваться.
Где-то через месяц в Клубе Железнодорожников на Лиговском было какое-то празднество, а заодно просмотр свежего киноальманаха с участием "наших железнодорожников". Матушку в очередной раз оставили дежурить на стрелках, так что посмотреть, как она выглядит на большом экране не удалось. Но на следующий день напарница Рита с маманей не поздоровалась и общаться отказалась наотрез. Матушка в полном недоумении с чего вдруг такая немилость? Ответ дала Заничева. При всей бригаде мастер выговаривала своей прихлебале за нерадивость. Мол, её как передовика и ударницу в кино порекомендовали, так она умудрилась обосраться и вместо неё Уткину показали
Матушке эти разговоры были глубоко по фиг. Но ровно до той поры, как однажды ей поручили собирать профсоюзные взносы. У нас на "Ленинце" профсоюз сразу вычитали, на стадии бухгалтерии. А на железке, видимо, не дотумкали. Поэтому в каждую получку Заничева с ведомостью обходила трудяг, собирая десятину. А тут накладка: Заничеву на какую-то конференцию послали заседать. Заместитель профорга тоже по какой-то причине отсутствовал. Кто-то из начальства опять нашел стрелочницу. В переносном смысле, хотя Короче, сунули ведомость моей мамане как вечно крайней. Матушка в эту ведомость глянула, сравнила циферки, аккуратно сложила бумажку и вернула начальству.
Я, говорит, у вас все ночные отпахала, все "горячие" стрелки мои, так? А как деньги получать, так Уткиной меньше всех? Мне, значит, на руки сто сорок рублей. А напарнице Рите, которая в конторе постоянно ошивается, сто восемьдесят. А Заничевой без малого три сотни насчитали!
Заничева, отвечают, бригадир!
Вот пусть бригадир теперь и дежурит ночами.
Вскоре матушка уволилась по собственному желанию.
Рассказал я тогда эту историю Юре Парфёнову. Не так складно, но смысл передал. Юрий Викторович пыхнул "беломориной" и пожал плечами:
А ты думаешь, здесь иначе? Всё то же самое! Кто в цеху больше всех получает? Колька Смирнов! А почему? Да потому что жена нормировщица и с мастером всегда на всё согласный. А ты говоришь социализм!
Четверть века с того разговора прошло. Вроде бы ну всё изменилось: другая страна, другие люди, компьютеры вот А присмотришься не-а, все тот же совок. И в чести все то же умение лизать жопу вышестоящего товарища.
И ещё иногда думаю: может, где-то сохранился тот киножурнал? Посмотреть бы
Совпало
Мой коллега Юрий Викторович Парфёнов, светлая ему память, давно уже рассказывал:
"Прижало мотор, да так капитально, что пришлось в больницу на капремонт вставать. Батя, как отставной вояка, уговорил корешей в Первый медицинской к себе взять. Первые дни самые гнусные рентген, кардиограмма, анализы Погнали кровь из вены сдавать, на холестерин и сахар. Прихожу в процедурную, а там вместо красотки Валечки сидит будущий военврач. На практику сослали, чтоб знал почем фунт изюму. И я у него первый. Не в смысле очереди, а вообще первый, кому он в вену иголкой полезет. От страха этот эскулап белей своего халата, но молодец руки не трясутся. Жгут наложил, иголку одноразовую распаковал, локтевой сгиб ватой со спиртом протёр. Кожу проколол нормально, а вот в вену попасть не может. И так он к ней, и этак уходит вена из-под иглы. А в процедурной нас двое, никого из опытных нету и кричать "Мама!" уже без толку. Пришлось брать процесс в свои руки. Не буквально, но я руководил этим салагой. Не зря же двадцать лет донором кровь сдавал, насмотрелся чего как Так и выкрутились. Парень кровушки нацедил сколько полагается, а в благодарность за науку казенного спирту отлил".
Поржали мы тогда всей бригадой. Прошло лет, не соврать бы, восемнадцать. Уже и Юру схоронили на Волковом, и я кучу мест работы сменил. А тут прихватило, да так, что в поликлинику пришлось идти. Тоже по моторной части. И тоже назначают анализ крови из вены, на холестерин. Ну, дело привычное, с утреца натощак попёрся. Пораньше, чтоб поменьше голодать. И, хотите, верьте, хотите нет, но угодил ровно в такую же историю! Сидит в процедурной темнице девица косы нет, зато халатик укоротила аж по ягодицы. Практиканточка, руку набивает. И я у неё первый!
Как она у меня в руке иглой шуровала и вену искала, рассказывать не буду. Скажу лишь: когда вошел в процедурный, и эту красу неписаную увидал, то была мысль подкатиться на предмет телефончика. А выходил не только её телефон не спросил, но и свой адрес еле вспомнил!
Беломор
Говорят, человек жив, пока его помнишь
Юра Парфёнов году эдак в одна тысяча девятьсот восемьдесят восьмом отпуск провёл у друга в тундре. Как в песенке поется "Нарьян-Мар мой, Нарьян-Мар, городок невелик и не мал". Так вот от этого городка до нужного посёлка еще попутным вертолётом переть не меньше часа. Про тамошнее житьё-бытьё оленеводов и каким именно образом Юра околачивал местные груши я рассказывать не буду. Ибо навру безбожно, потому что плохо запомнил. А запомнил плохо потому, что от Юриных рассказов вся курилка от хохота помирала
Я, кстати, ни тогда не курил, и сейчас привычки этой не имею. Так уж организм мой устроен, что даже по великой пьянке ежели и тянет подымить, то потом дюже погано в организме. Видимо, в детстве сам себя отвадил, когда по мальчишеству "Беломор" у матушки таскал. Маманя моя дама старой закваски и всякие сигареты не признавала. В плане курева Юра и моя матушка совпадали полностью. И, естественно, Юра не смог не привезти в качестве сувенира десяток пачек "Беломорканала" нарьян-марского разлива. Тем более, что горбачёвская перестройка уже шла полным ходом и с куревом становилось всё напряжнее.