Всего за 149 руб. Купить полную версию
Нищие? прорычал старший Муромцев, ослепнув от алой пелены, свалившейся ему на глаза. Ты чуть не угробил девочку. Ей исполнилось восемнадцать, сука. Вчера. Она отмечала день рождения. Мать копила деньги, чтобы она нормально отпраздновать могла совершеннолетие, не хуже других. Что ты ей подсыпал, ублюдок? ярость вырывалась толчками. Глаза матери, единственный ребенок которой, скорее всего останется инвалидом, он никогда не сможет забыть, во сне будут являться. Она бросила ему в лицо поганые деньги, которыми он позорно пытался выкупить урода, сидящего напротив и ухмыляющегося по клоунски. Бросила, а потом безвольно собирала их с пола. Дочке нужно лечение. Виктор Романович очнулся, только почувствовав саднящую боль в кулаке и услышав хруст. Наконец смог увидеть сына, с лица которого словно ластиком стерло нахальство. И в глазах его он страха не увидел. Скорее ненависть.
Романыч, ты без фанатизма, не хватало еще, чтобы на нас повесили издевательство над заключенными, Василий перехватил его руку, занесенную для следующего удара. Господи, где же он так ошибся? Когда милый малыш превратился в это уродливое подобие человека, не ценящего жизни других людей? Слушай, девку мы спишем. Найдем доказуху, что она сама нажралась дури. Подмажем подружкам этой дурехи. Они за деньги все подпишут. Тут по другой статье корячится не хило. Хранение и распространение пятнашка минимум. Там я уже не смогу помочь, надо задействовать бугров, а это другой ценник.
Вась, у тебя есть дочь кажется, устало потер переносицу Муромцев. Как бы ты спал, если б вот такая мразь сделала из нее овощ? Из здоровой девочки? Есть суд пострашнее человеческого. Пакуй его по полной.
Убил бы, честно ответил полковник, проникаясь к этому зажравшемуся мужику подобием уважения.
Отец, ты что, реально, из-за этой? голос Ромки дрожал, и наконец то в нем появились нотки страха. Ей цена сотка в базарный день. У этой курвы сиськи ведерные, сука, строила из себя целку, миразь, профура, мать ее. И ты готов
Георгич, оставь нас ненадолго, в голосе Муромцева старшего прозвучал приказ, полицейский недовольно поднялся со своего командирского кресла. Но к старшему буржую он проникся уважением. Надо же, и среди них бывают люди.
Ты это, без глупостей, Вить. Я конечно приподзакрою глаза на побои, но
Я буду нежен, криво ухмыльнулся отец задержанного. Честно говоря, Василию Георгиевичу давно хотелось закрыть выползня, похожего на мерзкого червя. Странно, что отец и сын такие разные.
Мать девчонки взяла деньги. Кроме того я оплачу все расходы по ее лечению и реабилитации, ровным тоном сказал Муромцев, едва за хозяином кабинета закрылась дверь.
Это что, ты меня воспитывал так? Браво, папуля, хмыкнул Ромка, зрачки которого сейчас были похожи на игольные ушки. Черт, он же под кайфом. Я осознал, раскаиваюсь и все такое
Это прекрасно, потому что на этом твоя счастливая жизнь под моим крылом существенно изменится, скривил губя старший Муромцев, удовлетворенно наблюдая как напрягается лицо сына. Я отмажу тебя в последний раз, но при условии. Мне нужен наследник, а не обдолбыш, не умеющий ценить свое счастье.
Не понимаю твоего бреда.
Я дам тебе месяц. Это много, поверь. Ты должен жениться. Не на силиконовой овце, с которыми любишь проводить время, не на платной бабе за деньги. Приведешь в мой дом чистую колхозницу, так ты их кажется называешь. Условие она должна быть в тебя про уши влюблена, поверь, я пойму. Она должна любить тебя, а не мои деньги. Такое не сыграешь. И еще, завтра ты приступаешь к работе. Как я и говорил, низшее звено, зарплата соответствующая. Если спустя означенное время ты не выполнишь моих правил, извини. Мордовские лагеря я тебе гарантирую. Будешь шить тапки для нищих. И плевать на все. Деньги и активы уйдут на нужды сирот в детские дома страны.
Ты рехнулся? голос сына дрогнул, но в глазах загорелись нехорошие огоньки.
Не надейся. Признать меня недееспособным у тебя кишка тонка, ухмыльнулся Муромцев. И еще, учти, завещание я переписал. В случае моей смерти ты ничего не получишь, если не выполнишь условий. Здорово я подстраховался, сынок? Тебе нравится играть в азартные игры с дьяволом? Значит тебе понравится моя забава. И не дай бог тебе меня обмануть.
А если я выполню условия?
Я напишу новое завещание, оскалился Виктор Романович. Мне нужен наследник, а не существо под кайфом
Глава 5
Три недели спустя
Чем у нас так воняет? простонала я, обвалившись на табурет. Леська остервенело кромсала овощи, чтобы закинуть их в адское варево, бурлящее на плите. Сейчас она была похожа на ведьму из сказок про непослушных детишек, и я даже слегка струхнула, что она и меня под сурдинку вальнет и запихнет в кастрюлю.
Суп варю. Ленька бройлера приволок фермерского. Желтый такой, жирный.
Кто, Ленька? Гепатитом приболел? мой сдавленный стон потонул в шкворчании масла. По кухне поплыл запах зажарки, у меня в глазах полетели прозрачные скелеты мух.
Бройлер. Тебе надо хоть что-то съесть, иначе ты не дойдешь до своего собеседования, фыркнула подруга. Где оно, кстати? Надеюсь ты не попрешься опять в шаурмячную на углу?
К горлу снова подскочила едкая тошнота. Я закрыла руками рот и молнией метнулась туда, откуда приползла минуту назад. Леськин унитаз уже три дня подвергается атакам монстра, зовущего из его глубин «ихтиандров». Зря я попробовала шаурму в забегаловке с поэтичным названием «Лакшери-ролл», сокрытой в темном переулке нашего чудесного города. Но ведь надо же было узнать, что я буду подавать трудящимся, забежавшим перекусить. Работать туда я устраиваться точно не буду. Жизнь дорога. Если не сдохну от тотравления, то меня пырнет ножом какой-нибудь несчастный работяга, отведавший элитную вкуснятину. Лакшери же, прости господи.
Угля принесу, вздохнула наблюдающая за моими бесплодными конвульсиями Олеська. Мелкого, но много.
И мела, просипела я, и сама удивилась своему желанию. Только намочи его, чтоб побелкой пах. И конфетку хочу, темный шоколад с мятной начинкой. Бельгийский.
Мела, говоришь? прищурилась Лисенка, роясь в шкафчике с лекарствами. Сто раз ей говорила, что аптечке не место в ванной. Я почувствовала глухое раздражение, когда подруга сунула мне в руки странный пластмассовый футляр. Градусник, что ли? И что мне с ним делать. Лучше бы смекту нашла, на худой конец регидрону. Повертела в руках белый пластик, удивилась, что в окошечке нет цифр и сунула термометр под мышку.
Чивой? судя по изогнутой брови Олеськи, что-то я сделала не так. Он оральный что ли? В рот надо?
Анальный, блин, рявкнула подруга. Эту штуку надо описать. Ты про тесты слышала?
Психологические? Зачем? продолжила тупить я. Какие тесты? Лесь, ты чего? Ты думаешь? Глупость какая.
Пердические, Машка, не тупи. Детка, у тебя месячные когда в последний раз были? Только не говори, что твое восхитительное приключение не предохранялось, умоляю, господи, что она несет? От супа же вроде так не должно плющить. Я прикрыла глаза, пытаясь вспомнить, когда получила оповещение из приложения для здоровья, о начале ежемесячной женской радости, не смогла. Попыталсь считать, загибая пальцы
Это от стресса. Мне Глафира говорила, что такое часто случается. Да, задержки от стресса вполне нормальное дело. А у меня жизнь полностью изменилась. Вот и результат. Давай сюда тест свой, я тебе докажу. И не смотри на меня так.
Много твоя Глашка знает. Дева старая, поморщилась подруга. Тетку мою она так и не простила.
Через пять минут я сидела на краешке унитаза гипнотизировала взглядом проклятую пластмаску и пыталась вспомнить хоть одну молитву. « Я даже супа поем, только пусть я не буду беременная»