Всего за 209.9 руб. Купить полную версию
Я вздрогнула от его слов. Но, бросив взгляд на собачьего надзирателя, поняла, что не покажу истинных эмоций, даже если мне отрежут руку.
Не переживайте, улыбнулась медику, чем крайне его удивила. Я не доставлю вам проблем.
Я не этого боюсь, деточка, совсем не этого.
Он скорбно покачал головой и замолчал. Это начинало напрягать: почему все здесь ведут себя так, словно меня сослали никак не меньше, чем к кикиморам Мёртвых топей?
Подойди ближе, сказал медик, вынув из кожаной сумки странного вида прибор.
И мне это вдруг не понравилось. Внутри меня словно шевельнулось что-то. Мазнуло хвостом по сердцу, намекая, что нужно бежать. Глупая мышца под ребрами в ответ заколотилась невероятно быстро.
Но выхода не было. Я покорно подошла.
Вы заберете магию? спросила я осторожно. На меня посмотрели серые, чуть слезящиеся глаза.
Заберу? Нет, что ты. Магию забрать невозможно. Она повсюду. Я лишь блокирую канал ключа. Твоя собственная тиаре останется внутри. Ею невозможно будет воспользоваться. А внешняя тиаре не сможет проникнуть к ключу. А значит, она тоже станет бесполезна
Хватит болтать с ней, прошипел Сид.
Рассказ о том, что будет дальше, как правило, успокаивает людей, невозмутимо ответил старик, продолжая говорить, несмотря на багрового надзирателя за спиной. Даже если заключённые при этом половины не понимают, им становится легче.
Спасибо, сказала я.
Не за что, милая.
Доктор достал из своей сумки аккуратно запакованную иглу и две прозрачных бутыли. Теперь я поняла, что это за предмет стеклянный шприц. В одном из сосудов огненная вода Рейдана для обеззараживания. А в другом
Простите, а что за укол вы собрались делать?
Внутреннее чутье, которым я, кстати, никогда не обладала, сигналило об опасности. Такой сильной, словно в бутыли была моя смерть. Но ведь это не могло быть правдой!
Эта настойка называется Поцелуй русалки. Она поможет мне добраться до твоего сердца.
Сердца?
Именно, кивнул врач, набирая в шприц мутную, как молоко, жидкость. Мне показалось, упаду в обморок от страха. Но я продолжала стоять и безразличным тоном задавать вопросы, словно меня это не касалось. Однако страх сводил с ума с каждой секундой все сильнее, и все сложнее было не подавать виду.
Однако, что самое интересное, я вдруг поняла, что боюсь не укола. В детстве мне приходилось испытывать на себе эту неприятную процедуру во время болезни. Ничего ужасного в шприцах и иголках не было. Но вот эта жижа, мутная, как белки глаз мертвеца, пугала до дрожи в коленях!
Вы не могли бы объяснить? попросила я, с трудом заставив зубы не стучать.
Конечно, милая. Я должен наложить печать на твой ключ тиарэ. Но он находится прямо в сердце, до которого мне никак не добраться, если ты понимаешь, о чем я.
Отрицательно покачала головой.
Чтобы воздействовать магией на объект, его нужно видеть. По крайней мере, мне доступен лишь этот способ. Твоё сердце я видеть не могу. И потому придётся наложить печать на настойку. Войдя в кровь, она довольно быстро достигнет сердца, где я и напитаю её силой.
Это ужасно, вырвалось у меня против воли.
Не бойся, похлопал он меня по плечу, а затем смазал вены на предплечье огненной водой. Это безопасно. Гораздо опаснее то, что тебя ждёт в эргастуле.
А сама настойка имеет какое-нибудь действие? спросила я.
Да, признался доктор немного неуверенно. Она сделает тебя вялой и апатичной, чтобы подавить сопротивление.
Ты уже сказал слишком много лишнего, Эрас, проговорил за спиной охранник, наслаждающийся каждой секундой моих мучений. Это открытым текстом было написано у него на лице.
Она полностью выйдет из крови ровно через неделю, когда твоё наказание закончится, продолжил врач так, словно ничего не слышал. Тогда печать сломается сама.
Я громко сглотнула. Слишком громко. Во рту резко пересохло.
Медик поднёс к моей вене иглу с настройкой и закрыл глаза. Похоже, он мысленно рисовал руно. А я видела, как полупрозрачная тонкая монета с невероятно витиеватым рисунком медленно появлялась над стеклом цилиндра.
Этот рисунок даже отдаленно не напоминал ту простенькую корону, что наколдовал Лотос. Здесь с каждой секундой на руне появлялась новая завитушка, новый зигзаг. Понятно, почему процесс был таким долгим. Когда, наконец, старик открыл глаза, передо мной колыхалось почти произведение искусства. Рядом с ним появился легкий дымок магии. Еле заметный флёр. А затем печать осторожно вплыла в шприц.
Во время укола лучше вдохнуть, сказал он, и игла болезненно проткнула вену. Жижа брызнула в кровь, и в голове у меня резко помутилось. Прошло несколько секунд, во время которых я пыталась сфокусировать взгляд, и медик дохнул силой. Боль, похожая на ледяной взрыв, ударила в сердце, расходясь снежными осколками по всему телу.
Отлично, теперь я закончу дело, бросил Сид, схватив меня за руку. Он дёрнул ее вверх, заставляя встать, а я с ужасом поняла, что ноги не слушаются, и повалилась на пол.
Надо же, как сильно подействовало, пробормотал старик, нагнувшись и пощупав моё запястье. Ничего, скоро станет легче. Должно стать
Отойди, Эрас, отодвинул старика надзиратель. Это что, мне тащить её придётся?
Признаться, я ещё не видел, чтоб Поцелуй русалки действовал так сильно
А, никакого толку от тебя, проворчал Сид, перекидывая меня через плечо.
А я так хотела закричать, чтобы этот собакоголовый не прикасался ко мне! Но получилось лишь невнятное бормотание.
Да, я тоже рад тебе, кроха, весело сказал Сид, неся меня по коридорам. Не понравился я тебе вчера, да? сказал он, когда все лишние уши остались далеко позади. После эргастула ты сама мне на шею кидаться будешь, лишь бы больше туда не попасть. А я что? Я терпеливый. Я подожду. Но вымаливать прощение тебе придется долго, маленькая сучка. Стоя на тощих коленях и причмокивая у моих спущенных штанов.
После этого он гадко рассмеялся, а меня едва не стошнило.
Мы прошли несколько лестничных пролётов вниз. Пару раз повернули и направились по длинному коридору, внезапно остановившись прямо в середине.
Пришли, кроха.
И тут раздался страшный крик. В нем не было ни капли человеческого. Он смешивался с лязгом металла, словно кто-то грызет решетку зубами. И с визгом, напоминающим царапание вилкой по стеклу.
Сид вздрогнул. Стало ясно, что это нечто пугает его так же, как и меня.
Что это?.. смогла выдавить я, через силу шевеля будто обмороженными губами.
Не твоё дело, буркнул он, а потом, похоже, сжалился надо мной, что было странно. Но к заключённым это отношения не имеет.
А затем он грубо выпихнул меня в маленькое квадратное помещение, где было холодно, темно и страшно воняло человеческими испражнениями.
Пока, кроха. И можешь не кричать. Этот этаж находится так низко, что ни надзирателям, ни заключённым ничего не слышно.
В это было легко поверить. Он не лгал.
Каменная дверь с хрустом задвинулась, оставив меня словно в гранитном гробу.
Лёжа на полу, не в силах подняться, я размышляла над своим положением, продолжая изредка слышать душераздирающий вопль. Он пугал, заставляя сжиматься в маленький комок, обнимая колени. В груди разливался холод, словно в сердце поселился льдистый осьминог, простирающий свои щупальца повсюду. Я чувствовала инородную магию внутри себя, и она сидела там очень прочно.
К тому же слишком хорошо ощущались последствия Поцелуя русалки. Мерзкая настойка оказалась очень сильной. Я с трудом шевелила руками и ногами. А нужно было приходить в себя. Если это место считалось таким опасным, я обязана была хотя бы попробовать о себе позаботиться!
В каменной клетке мне предстояло провести неделю. Я с трудом привалилась спиной к стене, обдумывая, как буду это делать. Глаза привыкли к темноте, и я смогла разобрать, где всё-таки оказалась.