Если бы вам сказали, что через год вы станете бароном? Если бы намекнули, что вы будете участвовать в дворцовых интригах крупного королевства? Если бы пообещали, что вас примут у себя гномы? Если бы утверждали, что вы будете управлять своими замком и деревней? Что бы вы ответили?
Содержание:
Пролог 1
Глава 1 - Пурга 2
Глава 2 - Руфиус аз Тарос 2
Глава 3 - Новое место 3
Глава 4 - Барон Максимильян 7
Глава 5 - Конец мирной жизни 30
Глава 6 - Месть герцога 38
Глава 7 - Чрезвычайный и полномочный посол его величества Нумеда III 53
Глава 8 - Тан Максимильян 61
Эпилог 66
Некоторые сведения о королевстве Шамор 66
Монеты 66
Иерархическая лестница 66
Примечания 66
Дмитрий Распопов
Начало пути
- Ну что ж, - почесав затылок, сказал я сам себе, перекладывая монеты в кошель. - Левел первый: скилы на минимуме, из бабла пятьдесят золотых, задача - захватить мир.
Пролог
- Ма-а-а-акс! - раздался дружный, многоголосый крик со двора.
Я, сидя за столом, готовил ненавистное задание по русскому языку. Ну не виноват же я, что эта училка невзлюбила меня с первого взгляда и придиралась ко мне на каждом уроке?! А вчера так вообще за препирательства с ней вызвала мать в школу, а та потом на пару с отцом стали капать мне на мозги. Вспомнив вчерашний разговор с предками, я поморщился, настроение упало ниже плинтуса. Отодвинув от себя тетрадь и учебник, я откинулся на стуле, делать совершенно ничего не хотелось.
- Ма-а-а-акс!!! - раздался крик громче прежнего.
Я, не выдержав, встал из-за стола и подошёл к окну: внизу стояла почти вся команда нашего двора и дружно кричала, вызывая меня на улицу. Они знали о моих вчерашних злоключениях, а также о том, что у меня отобран мобильник, потому и вызывали сейчас старым дедовским способом. Едва ребята увидели меня в окне, как зашумели ещё сильнее.
Высунувшись в форточку, я прокричал:
- Ну чего случилось?
- Пошли скорее играть, нас уже ждут в соседнем дворе!!
- Максим, опять холод в дом пускаешь? - раздался за спиной недовольный голос мамы.
- Сейчас иду! - прокричал я пацанам, спрыгнул с подоконника, закрыл форточку и обернулся: - Мам, я пойду, меня пацаны ждут.
После этих слов мамин голос слегка дрогнул.
- Максим, ты ведь вчера обещал сделать уроки.
- Обещал - значит, сделаю, но позже, - немного резковато ответил я и стал собираться.
- Постарайся хотя бы вернуться до прихода отца, - обиделась мать и вышла из комнаты.
Одевшись и хлопнув дверью квартиры, я бросился вдогонку за ушедшими ребятами.
"Лучше бы остался дома", - думал я, медленно поднимаясь домой по лестнице несколько часов спустя.
Нет, саму игру мы выиграли со счётом пять - два. Но вот потом, после матча, недовольные проигрышем соперники стали задирать одного из наших, и состоялось ледовое побоище, тут же, на "коробке". К сожалению, в этой битве мы проиграли, и теперь, хромая домой, я отчётливо представлял, что сейчас начнётся. Катастрофа заключалась в том, что, убегая из дома, я в спешке набросил на себя тот пуховик, в котором ходил в школу, жутко дорогой и подаренный мне отцом всего месяц назад, на день рождения, взамен предыдущего, истрёпанного от постоянных падений на лёд.
"Надо было остаться в хоккейной форме", - с горечью подумал я, ощупывая несколько сделанных лезвиями коньков прорех, из которых на ходу сыпался пух. Лицо тоже ощутимо болело, и я совершенно не горел желанием видеть, во что оно превратится завтра.
Ещё этаж, и я остановился перед дверью своей квартиры. Деваться было некуда, пришлось звонить, ключи я тоже в спешке не захватил. Вздохнув, нажал на звонок: в квартире раздалась мелодия "Собачьего вальса".
"Хоть бы не отец открыл дверь, - подумал я, - хоть бы не он".
Понятное дело, по закону подлости дверь открыл именно отец. Он в недоумении посмотрел на меня, словно не понимая, что это за чудо в перьях предстало перед ним.
- Тань, иди посмотри на своего сына.
Он позвал мать таким спокойным тоном, что я понял - неприятности мне точно обеспечены. Рассматривая меня насмешливым взглядом, он подождал, пока не подошла мать, и только тогда впустил меня в квартиру. Зрелище, наверное, действительно было впечатляющим, поскольку она всплеснула руками, а отец насмешливо произнёс:
- Явление Христа народу.
Когда предки стали расспрашивать меня о том, что произошло, я, дёрнувшись в сторону, угрюмо буркнул:
- Подрались и подрались, чего трагедию из этого делать.
- Значит, так, - в голосе отца звякнул металл, - сегодня уже поздно выяснять отношения, поэтому иди умойся, приведи себя в порядок, а утром мы поговорим.
Я поплёлся в ванную и взглянул на себя в настенное зеркало. Не знаю, как выглядел Христос при своём явлении, но у меня видок был хоть куда. Из зеркала угрюмо пялился взъерошенный вьюнош шестнадцати лет от роду, зеленоглазый, со светло-русыми волосами и, кажется, ещё совсем недавно правильными чертами лица. Теперь же лицо было, мягко говоря, несимметрично. С одной стороны во всю скулу, от глаза и до носа, наливался огромный синяк, а с другой - пухло лиловым цветом когда-то небольшое ухо.
- М-да, получил, - подвёл я итог сегодняшним приключениям.
Я разделся и осмотрел своё крепкое и подтянутое тело - постоянные занятия зимой хоккеем, а летом футболом давали о себе знать. Благодаря этим увлечениям мне не приходилось стесняться, раздеваясь перед девчонками на физкультуре, в отличие от многих других ребят. Кстати, сейчас с этой частью организма тоже было не всё в порядке: на левом боку красовался довольно большой кровоподтёк.
Едва я вышел из ванной и прошёл в свою комнату, как прибежала мать с полотенцем, полным льда.
- Максим, нужно приложить лёд к синякам, - сказала она, пытаясь пристроить к моему лицу полотенце.
- Я сам, - отодвинулся я от её рук, забирая полотенце, - сам всё сделаю.
- Ну сам, значит, сам, - нервно сказала мать и ушла из комнаты.
Мне стало немного стыдно за своё сегодняшнее поведение, но я сразу отмахнулся. Когда же она поймёт, что хватит со мной сюсюкаться, я уже давно немаленький!
Примерно через час я запрыгнул на кровать и попытался уснуть. Естественно, получилось не очень: в голову полезли мысли о драке и о том, что завтра скажет отец. Под аккомпанемент этих раздумий ворочался в постели до глубокой ночи. Утро настало, на мой взгляд, чересчур быстро.
Проснулся я от боли: видимо, во сне неудачно перевернулся на травмированный бок. Машинально схватившись за него, я, не сдержавшись, застонал. Кровоподтёк налился благородной синевой и зверски болел. По-стариковски кряхтя, я боком сполз с кровати и подошёл к зеркальной дверце шкафа.
- М-да-а-а, - уныло протянул я, смотрясь в зеркало: в ответ отражение состроило рожу, жуткую из-за заплывшего глаза и распухшего уха. Ещё бы горб, и можно идти пробоваться на роль Квазимодо.
Налюбоваться на себя мне не дали предки, которые зашли в комнату.
- Я понял уже, что тебе побоку все мои слова, - садясь на кровать, начал отец, - поэтому придётся воздействовать на тебя материально.
Я сел на стул и поморщился от досады.
- Твой мобильник останется у меня, - продолжил отец, смотря мне в глаза, - так же как и карманные деньги, и, пожалуй, я ещё заберу из комнаты свой компьютер.
- Но… - попытался я возмутиться таким несправедливым наказанием.
- Всё, Максим! По-хорошему ты не понимаешь, поэтому будем с тобой по-плохому, - спокойно, но твёрдо прервал меня отец, и я понял, что он не передумает. - Завтра тебе идти в школу, поэтому сегодня сходи купи себе куртку. Только не такую дорогую, конечно.
Отец поднялся, достал кошелёк и, отсчитав деньги, протянул их мне.
- Это только на куртку! - твёрдо сказал он.
- Да понял я, не тупой. - Взяв деньги, я отвернулся и стал одеваться.
- Да, кстати, Вить, - внезапно сказала мать, обращаясь к отцу, - совсем забыла: рано утром звонил наш дед.
- Как он? - Голос отца слегка подобрел, а я стал вслушиваться в разговор родителей, деда по отцовой линии я уважал.
- Просил приехать к нему, кузню надо поправить.
Отец немного задумался, а потом ответил:
- Отлично, я как раз хотел съездить его навестить. Через неделю у Максима зимние каникулы, вот мы и поедем.
Родители вышли из комнаты, оставив меня в препоганейшем настроении. Мало того что меня лишили мобилы и бабла, так ещё на зимние каникулы переться в такую даль, где не было даже телевизора!