CrazyOptimistka - Одна на двоих стр 6.

 Итак,  откашливаюсь и решаюсь первой начать беседу.  Вы вызывали?

 Вызывал.  Он откликается не сразу. Должно быть, не только я испытывала дикие ощущения. Значит, Хлоя Хант.

Он берет папку с моим именем и пролистывает несколько страниц. Ох, мое личное дело. Не думала, что оно такое большое.

 Все верно.  Киваю в ответ.  Не совсем поняла, но инцидент с архивом как-то относится ко мне?

 Нет, твои документы в порядке. Они были на рассмотрении и соответственно туда не попали.

 Возникли какие-то другие вопросы?  Выходит немного резковато.

 Вы переехали с отцом сюда недавно?

 Да.

 Он является помощником тренера нашей местной команды?

 Зачем тратить время на вопросы, если ответы в этой папке.  Я усмехаюсь.  Вот только не пойму, как это может быть связано с моей учебой.

 Время такое сейчас, что мы должны досконально знать своих учеников.  В его тоне проскальзывает какая-то странная нотка.  Вдруг вы решитесь сбежать, прихватив с собой что-то ценное.

 Не поняла,  я опешила.  Вы хотите сказать, что я воровка?

 Разве я так назвал вас, мисс Хант?

 А разве не этот смысл вы вложили в данную фразу?  Наклоняюсь вперед. Определенно он затевает какую-то игру.  Позвольте тогда уточнить, что же я украла у вас?

На мгновение безразличие на его лице сменяется другой эмоцией и в глазах мелькает хищный блеск. Однако он достаточно быстро берет все под контроль и я понимаю его. Это наказуемо. В прямом смысле этого слова. Между нами не должно быть и намека на какие-либо отношения.

 Неудачный оборот речи, прошу за это прощения.  На лице Виктора легкое подобие улыбки, но глаза остаются серьезными.

 Принимаю,  киваю в ответ, но внутри растет ощущение, что он хотел сказать совершенно иное.  Что-то еще?

 Вас успели проинформировать обо всем, что касается нашего университета?

 Да и дополнительные буклеты мне тоже передали.  Глупый, но нужный для формальности разговор.  Я могу идти?

 Вы свободны.  На последнем слове голос едва дрогнул и он вновь вернулся к работе за ноутбуком.

Глава 5

По закону женских романов, после нашего разговора мы должны были пересекаться каждый день, дарить друг другу страстные взгляды и мечтать о встречах наедине, чтобы наконец слиться телами в экстазе. Но нет, это был явно не наш вариант. Мы не виделись ни в университете, ни за его пределами. Я была завалена работой по дому, работой в магазине и еще миллионом дел, так что у меня попросту не хватало времени на шекспировские трагедии. Кто то сейчас махнет рукой и скажет, что такого быть не может. Как можно жить в одном городе и ни разу не встретиться? Ребят, это реально. Просто не нужно зацикливаться на человеке и вы не будете видеть ничего, что с ним связано. Вам же плевать на продавца хлеба или на водителя автобуса? Вот и в этом случае поступайте так же. Забудьте его. Хотя в одном я слукавила, я видела Виктора всего один раз, когда он садился в блестящую черную иномарку. И на пассажирском месте его ожидала красавица шатенка.

 Вот бы и мне оказаться на ее месте,  мечтательно вздохнула Роуз. Отличница ботанка и по совместительству моя единственная подруга. Остальной коллектив в свои круги меня не принял, как и ее. Только мне было как-то параллельно, а она терпела их безразличие с первого курса. Негаданно и нежданно друг для друга, но мы начали общаться. И знаете, лишний раз убеждаюсь, что люди бывают омерзительными в своих поступках и особенно, когда вешают ярлыки на других людей. Роуз была приятной, но до дури забитой и стеснительной девушкой. Просто какой-то умник решил, что она ничтожество по сравнению с ним и не имеет права голоса. Остальное стадо баранов последовало за ним и вскоре, Роуз превратилась в тень. Ведь когда тебя не видят, то и не трогают, верно?

 И что хорошего ты видишь в этом?  Провожаю взглядом отъезжающую машину.

 Ну, она красивая.

 Ты тоже симпатичная.

 Это не одно и то же,  отмахивается она от моих слов, словно от какой-то мелочи.  Ты бы ее увидела поближе и тогда все бы поняла. Такими не становятся, такими рождаются.

 Вот тут я с тобой поспорю. Есть множество примеров, когда гадкие утята становились прекрасными лебедями.

 Ага, имея счет в швейцарском банке и кучу пластических хирургов, которые сотворят из тебя куклу за считанные часы.  Роуз поправляет сумку на плече.  И он ей под стать. Красивый, богатый, успешный.

 А еще старше тебя на сколько?  Закатываю глаза.

 Вроде бы ему тридцать четыре.

 А тебе? Двадцать два?

 Двадцать три.  Поправляет она меня.  И не такая уж у нас большая разница в возрасте. Ты из него совсем старика сделала.

 Окей. И это все? А моральные качества?

 Ну

 "Ну"?  Пародирую ее голос.  Ты видишь лишь фасад здания, как ты можешь говорить, что он прекрасен? Если ты не знаешь, что прячется внутри?

 Не используй в нашем общении фразы из конспектов,  Роуз шлепает меня по плечу.  Не пойму, как он может тебе не нравится? У тебя вообще сердце есть, ледяная королева?

 Не пойму, откуда это прозвище?

 Ты выглядишь так.  Звучит простой ответ.  Как диснеевская героиня. Если бы не эти ужасные татуировки и твой резкий язык, ты бы давно нашла себе кого-нибудь. Обычно мужчинам нравится такой типаж.

 А вот если бы ты не носила эти ужасные юбки в складочку и не смотрела детские мультики, то нашла бы себе парня первой.  Не остаюсь в долгу и показываю тот самый пресловутый язык.

 Я же говорю, что ты ненормальная,  смеется девушка,  ладно, мне пора. Увидимся завтра.

Она уходит, а я все еще стою на месте и сверлю взглядом место, где стояла его тачка. О Викторе ходило множество слухов, однако таковыми они для меня и остались. Я никогда не верю сплетням, пусть даже из очень надежных источников. Надежней приватного разговора и то, что ты слышишь собственными ушами, еще никто не придумал. По нему сохла добрая половина этого учебного заведения и доказательством тому, служил наш женский туалет. Стены которого были усыпаны разными фразами в его сторону. От невинных " я люблю его" до более жестких "я трахну его в скором времени". Мне искренне было жаль чудесную уборщицу, которая каждый день смывала этот разврат с кафеля, но стоило наступить новому дню, как все возвращалось на свои места. И как я уже говорила, я не люблю гоняться за таким лакомым кусочком, коим он являлся для этой публики. Хвала небесам, у меня отсутствовало стадное чувство. Жар после нашей встречи в баре давным-давно сошел на нет, и теперь я мыслила вполне рационально. У каждого из нас были моменты, которые хочется перечеркнуть и забыть. Так вот, для меня наша прелюдия осталась позади. Я не хочу выяснять, что послужило причиной тому порыву. Так же мне не особо хотелось ломать голову над тем, что же могло быть дальше. Я переворачиваю страницу и начинаю двигаться дальше.

И это был откровенно самый паршивый день за последнее время. В универе наступили зимние каникулы. Аллилуйя! Никаких тебе конспектов, экзаменов и прочей лабуды, которая мешает жить студентам. Но вместо оладий и горячего кофе, я получила почти дюжину сообщений от начальницы с призывами выйти на работу. На носу было Рождество и вы не поверите, но в магазине сметали все с полок.

 Доброе утро,  отец отсалютовал мне кружкой с именной символикой клуба, где он был помощником тренера.  Чего кислая такая?

 Ненавижу праздники,  бурчу в ответ и наливаю кофе.  Меня требуют на работу.

 Вау, неужели такой ажиотаж?

 Ага. Такое чувство будто получить новые кружевные трусы и есть предел мечтаний.  Застываю у окна и хмурюсь. За ночь высыпало немало снега и мне придется потратить больше времени на дорогу.

 А что, по-твоему, должны просить женщины? Новую отвертку или кирзовые сапоги?

 Кстати, довольно неплохие варианты,  беззлобно отшучиваюсь.  И если ты уж такой умный, то может быть, и сам прикупишь подарок для своей подружки?