Всего за 159 руб. Купить полную версию
Хотя мы по-честному ее украсть хотели, все как у людей! обиженно добавил чернокожий, а ящер завертел головой во все стороны, разыскивая свою недоступную любовь.
Так вот она, поглаживая меч, мрачно буркнул богатырь, кивая на стоящую рядом ведьмочку.
Три пары глаз две с круглым и одна с вертикальным зрачком растерянно уставились на ведьмочку.
Вчера она вроде потолще была, разочарованно протянул чернокожий.
Шкура позеленей, проскрипел ящер.
И вообще покрасившее, заключил светлокожий, сунул шкатулку с подарками под мышку и решительно зашагал прочь. Напарники потянулись за ним.
Приоткрыв рот, ведьмочка несколько мгновений смотрела им вслед и ударилась в слезы.
Ну что ты, Машуль! растерянный богатырь топтался возле нее, безуспешно стараясь вытереть слезы краем торчащей из-под кольчуги рубашки. Нашла из-за чего плакать! Ну ты толстой хочешь быть? Или зеленой? А так ты очень даже симпатичная Ведьмочка подняла заплаканное лицо и богатырь вдруг осекся, пристально вглядываясь в нее. Очень даже медленно и вдумчиво повторил он. Ведьмочка затрепетала мокрыми ресницами.
Пошли, а? дергая Ирку за рукав, жалобно попросил Айт.
Мы ж тебе одежду хотели купить? растерялась Ирка.
Правильно пока выбирать будем, невесту как раз изловят и притащат обратно, ехидно согласился Богдан.
На Торжище все купим, все равно заезжать. Айт подхватил здоровенный казан с пленным змеем и, изо всех сил стараясь сохранить достоинство и не бежать, быстрым шагом двинулся вниз по улице.
Тощий, а здоровый! Богдан завистливо крякнул, поднимая казан с пауком.
Куда мы? поравнявшись с Айтом, пропыхтел он.
Садиться на корабль, конечно! Айт свернул на ведущую к озеру извилистую улочку.
В опустевшем краале чернокожая служанка широкими взмахами метлы, словно палые листья, сгоняла в кучу паучьи тушки и высохшие змеиные шкурки.
А-аа! Выметнувшиеся из-под кучи мусора две змеиные пасти по-собачьи вцепились в прутья Истошно вопящая служанка отшвырнула метлу, торопливо выползшая из-под кучи мусора двухголовая змея свернулась в колечко, колечко встало на бок и резво выкатилось прочь.
Извилистая улочка уперлась в берег озера. Айт остановился у самой кромки воды, так что мелкая волна лизнула босые ноги. Посреди озера взревела черная воронка, она закручивалась все сильнее и сильнее, словно в испуге вода хлынула в разные стороны, захлестывая стволы пальм и врываясь в узкие улицы Вагаду, волоча за собой песок и многолетнюю грязь.
Посреди озера поднимался остров? Покатый купол вздымался все выше и выше и вдруг над берегом поднялась громадная голова рептилии, складки кожи нависли у Ирки над головой, мимо проплыл похожий на громадный темный иллюминатор глаз На волнах качалась огромная черепаха. Край антрацитово поблескивающего панциря охватывал высокий решетчатый бортик, по кругу тянулась палуба с каютами, а на самом верху красовалась надстройка, здорово смахивающая на капитанскую рубку.
Приветствую Ао Алтан Мелхей Суань-У, Черного Воина, и благодарю за помощь! Айт почтительно поклонился.
Я еще ничего не сделал, Великий Змей Воды! гудком парохода пророкотало из черепашьей пасти. Поблагодаришь после. Вода под брюхом черепахи шумно вздохнула, и громадный панцирь поплыл мимо черепаха разворачивалась.
Добро пожаловать на панцирь! приглашающее взмахнул рукой Айт.
Из-за наметенных между пальм куч мусора, мерцая зелеными глазищами, вслед путешественникам смотрела пестрая кошка в латаной юбке.
Глава 6. Кто разгневал Табити?
Поток змей тек по пещерному тоннелю. Извивающиеся тела пестрым ковром покрывали вылизанный огнем каменный пол, шуршание бесчисленных чешуек о камень сливалось в монотонный гул, едва ли не более громкий, чем непрестанное шипение.
Шшшш! в шипении слышалась паника.
Цок-цок-цок! зловещий стук стальных каблуков неумолимо приближался.
Чешуйчатый поток понесся еще стремительней, обезумевшие от ужаса змеи карабкались друг на друга, жалили и получали укусы, но не останавливались, торопясь убраться от неведомой опасности
Цок-цок-цок! стальные каблуки решительно, точно намереваясь продырявить, ударяли в камень, вышибая фонтанчики мелких искр. Костюм облегал тонкую, по-змеиному гибкую фигуру девушки точно вторая кожа, делая ее похожей на отлитую из серебра статую. Ни единый волосок не шевелился в длиннющей золотой гриве, лишь край грозового плаща едва колыхался при каждом шаге, да изукрашенный алмазами жезл для управления мушхушами нетерпеливо похлопывал по бедру.
Следом за девушкой неслышно скользили красавица с белыми, будто пар, волосами, закутанная в такие же белоснежные кружева, и ее подруга, вся в черном пучок ее кудрявых волос, похожих на взбитую ветром тучу, скалывала ветвистая шпилька-молния. По пятам троицы красавиц ковыляла жуткая, всклокоченная седая старуха в неопрятных темных лохмотьях. На сморщенном, как лежалая морковка, лице едва виднелись маленькие глазки под складчатыми ящериными веками, из-под отвисшей губы торчали желтые, изъеденные временем клыки.
Отчаянно улепетывающие змеи докатились до громадной, в десяток человеческих ростов арки, словно выгрызенной в каменной стене, и вскипели пестрой пеной, не смея переступить невидимую границу. Золотоволосая красавица ступила под арку.
Кгар! Кгар-рр! из смыкающегося над головой сумрака, выставив когтистые лапы, пикировало похожее на ночной кошмар крылатое создание. Взмах перепончатых крыльев ветром прошелся над головами, из длинного клюва, усеянного мелкими, как у пилы, зубами, пахнуло гнилым мясом, создание заложило кульбит и понеслось под каменными сводами, пронзительно вопя:
Дъна Лун, Верховная Хала, Повелительница Грозы со свитой! Дъна Лун к подножию Предвечного трона!
Чеканя шаг по черному полупрозрачному обсидиану пола, Верховная Хала шла через пещерный зал. Из-под свода доносились то возмущенное, то растерянное лопотание и шорох бесчисленных крыльев. Капли мерзко пахнущей слизи посыпались из скальной складки над головой Повелительницу Грозы окутал ореол серебряных молний, не сбавляя шаг, Дина двинулась дальше. Лишь старуха запрокинула косматую голову гибкий змеиный язык вырвался из старушечьей пасти миг и он обмотался вокруг чего-то мелкого, отчаянно пищащего и безнадежно молотящего перепончатыми крылышками. Хрустнули косточки, писк стих. Старуха пошла дальше, равнодушно пережевывая добычу.
Султаны пара с шипением вырывались сквозь пол, неся с собой запах огня и серы. Сквозь завесу пара мелькали то прихотливый изгиб громадных змеиных тел, то царственный гребень, венчающий гибкую чешуйчатую шею. Блеск многоцветной чешуи осыпал зал разноцветными бликами. С грохотом обрушивались на стены удары шипастых хвостов, приветствуя Динино появление. Из пара возникали и тут же исчезали клыкастые морды, глаза с вертикальным зрачком следили за двигающейся сквозь зал процессией. Тронная скала вырастала словно из-под земли: вот ее не было и вот она есть: каменные уступы, уходящие все выше и выше.
Дина остановилась.
Верховная Хала припадает к хвосту Владычицы Табити-Змееногой, Тиамат Хубур Нюй-ва Предвечной и Изначальной! пронзительно проорал из-под свода зубастый птах.
Черный и белый кринолины кружевными розами распустились по обсидиану сопровождающие склонились в реверансах настолько глубоких, чтоб коленом коснуться гладкого пола. Старуха звучно сплюнула обгрызенные крылышки и опустилась на колени. Лишь Дина отвесила по-военному четкий поклон и в ожидании замерла перед троном.