Ртуть Мика - Строптивая невеста стр 4.

Он ведь пошутил? Помирать Ольга точно не собиралась, не за тем она преодолела столько препятствий, чтобы так просто «помереть» от каких-то там испытаний.

Глава 3

О химерах храма науки

Ольга

На двадцать пятом этаже царил полумрак и висела звенящая тишина. Только откуда-то издалека раздавался мужской голос, с этакой ленцой рассказывающий что-то, наверное, ужасно смешное, потому что периодически его перебивал кокетливый женский смех.

Как и подозревала Ольга, разговор о курьезах франкского двора велся перед высокой темной дверью со скромной табличкой «Др. Курт». Наверняка самой скромной во всей Академии.

Разговаривали двое: уже знакомый брюнет, кажется, Бюсси, и томная шатенка в неуместно вычурном платье и драгоценностях, подходящих для оперы, но не для вступительных экзаменов в Академию. Третья абитуриентка, симпатичная девушка в строгом платье и маленькой шляпке на русых, убранных в пучок волосах, сидела от этой пары в отдалении и читала книгу.

 Доброе утро,  поздоровалась Ольга и вежливо улыбнулась.

Самое время привыкать к новому стилю общения. Не то чтобы она была против равенства и отсутствия титулов. Скорее, наоборот. Но она двадцать лет провела среди тех, для кого слово «княжна» звучало как самое великое заклинание, а слова «некромант» или «маг Смерти»  чем-то вроде «отбросы общества» и «маньяк-убийца». Здесь все будет иначе, и ей это по душе. Наконец-то можно гордиться тем, кто она есть на самом деле, а не размером земельных угодий и полусотней князей в предках.

 Доброе утро,  улыбнулась ей девушка в шляпке.

 И тебе не хворать,  ухмыльнулся хлыщ, вызывающе сверкнув разными глазами: желтым и черным.

Где-то Ольга такие видела, совсем же недавно Из памяти вылетело.

 Хм-м,  смерила ее презрительным взглядом шатенка и тут же отвернулась к ловеласу.  И что он ответил?

 Ерунду какую-то,  отмахнулся тот, продолжая раздевать Ольгу странно знакомыми глазами.  Тебя тоже отправили к доктору Курту? Обещаю, будет весело.

 Мори-ис,  протянула девица, надув губки и разглаживая подол платья.  Разве ты не видишь, она же из этих. Фу!

Ольга едва сдержалась, чтобы не засмеяться, но виду не показала: княжна, троюродная племянницасамого императора, должна быть идеально воспитанной. То есть игнорировать все, что выходит за рамки этикета, и доброжелательно улыбаться всем, включая извозчиков и купчих, воображающих себя центром мироздания и эталоном красоты.

Кстати, в моде фифа не разбирается от слова совсем. Брюки и жакет Ольги были пошиты у королевского портного, а их строгий и изящный крой введен в моду герцогиней Бастельеро. Прекрасная, удивительно удобная мода «для будних дней».

 Из каких «этих»?  тут же поинтересовалась Ольга, опускаясь на стул рядом с улыбчивой девушкой в шляпке.

 Из тех, кто жаждет равенства с мужчинами. Только они носят брюки и ведут себя по-плебейски.

Ольга снова еле удержалась от смеха. Как удачно, что в Академии нельзя пользоваться титулами. Это ж как прекрасно можно будет развлечься! Хоть и нехорошо потешаться над убогими, но тут убогие сами виноваты.

 А чем плохи равные права?  тихо спросила девушка с книгой.

 Равные права несут и равные обязанности.  Брюнет с разными глазами, он же Морис, проигнорировал возмущение фифы и нагло уселся рядом с Ольгой, невзначай закинув руку на спинку ее стула.

Зря он так. Равенство не значит хамство. А хамство в адрес мага Смерти карается. На первый раз крохотным, совсем безобидным проклятием. Всего-то полчаса будет чесаться конечность, которой мсье хам не способен найти подобающего места.

 Пф!  прокомментировала фифа.

 Ты готова воевать, работать, копаться в грязи?..  продолжил разноглазый наглец, склоняясь к Ольге и рискуя заполучить еще и чирей на идеально прямом носу.

 Я маг,  ответила Ольга, осаживая его ледяным тоном и взглядом.  Думаешь, я боюсь грязи и смерти?

 Конечно. Все нормальные люди боятся.

 Твои представления о жизни прискорбно ограничены,  усмехнулась Ольга, любуясь тем, как нахал начал елозить на стуле и пытаться почесать проклятую руку.  Но это пройдет. Наверное. Если доживешь.

 Только не говори, что ты ненавидишь мужчин!  в притворном ужасе отшатнулся наглец.  Если даже такие красотки, как ты, подадутся в суфражистки, человечество вымрет!

 Я никого не ненавижу,  пожала плечами Ольга и отвернулась.

Обсуждать болезненную тему вымирания человечества или отдельно взятого рода, не суть она не желала. Как, впрочем, и суфражизм. Тоже больная тема.

Первой суфражисткой этого мира была Матильда Волкова-Мортале, ее собственная три раза «пра» бабка. Она не только выдумала суфражизм и ввела в моду брюки (ладно, попыталась ввести на протяжении двухсот лет женские брюки то запрещали специальными церковными указами, то снова разрешали, но в любом случае мало кто решался их носить). Она же, Матильда Волкова-Мортале, и прокляла свой род. Нечаянно. Только от этого как-то не легче.

 Ой, и чего эти дуры добились?  не успокаивалась фифа.  Только возможности носить штаны!

 Не только,  сверкнув небесной голубизны глазами, запротестовала соседка Ольги и начала загибать пальцы:  Водить мобили, владеть собственностью, получать образование и преподавать в университетах, быть учеными и магами. Я всегда восхищалась девушками, не боящимися пробовать что-то новое. Жаль, я сама не такая смелая. Кстати, меня зовут Элиза Татчер. Мы же будем учиться вместе?

Ее взгляд, обращенный к Ольге, сиял искренним дружелюбием.

 Похоже на то, смелая птичка,  удостоил Элизукоротким взглядом разноглазый красавчик, но тут же снова вперился в Ольгу и изобразил галантный полупоклон.  Позвольте представиться, Морис Бюсси. Для вас, милые мои, просто Морис.

Он понизил голос и последнюю фразу чуть ли не промурлыкал. И насчет фамилии соврал. Не то чтобы Ольга так хорошо владела ментальной магией, чтобы сходу определять ложь, просто не походил он на какого-нибудь провинциального дворянчика из захудалого рода. Да и не с такими интонациями произносят фамилию, которой гордятся. Скорее, это было «я знаю, что вы знаете, что я тут принц инкогнито, но я вам подыграю, так уж и быть».

 Очень приятно,  вежливо кивнула Элиза.

А фифа, оставшаяся в одиночестве, презрительно фыркнула и отвернулась. Красавчик это проигнорировал и еще ближе придвинулся к Ольге. Вот прямо нарывается на чирей!

 А эта злая колючка, которая проглотила язык,  Фиолофинель Амалия Лаберкуль Амбуазье де ла Брильен.  Он еще понизил голос и с фальшиво-восторженным придыханием добавил:  Да-да, из тех самых де ла Брильенов.

Из тех самых де ла Брильенов, которые купили баронский титул лет двадцать назад (перевела для себя Ольга), отчаянно гордились своей благородной кровью и пытались пристроить шестерых дочерей в самые древние семьи. Чуть ли не наследнику рус-сийского престола в жены предлагали. Кстати, насчет имени Ольга тоже угадала. Фиоли-что-то-там и есть Фифа.

 Да не может быть!  не удержалась и подыграла она, еле сдерживая смех.

Каким бы наглецом и мерзавцем ни был этот Морис, но издеваться он умел великолепно. Так, что жертва даже не догадалась, что над ней смеются. Наоборот, просияла и почти сменила гнев на милость.

 А вы?..  спросила бриттка Элиза.

 Ольга Вульф,  ответила она максимально нейтрально и дружелюбно. Так, как должна была ответить девица из скромной семьи ну, допустим, чиновника средней руки. И на всякий случай добавила чистую правду:  Моя семья не такая блестящая, как Лаберкуль Амбуазье де ла Брильен.

Потому что Волковым-Мортале не нужен вульгарный блеск.

 Пока я учусь здесь, вы можете называть меня просто мефрау Брильен,  задрала нос Фифа, поняв Ольгу совершенно неправильно.  Но не думаю, что это надолго. Не позднее следующего лета я выйду замуж и стану мадам Д`Амарьяк.