Всего за 155 руб. Купить полную версию
Я надеюсь, тебе будет там очень удобно, Доминик, шлю ему невинную улыбочку. Постарайся выспаться.
На его лице на один короткий миг вспыхивает изумление. Похоже, Доминику Холту и правда никто не отказывает. В груди сразу становится теплее это ему за то, что был таким хамом весь день. И чтобы добить парня окончательно, я медленно провожу рукой по его плечу, скользя вниз по гладкой ткани белой рубашки, и кладу руку поверх его пальцев, всё ещё сжимающих моё предплечье. Между нами летают искры, которые старательно игнорирую. Быстро скидываю его руку и снова улыбаюсь, на этот раз язвительно:
Спокойной ночи, босс, произношу сахарным голосом.
Почти бесцветные глаза, пожирающие меня ещё минуту назад, становятся ледянее айсберга. Он проходит к двери и широко её распахивает. Смотрит на меня выжидающе.
Не беспокой меня слишком рано, говорит безэмоционально. Я дам знать, когда ты понадобишься.
Козёл! На место мне указывает! Я почти рычу от негодования. Стремительно пересекаю гостиную, желая сразу выскочить за дверь, но врезаюсь в его руку. Доминик перегородил мне путь. Вскидываю на него возмущённый взгляд. Холт склоняется к моему лицу.
Так ты знакома с Патрисией? вдруг спрашивает он, ставя своим вопросом в тупик.
Он не хотел говорить о ней, не хотел с ней встречаться, а теперь вдруг спрашивает у меня.
Допустим, знакома.
И как она?
В смысле?
Она сексуальная? уточняет Доминик. Какого размера её грудь? Упругая ли задница? Надеюсь, кожа гладкая и шелковистая? И как от неё пахнет? Приятный женский запах всегда вызывает во мне голод.
Он скрещивает руки на груди, больше не преграждая мне путь. А у меня ноги не двигаются. Тело парализовано от шока.
И ещё меня интересует её рост, продолжает Доминик. Если она такая же пигалица, как ты, будет очень печально, выплёвывает брезгливо.
Я задыхаюсь от злости. Как он может так говорить о женщинах!? Словно о товаре каком-то! Слов ответить ему просто нет. Что толку вступать в перепалку, если каждый всё равно останется при своём мнении. Доминик при ужасном, предвзятом отношении к женщинам. А я с окончательно испорченным мнением о нём.
Вылетаю за дверь. Уже у лифта слышу, как она закрывается.
Чёртов Доминик Холт!
* * *
Когда открываю глаза, часы на прикроватной тумбочке показывают семь утра. Я чувствую себя совершенно разбитой. Потому что полночи проворочалась без сна, тщетно пытаясь успокоиться после слов, брошенных Холтом.
Я и сейчас всё ещё зла, чёрт возьми.
Кем он себя возомнил? Парень приехал из крошечного городишки, который и на карте-то не отмечен. Провинциал, к тому же невоспитанный, считает женщин товаром в красивой обёртке. Только ему совсем неинтересно, что внутри этой обёртки. Иначе он уже давно бы изъявил желание встретиться с Патрисией. О ней и о браке с ней он знает уже четыре года. Это ненормально, что он откладывает встречу.
Завернувшись в простыню, прохожу в ванную. Просовываю руку в душ, включаю воду, делаю её погорячее, и кабина наполняется паром. Подхожу к зеркалу. С ужасом встречаю своё отражение: заспанное лицо, тени под глазами, тёмные волосы, беспорядочно торчащие в разные стороны
Стрижку я сделала совсем недавно. Раньше мои волосы были длинными, а теперь едва достигают плеч. А ещё несколько лет назад я распрощалась со светлым от природы цветом, посчитав, что тёмный оттенок придаст моему лицу зрелости и жёсткости. Но ошиблась Я выгляжу как подросток, несмотря на то, что мне двадцать два. Светло-карие глаза скорее наивные, чем умудрённые опытом. А пухлые губы кажутся несуразными на худом лице. В общем, я себе не нравлюсь и, наверное, никогда не нравилась. А Доминик Холт активно добивает остатки самооценки, называя пигалицей. И его предложение исследовать спальню сейчас воспринимается как глупая шутка. Он просто издевается!
Я скидываю простыню. Ступаю в душевую кабину, и меня окутывает пар. По телу бегут приятные мурашки, когда встаю под обжигающие струи воды. Я закрываю глаза и просто позволяю себе расслабиться
Из приятного забвения меня выдёргивает настойчивый стук в дверь номера. Но я никого не жду, поэтому игнорирую утреннего гостя. Возможно, это просто обслуживание, вполне могли принести завтрак, который с лёгкостью могут оставить возле двери.
Настойчивый стук повторяется с такой силой, что я подпрыгиваю. Выключаю воду. Выбравшись из душевой, беру полотенце с крючка и обматываюсь им. Покинув ванную, прохожу к двери. Она сотрясается от того, что кто-то уже вовсю барабанит по ней.
Эй! восклицаю возмущённо: Какого чёрта?!
Стук прекращается.
Обслуживание, слышится сексуальный голос с хрипотцой.
Мне ничего не нужно, отвечаю, скрестив руки на груди.
Ты не знаешь, от чего отказываешься, хмыкнув, отвечает голос принадлежащий Доминику Холту
И, наверное, прежде чем открыть, мне хотя бы нужно одеться, не говоря уже о том, чтобы привести себя в порядок. Однако я этого не делаю, а хватаюсь за ручку и распахиваю дверь. Наслаждаясь ошеломлённым взглядом Доминика, упавшим на мою грудь.
Но Холт умеет брать себя в руки, в этом я уже убедилась. Через пару секунд он поднимает взгляд вверх, смотрит на мои плечи, покрытые влагой, на мокрые волосы, а потом в глаза. Его лицо становится скучающим. Он без стеснения проходит в номер, бесцеремонно задевая меня плечом. Прежде чем закрыть дверь, считаю до пяти, чтобы не взорваться и не вытолкать его в коридор. Потом всё-таки закрываю дверь, возвращаюсь в номер и считаю до пяти ещё раз. Потому что Доминик Холт уже полёживает на моей кровати! В его руке зажат край одеяла, который он поднёс к носу
Чёртов фетишист нюхает моё постельное бельё!
Я могу дать тебе трусики, говорю ему, замерев в ярде от кровати.
Он переводит на меня незаинтересованный взгляд.
Не можешь, коротко качает головой. Духу не хватит.
К щекам вмиг приливает жар. Я прячу взгляд под ресницами, не зная, что сказать. Он прав, я не дам ему своё нижнее бельё. Хотя не буду скрывать, хочется швырнуть его ему, дабы доказать, что духу у меня хватит.
Доминик поднимается и садится на край кровати. Выпускает из рук одеяло и отбрасывает его в сторону. На парне, как и вчера, брюки и рубашка, только сегодня она чёрная. Он расстёгивает верхнюю пуговицу и водит головой из стороны в сторону, словно разминая шею.
Ты принимала душ? спрашивает Доминик, кивая то ли на полотенце, то ли на влажное тело под ним.
Да, отвечаю пересохшими губами, всё ещё поглядывая на кусок кожи, который он обнажил, когда расстегнул пуговицу.
Сколько тебе нужно времени, чтобы собраться?
Не знаю Полчаса, пожимаю плечами.
Даю тебе десять минут, ухмыляется парень. А потом нас ждут дела.
Я закатываю глаза. Доминик вдруг вспомнил о делах. Какая прелесть, чёрт возьми! Он просил его не беспокоить слишком рано, а сам явился в Бросаю взгляд на электронные часы на прикроватной тумбочке. Они показывают девять. Я вновь смотрю на парня, разглядывая его от взъерошенной макушки до дорогой обуви. Обидно, что, несмотря на ранний час, он выглядит так хорошо. Даже слишком.
Иди в душ, Райян, говорит Доминик и смотрит на свои часы. Время пошло.
А если я не успею? с гневным видом упираю руки в бока. Полотенце на груди немного сползает вниз.
Тогда пойдёшь голой, отвечает он невозмутимо, полосуя меня похотливым взглядом.
Я пячусь к шкафу. Быстро беру первое, что попадается под руку, и ретируюсь к ванной.
А куда мы поедем? решаю всё же уточнить.
Мы поедем в мой номер. На лифте, посмеивается Доминик. Я не хочу пользоваться офисом «Торес-индастриз», поэтому займёмся делами в пентхаусе.
Я вновь закатываю глаза. Он, должно быть, шутит. Я, конечно, могу представить, как мы строим гостиницу прямо из роскошного номера под крышей отеля. Но совершенно не понимаю, как вести себя с ним наедине и на его территории. К такому я не готова