Кукес Анна - Амулет Аквины стр 5.

Аквина помотала головой.

 Нет?  язвительно продолжал Скирн.  Может, заболела твоя мама?

Аквина снова помотала головой.

 Тогда будь добра объясни: почему ты явилась к концу урока?!  В голосе Скирна слышалось презрение.  Или ты уже овладела магией и тебе больше не надо учиться?! Мы не против на это посмотреть! Ну же, мы умираем от любопытства! Сотвори водоворот!

Аквина тяжело вздохнула. Придётся попробовать, иначе не отстанет. Водоворот у неё обычно получается. Она подняла указательный палец вверх и прошептала:

 Магия воды!

Ничего не произошло.

Скирн злорадно усмехнулся:

 Так я и думал!  Он ткнул в Аквину указательным пальцем и вокруг неё мгновенно закружился водоворот. Подхватив юную сирену как крохотную песчинку, он понёс её мимо одноклассников их лица сливались в яркие пятна. Аквина пыталась грести хвостом, чтобы хоть как-то удержать равновесие, но всё было бесполезно.

Вдруг до неё донёсся голос Манати:

 Скирн, во имя всех богов! Что ты творишь?! Нельзя применять магию водоворота к ученикам!

 А ты знаешь лучший способ научить одновременно и магии, и пунктуальности?  с издёвкой возразил Скирн.

 Ты заходишь слишком далеко,  ответила Манати.  Аквина дочь Каилани!

Скирн неохотно опустил палец:

 Значит, у неё должно быть больше обязанностей, чем привилегий!

Водоворот исчез, а бедная Аквина не решалась вымолвить ни слова. Даже Лариме стало её жалко.

 Все свободны,  объявил Скирн.  Не забудьте подготовиться к завтрашнему уроку. Его тема «Вода как холодное оружие».  Он посмотрел на Аквину:  И не опаздывайте.

Аквина поспешила уплыть прочь, но её догнала Джейд.

 Вот подлец!  сказала она.

 Он просто невыносим!  подхватила Руби, быстро работая огненно-красным хвостом и надув щёки, из-за чего стала похожа на рыбу-шар.

 За что он на тебя так взъелся?  возмутился Орхид, и его белый хвост пожелтел от ярости.

 Потому что я вечно опаздываю на его уроки,  сказала Аквина.

 Но твоя мать наша королева,  заметил Орхид.

 Предводительница,  поправила его Аквина.

 Это одно и то же,  сказала Джейд.

 Вовсе нет,  возразила Аквина.  Иначе я была бы принцессой и мне позволялось бы ещё меньше, чем теперь.

 Всё равно! Каилани из бессмертных, Фригг оставила ей пророчество. Скирн не может этого не учитывать!  возмутилась Джейд.

Но Аквине не стало легче от этих слов. Если бы её друзья только знали, каково это быть дочерью Каилани!

 Расскажи всё матери,  посоветовал Орхид.

 Ни за что!  отказалась Аквина.  У меня будет ещё больше неприятностей. Маму гораздо больше обеспокоит, что я опаздываю на уроки.

 Всё это время ты была наверху?  осторожно спросила Джейд.

 Что ты, нет конечно,  отмахнулась Аквина.  Солнце для нас слишком опасно, это даже дети знают!

Остальные уверенно закивали, и Аквина не стала их разубеждать. Она не переставала удивляться, почему её друзьям не хочется посмотреть на мир за пределами Аквамарина. Морской народ не интересует ничего, кроме дурацкого Источника!

 До завтра!  попрощалась Руби.

 До завтра!  эхом откликнулись Орхид и Джейд.

 Пока!  Аквина повернула к дворцовому гроту.

Украшенный мозаиками из раковин, дворец, в котором жила семья Аквины, был самым прекрасным зданием в городе. Его стены отливали серебром, вход был украшен портиком на колоннах из сталактитов, массивные двери скрывал водопад. Каждую комнату Каилани украсила вещами, напоминающими о её прежней жизни.

Аквина пересекла зал официальных приёмов. На её удачу, здесь никого не было, и юная сирена могла полюбоваться самой нарядной комнатой во дворце. Купол, усеянный звёздами, украшало изображение солнца с богиней Фригг посередине. Сирены почитали её больше других богов.

Впрочем, убранство других комнат было не менее эффектным. В столовой и гостиной всегда стояло много цветов, а спальня Каилани и Брора походила на лес, где сквозь кроны деревьев прямо над их ложем уступом скалы, устланным морской губкой,  светила луна.

Аквине разрешили обставить свою комнату по собственному вкусу. Она любила всё разноцветное и использовала не только раковины, но и всё, что находила во время прогулок: цветной песок, панцири улиток, камешки, щепки, водоросли, морские травы. А ещё юная сирена повесила в комнате портрет Снорри ведь она знала его с рождения. Мать рассказывала, что шестиног нянчил Аквину, когда та была ещё младенцем, баюкал её и охранял её сон. Снорри не был обязан соблюдать закон и мог путешествовать куда захочет. Он-то и проносил Аквине разные сокровища, из которых она складывала мозаику в своей комнате.

Аквина вспомнила о фрукте, которым угостил её маленький друг. Внутри у него наверняка есть семечки! А это значит, что можно попробовать прорастить из них саженец! Неизвестно, получится ли это сделать под водой, но попробовать стоит!

Аквина порылась в своей сумке и, достав фрукт, вгрызлась в него зубами. Наконец у неё в ладони лежали семечки два из них она отложила в сторону, а из остальных решила выложить мозаикой силуэт неизвестного фрукта.

 А, вот ты где! Как прошли уроки?  В комнату незаметно вплыла Каилани. Она была на голову выше Аквины, её сильный сине-зелёный хвост заканчивался изогнутым плавником. Для сирены у неё были на удивление широкие плечи, и на них ниспадали густые тёмно-каштановые волосы. Глаза у Каилани тоже были тёмные, а нос с горбинкой.

Аквина была совсем не похожа на мать ни внешне, ни по характеру. У неё был тонкий нос и светлые волосы такого же цвета, как песок Рулантики.

Каилани поцеловала дочь в щёку, и взгляд её упал на раскрытую ладонь сирены:

 У тебя новые сокровища?

Аквина сжала ладонь в кулак, но поздно: мать заметила семена.

Каилани мгновенно помрачнела:

 Что у тебя в руке, Аквина?

 Ничего!

 Покажи немедленно!

 Это не твоё дело!

 Если это то, о чём я думаю, то очень даже моё!

 Если ты уже знаешь, что там,  зачем показывать?

 Открой ладонь!

 Нет!

 Это приказ!

Каилани схватила дочь за руку и заставила разжать пальцы. На глаза Аквины от обиды навернулись слёзы.

 Откуда это у тебя?  строго спросила Каилани.

В ответ Аквина лишь пожала плечами.

 Я жду. Отвечай: откуда у тебя косточки от яблока?

Яблоко Вот, значит, как называется этот фрукт.

 Снорри принёс?  не отставала Каилани.

Может, и правда свалить всё на Снорри? Он же вечно приносит ракушки или камешки. Стоит только кивнуть и её оставят в покое. Снорри в худшем случае отругают, а то и вовсе не тронут: ему-то Каилани не может запретить выплывать на поверхность. И всё же Аквина решила не лгать и не подставлять друга.

 Я  Аквина посмотрела в глаза матери.  Я нашла эти плоды на острове. И если хочешь знать, яблоки самое вкусное, что я когда-либо ела!

Лицо Каилани помрачнело от гнева.

 Разве я не запретила тебе подниматься на поверхность?!  грозно спросила она.

 Вечно ты мне всё запрещаешь!  воскликнула Аквина.  А там, наверху, так красиво!

 Красиво?!  Казалось, Каилани вот-вот взорвётся, как огненная гора на острове.  И ради этого ты рискуешь жизнью?!

 Да я просто посмотрела на остров, только и всего!  стала оправдываться Аквина.

 Здесь, под водой, у тебя есть всё что нужно!  заметила Каилани.

 Я не хочу жить взаперти!  заявила Аквина.  На свете столько всего интересного и кроме пения сирен и мозаики из ракушек!

 И ты думаешь, что ради собственного удовольствия можешь погубить весь наш подводный мир?  нахмурилась мать.

Аквина выставила руки, словно защищаясь:

 Я не приближалась к Источнику, не купалась в нём!

 Как я могу тебе доверять, если ты нарушаешь все наши законы?  Этот вопрос матери задел Аквину сильнее всего, но она не подала виду.

 Почему я не могу сама решать, что для меня хорошо, а что нет?  с отчаянием в голосе спросила она.

Но мать, похоже, совсем её не понимала:

 Потому что ты можешь навредить не только себе, но и всему нашему народу. Ты же знаешь о проклятии!