Всего за 449 руб. Купить полную версию
Лора Таласса
Война
Роман
Нежной памяти Роберта Х.
Навеки твоя «младшая сестренка»
Когда снял Он вторую печать, услышал я второе животное, говорящее: иди и смотри.
И вышел другой конь, рыжий; и всаднику его даровано было уничтожить мир на земле, развязать битву между людьми; и дан был ему огромный меч.
Откровение Иоанна Богослова. 6:34
Уильям Шекспир[1]«Убить их всех!» вскричал,с цепи собак войны спуская;Чтоб злодеяньем сем заволокло весь свет,Укрыв его смердящей плотью тел,Молящих о покое.
Laura Thalassa
War
* * *
The moral rights of the author have been asserted
Печатается с разрешения литературных агентств Brower Literary & Management, Inc., и Andrew Nurnberg
Copyright © 2019. WAR by Laura Thalassa
© Е. Мигунова, О. Полей, В. Савельева, перевод на русский язык
© ООО «Издательство АСТ», 2022
Глава 1
Всадники. Год Тринадцатый
Иерусалим, Новая Палестина
Новый день начинается, как и большинство предыдущих. С кошмара.
Взрыв гремит в ушах, ударная волна сбивает с ног, я падаю в воду.
Тьма. Пустота. А затем
Я судорожно хватаю ртом воздух. Повсюду вода и огонь, и и боже, эта боль только боль, боль, боль. От ее острых укусов перехватывает дыхание.
Мама! Мама, мамочка!
Я ее не вижу. Никого не вижу.
Мам!
Небо нависает над головой, я кашляю от дыма. Ремень сумки обвился вокруг лодыжки и тянет меня все ниже.
Нет! Я брыкаюсь, стараясь выбраться на поверхность, но все напрасно цель только отдаляется.
Легкие пылают. Солнечный свет тускнеет, как бы сильно я не сопротивлялась.
Открываю рот, чтобы позвать на помощь.
И захлебываюсь водой
Со вздохом я сажусь на кровати.
На стене мерно тикают часы, маятник раскачивается вперед-назад, вперед-назад.
Пытаясь перевести дыхание, касаюсь пальцами шрама у основания шеи. Простыни сбились, опутали лодыжки. Я выбираюсь из них и сползаю с постели. Прихватив коробок спичек, зажигаю масляную лампу. Вспыхнувший огонек на мгновение выхватывает нашу семейную фотографию, но я тут же поднимаю руку выше, освещая часы.
3:18 утра.
Ох Растираю лицо ладонями, ставлю лампу на верстак, отодвигая то, чем он завален: перья, стеклянные наконечники, кусочки пластика.
С тоской смотрю на кровать. Увы, заснуть уже не получится, а значит, вариантов два: взяться за последний заказ, либо отправиться на охоту. Бросаю взгляд на стену, где, едва различимые в темноте, висят несколько моих последних работ: просмоленные луки и расписные стрелы.
Шикарное оружие ручной работы теперь продается за копейки.
В комнате слишком темно, не рассмотреть висящие на той же стене фотографии, но я ощущаю, как в горле встает ком.
Пока недавний кошмар еще свеж, мне не хочется оставаться наедине с воспоминаниями, наполняющими эту квартиру.
Решено вперед, за добычей!
Под подошвами ботинок хрустит гравий. Я петляю по улицам Иерусалима, вооружившись верным луком, колчаном со стрелами и холщовой сумкой, в которую складываю находки. На бедре висит кинжал, а в сумке лежит небольшой топорик.
Прохожу мимо пустой мечети; когда я вернусь, она будет полна народа. В конце улицы синагога, темная и зловещая, с заколоченными провалами окон. Некогда величественное здание сейчас выглядит смиренно, словно не его стены прежде гордо возносились к небу. Улицы пусты, лишь изредка попадаются палестинские патрули. Меня они не трогают, но провожают долгими мрачными взглядами.
Когда-то все было иначе. Я смутно помню детство, но оно было счастливым. В те дни мне не о чем было беспокоиться, а это почти равнозначно счастью. Теперь же тревоги камнем давят на плечи. И даже недавний кошмар кажется более реальным, чем та, прошлая жизнь. Я оглядываюсь, нащупывая на запястье браслет с амулетом-хамсой[2]. Стоит лишь немного расслабиться, почувствовать себя чуть спокойнее, как кто-нибудь нападет.
Да, когда-то все было иначе, но, вот она, моя реальность. С тех самых пор, как на землю ступили Всадники. Перед глазами вновь проносится первый день их Пришествия, словно он был только вчера.
Я в четвертом классе. Лампочки на потолке одна за другой вспыхивают и взрываются, в ушах звенит от криков одноклассников. Мне не повезло я сидела у самого окна и видела, как машины, чьи двигатели замерли в одну секунду, врезались во все во всех, что оказывалось у них на пути.
Я видела, как машина сбила женщину, видела ее широко распахнутые глаза за секунду до столкновения. Иногда, вспоминая это, вместо незнакомой женщины я вижу своего отца. Интересно, с ним было так же? Я не видела его изуродованное тело, только слышала, что его сбил автобус.
Люди говорят, что жизнь изменилась в один миг, и я с ними согласна. Рождение, смерть и четверо странных мужчин, явившихся на землю, чтобы уничтожить мир, вот составляющие этих перемен.
Но самые коварные изменения происходят постепенно. Первый день закончился, начался второй, и оказалось, что нужно выживать в мире, где машины больше не ездят, телефоны не звонят, компьютеры не работают, и множество людей погибли в одночасье. Но со временем мы привыкли к этой ужасной жизни. Так я прожила большую часть своих двадцати двух лет.
Я направляюсь в западный конец города. Прохожу мимо голубятни, где в этот ранний час тоже тихо. Раньше новости можно было узнавать мгновенно. Теперь же самый быстрый способ отправки сообщений почтовые голуби, и нет никаких гарантий, что письмо доберется до адресата с первой попытки И вообще доберется.
Уже целый месяц по ночам очень тихо. Здесь никогда не было особенно шумно, но эта тишина другая. В безветренном воздухе ощущается тревога.
Наверное, это всего лишь слухи Однако с востока к нам приходят странные истории, похожие на страшилки, которые рассказывают у костра темной ночью. Истории о том, как вымирают целые города. Об улицах, усеянных костями, и о кладбищах, земля на которых изрыта свежими могилами. И посреди руин и хаоса с мечом в руке, верхом на кроваво-красном жеребце, едет Война.
Не знаю, насколько эти рассказы правдивы теперь слишком многому приходится верить на слово, но в последнее время жители Иерусалима подавлены больше обычного. Некоторые покидают город Я бы тоже уехала, если бы у меня были деньги, чтобы добраться туда, куда я хочу. Но увы, денег нет, и я остаюсь.
Я приближаюсь к Иудейским горам, которые окружают город, и вдруг слышу эхо шагов за спиной. Возможно, это кто-то из Братства мусульман Или палестинские полицейские. Или такой же призрак, как я. Или проститутка, которая ищет клиента.
Скорее всего, ничего серьезного. И все же я мысленно повторяю пункты из кодекса выживания. «Руководство по выживанию в этом гребаном мире составила я, Мириам Альмахди». Итак:
1. Не нарушай правила, а обходи их.
2. Всегда говори правду.
3. Не привлекай внимания.
4. Прислушивайся к своим инстинктам.
5. Будь храброй.
Пять простых правил, которые даже если соблюдать их не всегда было легко помогали мне оставаться в живых последние семь лет.
Прибавляю шаг, в надежде оторваться от того, кто идет за мной. Шаги за спиной тоже становятся быстрее. Я вздыхаю. Сняв с плеча лук, достаю из колчана стрелу, натягиваю тетиву и, резко обернувшись, целюсь в темную фигуру.
Стой, где стоишь! приказываю я.
Темный силуэт замирает метрах в десяти от меня. Поднимает руки, делает небольшой шаг вперед.
Я просто хотел узнать, что такая девушка делает на улице одна в столь поздний час! выкрикивает мужчина.
Варианты с проституткой и полицией можно вычеркивать. Он либо из Братства, либо из какой-нибудь местной банды. Или обычный горожанин, который ищет женской ласки за деньги. И, конечно, он может оказаться призраком, как и я, и хочет отобрать мою добычу.
Я не проститутка, предупреждаю его.