Нара - Крошка Юки-онна стр 2.

Разгневанный Юки-акума взмахнул рукавом своего серебряного одеяния, и на поле боя налетела вьюга. Ветер сбивал с ног солдат, рвал знамёна, звенел обледеневшим оружием. Снег бил в глаза, и никто не мог понять, где товарищ, а где враг. Лучники не знали, куда целиться, всадники выпадали из сёдел, словно неумелые дети. А генералы, запутавшись в богатых плащах, под тяжестью брони рухнули в снег.

 Так-то вам! Так-то вам, глупые людишки!  расхохотался Юки-акума.  Знайте теперь, что ваша сила ничто против моей!

Бой прекратился. Пристыженные генералы скомандовали отступление. Испуганные солдаты собрали оружие и разошлись. И скоро снег снова сделал равнину белоснежной.

 Как вы сильны, отец!  наперебой восхищались прекрасные юки-онна.  Как вы могущественны! Вы показали людишкам их место! Недаром ведь все знают и почитают великого Снежного демона!

Каждая снежная фея старалась получше похвалить отца, и двести лет назад их слова могли бы обрадовать Юки-акума. Но за двести лет Снежному демону прискучило слушать одно и то же, и он только сурово хмурил брови, думая, что у его дочерей совсем нет воображения и они нисколько не понимают его. Как вдруг раздался голос самой младшей из них.

 Отец, вы так милосердны!  воскликнула эта юки-онна.  Вы пожалели этих людей и не позволили им убить друг друга. Более того! Вы спасли их детей и родителей, ведь как бы они прокормились, если бы отцы и сыновья погибли сегодня так бессмысленно

 Замолчи, дурочка!  прервал её Юки-акума.  Я вовсе не ради глупых, жадных людей остановил бой! По мне, пусть убивают друг друга, сколько угодно, но не здесь. Ненавижу, когда они делают мой снег красным!

Сёстры засмеялись:

 Глупенькая, глупенькая сестрёнка! Вообразили такое о великом Юки-акума, чьё сердце холоднее имени!

Но младшая юки-онна только улыбнулась в ответ.

 Я знаю,  сказала она отцу,  что больше всего на свете вы ненавидите красный снег.

Юки-акума усмехнулся в седые усы и ничего не ответил. Больше всего на свете он любил эту свою глупую дочь.

 Тем не менее, как бы я ни поступал, люди неблагодарны и от них не дождёшься благодарности,  задумчиво произнёс он, погодя.  Они знают только ложь и лицемерие.

 Не все люди таковы, отец!  смело возразила младшая юки-онна.

 Ты веришь в это потому, что ты дурочка,  улыбнулся Юки-акума.

Юки-акума жил на свете тысячу лет. Он был умён и мудр и многое знал о жизни: как и почему сменяют друг друга времена года; как вода с небес ниспадает на землю, утоляя её жажду, а из рек и озёр, из морей и из самой крохотной лужи поднимается в небеса, чтобы излиться вновь. Он знал, что нужно для жизни на земле и под водой птицам, животным, рыбам и даже незаметной букашке, живущей не дольше суток. Всё, что происходит под Солнцем и Луной, на Востоке и на Западе, понимал Снежный демон Юки-акума. Одного он не мог понять: зачем люди убивают друг друга? Разве украшения, золото и дорогие материи, которые они добывают из крови и войн, так уж ценны?

Правители и военачальники приносили в храмы Снежного демона много дорогих подарков, чтобы заручиться его помощью в войнах. Иногда Юки-акума брал их и вертел в руках, пытаясь понять, в чём их ценность. Золото покрывалось льдом. Тонкие ткани намокали, становясь твёрдыми и некрасивыми. Во всём этом не было никакого смысла. И Юки-акума бросал бесполезное богатство и не отвечал на лицемерные мольбы. Уже две сотни лет он жил высоко в горах в окружении своих прекрасных дочерей и лишь изредка спускался к людям, которым нечем было его удивить.

Прекрасные юки-онна, снежные феи с ледяными сердцами, живущие сотни лет, намного чаще бывали среди людей. Им нравились уважение и страх, с которыми люди относились к ним. Нравились дорогие подарки: золотые и серебряные украшения с драгоценными камнями, нефритовые и костяные гребни, изящные ткани, расшитые золотом и серебром, и благовония, которые курили в храмах.

Дочери Юки-акума были тщеславны все, кроме одной глупой юки-онна. Она любила людей так, словно те были её семьёй. Она не могла выносить их страданий. И видя, как кто-то вновь затевает войну, снежным вихрем летела в заоблачный дворец, падала в ноги своему суровому отцу и молила о помощи. Юки-акума не любил людей, но любил свою младшую дочь. И он правда ненавидел красный снег, поэтому никогда не отказывал. Но однажды и он не смог помочь.

Жестокий генерал перевёл свои войска через ледяные горы и напал на деревню. Этот человек был честолюбив и умён. Там, где не смогли пройти другие, он нашёл путь. Он придумал, как переправить тяжёлые пушки по хрупким льдам. Один из всех, он привёл армию в тихую долину и напал на деревню, грабя и убивая.

Младшая дочь Юки-акума всё видела и быстрее ветра понеслась к отцу.

 Отец и господин мой!  воскликнула она, упав к его ногам.  Умоляю, спасите людей в деревне! Им не выстоять против войска!

Вздохнул Юки-акума. Тяжело вздохнул. Тяжело ему было ответить.

 Я не могу вмешаться среди лета,  сказал он.  Таков закон жизни, что всему на свете отведено своё время. И летом не время для снегов.

Снежный демон был печален. Но он никогда не шёл против времени. И дочь поняла, что не умолит его помочь. Разрыдавшись вьюгой, унеслась она из заоблачного дворца.

Юки-акума осуждающе покачал седой головой. Сразу догадался, что задумала его неразумная дочь. Призвал он своих внучек (а их было семь: шесть взрослых и одна совсем крошка) и сказал:

 Летите следом за своей матерью и уберегите её от беды!

Семь снежных фей взвились в воздух семью вихрями и исчезли. Лишь прозвенел под облаками их послушный ответ:

 Повинуемся, дедушка!

Тем временем в долине шёл бой. Не было там снега, чтобы кровь людей сделала его красным. Горячие алые капли висли на стеблях трав, орошали цветы, впитывались в землю, растворялись в речной воде, привлекая рыб. Земледельцы, охотники и рыбаки не умели сражаться и оружия у них не было. Защищая своих жён и детей, матерей, отцов, сестёр и братьев, они хватали то, что первым попадалось под руку, но дрались отчаянно, не позволяя врагам приблизиться к родной деревне.

Но разве противник воину крестьянин или рыбак? Солдаты привыкли убивать. У них не было ни жалости, ни сожалений, а была прочная броня, острые мечи, быстрые стрелы.

Были и страшные пушки. С высоты небес увидела юки-онна, как воины генерала заряжают в них ядра. Стоит им единожды выстрелить от ворот ничего не останется!

 Не бывать этому!  воскликнула она. Взмахнула рукавами белоснежной юкаты, напустила вьюгу на армию посреди лета!

Снег обжигает лица воинов, ветер не даёт и шагу ступить, лёд сковал оружие. Обледенели и запалы не зажечь их, не выстрелить из пушек! И так испугались солдаты, что это сам Юки-акума на них прогневался, что бросили оружие и знамёна и побежали прочь от деревни назад к ледяным склонам гор.

Злобно прищурился тщеславный генерал, губу до крови прикусил. Но видит, ничего не поделаешь: и самые храбрые воины в страхе разбегаются. Скомандовал отступление. Пушки так и бросили посреди долины.

Деревенские жители тоже испугались. Шутка ли? Метель летом! Но они подумали, что это Юки-акума заступился за них. И очень удивились, когда метель стихла. Посреди тающих снегов увидели они семь юки-онна и сразу узнали тех по белоснежным одеждам и волосам. Вечно юные девы плакали и сокрушались:

 Мама! Матушка!

Когда люди набрались смелости и подошли ближе, то увидели, что плачут они над прекрасной женщиной. Прекрасной, как юки-онна, и в таких же одеяниях. Только волосы её были чёрными, как ночь. Незнакомка лежала на земле тихая и с закрытыми глазами, и казалось, жизнь утекает из её тела.

 Матушка!  плакали юки-онна, и от их рыданий снова начался снегопад.  Ты растратила своё бессмертие на этих никчёмных людишек! Что же нам делать? Бедные мы! Бедный дедушка!