Freedom - Сумеречный сказ стр 18.

Поутру служанки в наряд богатый облачили Варвару, кокошник жемчужный нацепили и в путь счастливый благословили. Токмо не замечала ничего невеста, кинжал крепче сжимала в складках душегреи расписной да на Елену смотрела, глаз не сводя. Та места себе не находила и момент уединения чудом с сестрой уловила.

 Прости меня, глупую,  прошептала Прекрасная и вдруг выудила из рукава подарок.  Я одна во всем виновата. Однако смею надеяться, что это осчастливит тебя,  и, воспользовавшись ее растерянностью, надела Лена ожерелье Владимира на сестру да под наряд надежно спрятала.

Варвара, хоть и рада была дару такому, только лишь сухо кивнула не простила она Прекрасную. Увидев лик сестры суровый, тотчас захотела на колени броситься Елена, слезами умываясь, но в горницу вошел отец, приказывая прощаться и в дорогу близкую собираться.

Подвели невесту к жениху: тот взгляд не спускал, фигуру точеную одобрял, поясок развязать желал. Ничего Варвара не замечала, с духом собиралась. Стоило только слову первому с уст сорваться, как лезвие острое мигом сверкнуло, и замерло сердце жениха. Тотчас крик и страх в воздухе повисли. Глазели все на душегубицу, зашептали молитвы вместе с проклятиями. А Премудрая ждать боле не стала: сорвала ожерелье с шеи, ладонь рассекла и призвала колдуна.

Ветер сильный поднялся, вой жуткий раздался, окна хлопнули,  и в тот же миг ворвался в горницу Кощей. Вырвал он мертвое сердце жениха, раскусил пополам и им же Варвару угостил. Приняла она дар мерзкий, руку чернокнижнику сжала и исчезла вместе с ним.

Забрал Владимир Премудрую в холодную Навь, что домом ему назваться теперь могла. Предсказано ему было пост негласного царя мира мертвых занять да суд по воле Мораны исполнять. Да токмо указ был один: в Навь Владимир попадет, когда суженую найдет. И как только Кощей Варвару повстречал, так сразу понял, что судьба его нашла.

Пугалась сначала Варвара нового края, но свыклась и жизнь необычную стойко приняла, благо любимый всегда рядом был. Вскоре и свадьбу они сыграли на колдовской манер: обменялись сердцами друг друга, заточая в груди чужую жизнь. То мера была необходимая: Варвара здоровьем отменным не слыла, а в Нави и вовсе чахнуть могла начать скоро, посему заточил ее слабое сердце у себя в крепкой груди Владимир, не позволяя погибнуть любимой.

Морана сей союз лично благословила и нарекла их царями да исполнителями воли своей. Изо дня в день Кощей наблюдал за всей паутиной чар, наложенных на Сумрачный лес, и вершил суд над каждой провинившейся душой. Варвара же ему во всем помогала: выучила она силу заклинаний, разобрала вместе с мужем старинные трактаты о темной магии и годы спустя стала сильнейшей ведьмой. Вся округа боялась царя и царицу, правление которых хоть и было строгим, одначе справедливым.

Спустя время благодаря воле чуда родилась у них единственная дочь Марья Моревна. Унаследовала она от отца с матерью тягу к знаниям да колдовству, нравом и умом в обоих пошла.

Любопытной Марья слыла, оттого и накликала беду на семью. Не уберегли ее ни Кощей, ни Варвара от магии злой и позволили проклятию золота меж ними поселиться. По воле рока злого отвернулся Владимир от жены, позабыл он ее точно и свирепым сделался, не замечая, сколько страданий душам да близким причинял. Марья же жестокой стала и мать постоянно обижала.

Печаль и злоба поселились в Темном тереме, развращая души и покрывая сердца гнилью. Не выдержала того Варвара и бежала прочь, спрятавшись в Болотистых землях. И в тот же миг сердце Кощея в груди заныло, нутро будто цепью сковывало, а ожерелье рубиновое, что не снимая носила Варвара, душить стало. Поняла она тотчас, что отвернулся от нее Владимир, и чары его убивать стали.

Взмолилась Варвара Сумрачному лесу, о защите для себя упрашивая. Дубровец за сокрытие и покровительство цену высокую попросил молодость ее себе забрал и обратил в новую наместницу Болотистых земель. Так и стала Варвара старухой Бабой-Ягой, а чтоб больше не сбегала, отнял у нее леший ногу и заменил костяной. С той поры и сидела колдунья в избушке на границе миров, по дочери скучала и мужа поминала, себя ругала и слезы горькие роняла.

Болотистые земли, Навь

Рогнеда и Кирилл вышли наконец на узкую тропу, что вела к центру Болотистых земель небольшой поляне, утопающей в мареве и окруженной могучими деревьями-стражами. Поросшая высокой травой, дорога постоянно петляла, то и дело норовя завести в топь. Повсюду, утопая в мхе и мутной воде, стояли могучие деревья. На их корявых ветвях меж одиноких листьев сидела стая воронов, не спуская глаз с друзей.

 Соглядатаи повсюду,  прошептала Серая, кивая на верных спутников Хозяйки Зимы.

 Заметил уже,  недовольно ответил Змей, шагая вперед.

Под ногами хлюпала грязь, заполонившая траву, в воздухе висел густой запах перегноя и тины. Вершины деревьев закрывали серое небо, создавая полумрак.

 Много знаешь про Бабу-Ягу?  поинтересовалась Рогнеда, осторожно ступая по хлюпкой земле. Меньше всего хотелось угодить ногой в трясину.

 А ты что, сплетни собираешь?  хмыкнул Кирилл.  Прости, неудачно пошутил. Что же до твоего вопроса Варвара крайне нелюдима и своенравна, поэтому навряд ли ее хоть кто-нибудь хорошо знает. Кроме ее семьи, конечно. Она ушла на болота, потому что не выдержала проклятия, которое разрушило их союз с Кощеем. Прошло много лет, чары давно спали, но Варвара так и не вернулась в Темный терем.

 Почему?  спросила Рогнеда. Впереди мелькали кочки и вывернутые корни деревьев.

 Не знаю, правда,  признался Змей.  У каждого из нас свои причуды.

Миновав поваленную иву, друзья вышли на ровный участок, усыпанный поганками и мухоморами. Внезапно Рогнеда остановилась и удивленно посмотрела на друга.

 Меня только что осенило: ты сейчас впервые в жизни идешь на встречу с Варварой Премудрой, хотя и пробыл в заточении гор Отшельниц, где стоит Темный терем. Ты ведь обитал прямо у них под носом, но никогда-никогда не видел их,  изумилась она.

Кирилл мягко улыбнулся.

 Я, может, и спал все это время, но ведал о жизни каждого здешнего обитателя. Так что можно сказать, что и был свидетелем всех событий.  Змей пошел вперед, брезгливо поглядывая на пузыри, исходящие из топи.  Неужели ты никогда не задумывалась, почему я вдруг с тобой так легко и просто стал общаться?

Рогнеда схватила его за локоть.

 То есть ты фактически подглядывал за нами, а при личной встрече просто пользуешься сведениями?  недовольно спросила Серая.

Взглянув на ее поджатые губы и нахмуренные брови, Кирилл попытался объясниться:

 Все не так, как ты себе представляешь. Я просто знал, что примерно триста лет тому назад ты появилась в Сумрачном лесу и стала жить отдельно от стаи прочих волколаков. Но я никогда не подслушивал твои разговоры и не следил просто не мог. Говорил ведь, что видел только значимые события ничего более. Клянусь.

 А как же  начала Рогнеда, но вдруг ее нога соскользнула, и волчица едва не провалилась в болото.

 Осторожнее!  моментально среагировал Кирилл, хватая ее руку и помогая встать на твердую землю.  Будь аккуратна, тут повсюду топь.

Рогнеда смущенно кивнула и пошла рядом со Змеем, стараясь не обращать внимания на его ладонь, удерживающую ее за локоть.

Тропа вилась через трясину к избе, поросшей со всех сторон вьюном. Предания твердили, что эта избушка стояла на «курьих» ножках двух крепких столбах, от дурманов которых у любого существа голова шла кругом от страха и морока. Русалки часто шептались, что туман, стелившийся по всей Нави, распространяется именно от этих столбов, глубоко спрятанных в земле. Было ли это правдой Рогнеда не знала, но жилище Бабы-Яги действительно вселяло ужас и трепет.