Всего за 599 руб. Купить полную версию
Глава XVII. Американский брак на восемь дней
Через два года после ранее рассказанных событий я приехала на сезон в Нью-Йорк, в Grand Opera House (Manhattan). За время моего пребывания в Америке ничего особенного не произошло, за исключением моего второго брака с гражданином звездной страны. Однажды вечером на приеме, устроенном в мою честь в доме миссис Бенджамин Гиннесс, самого лучшего и дорогого из моих друзей того времени, мне был представлен мистер Боб Э. Ченлер. Он был художником, из богатой нью-йоркской семьи, и с самой первой нашей встречи проявлял ко мне большую симпатию, которая вскоре переросла в страстную любовь. Ченлер не был наделен природой привлекательностью, но он забавлял меня своей оригинальностью и эксцентричностью.
Лина Кавальери, 1900-е годы
Как-то мы говорили о театре и искусстве, и он, следуя непреодолимому импульсу своей энергичной натуры, сделал мне предложение выйти за него замуж. Я смеялась от души, так как испытывала к нему только дружеские чувства. Он упорствовал и стал развивать собственную теорию о нестабильности женского характера, о силе воли мужчин, сказал, что в браке любовь не нужна: «Я уверен, если вы станете моей женой, то будете со мною всю жизнь». Я снова рассмеялась и ответила: «Если даже я выйду за вас замуж, то ни ваше богатство, ни ваше золото не смогут удержать меня с вами больше недели. Будьте уверены!» Он скептически улыбнулся и предложил пари. Ну что ж, пари так пари.
Началась наша семейная жизнь. К определенному сроку он был уверен в своей победе. Я сделала вид, что забыла о пари, и обрадовалась полученным подаркам. Вечером седьмого дня после нашей свадьбы у нас были гости. Обед прошел весело и интересно. В глазах мужа я прочитала счастье торжества. Пройдя в холл за кофе, я удалилась от гостей. Мои чемоданы были уже собраны, и я ушла. Несколько недель спустя был объявлен развод. Я отказалась от дворцов, большого поместья, годового дохода и выиграла пари. Я была американской подданной всего восемь дней.
Конечно, в очередной раз я совершила серьезную глупость и посчитала развод вполне естественным. Сегодня я так не думаю и считаю, что союзы священны гораздо более, чем сама жизнь. С тех пор я никогда не видела своего второго мужа, о смерти которого узнала всего несколько лет назад. Общие друзья рассказывали мне, что его комната была буквально устлана моими фотографиями. Бедный Боб! Как плохо я поступила с ним. Прошу прощения от всей души.
Глава XVIII. Психология брака
Я бы хотела здесь поделиться некоторыми своими соображениями о браке. Думаю, я могу говорить об этом с полным знанием дела, так как была трижды замужем и трижды развелась с мужчинами абсолютно разных национальностей, характеров и темпераментов: русским, американцем и французом.
Почти для всех женщин в годы юности брак представляет собой мечту, желаемую цель. И это правильно. Общество со своими моральными и систематизированными законами, сама природа заставляет так думать. Создание новой семьи, рождение детей это сама причина нашего существования. Следовательно, брак необходим. Любые возражения против брака разбиваются об эту этическую и естественную истину. Бывает, что союзы несчастливы, но это происходит из-за неправильного представления о том, как брак устроен. Любовь и брак не могут иметь одинаковую продолжительность, по крайней мере в большинстве случаев. Это должны понять все девушки и мужчины, вступающие в брак. Это уберегло бы их от многих печалей.
Лина Кавальери, 1900-е годы
Создание дома и семьи священно. Конечно, желательно, чтобы союз мужчины и женщины начинался с любви, но следует хорошо понимать, что это чудесное чувство не может длиться вечно, и наша обыденная жизнь, наши недостатки день за днем, постепенно убьют любовь, но из ее пепла возродится привязанность. Привязанность неотъемлемая основа любого союза, незаменимая часть брака и семьи. Привязанность, терпимость, понимание потребностей, солидарность в борьбе с невзгодами и опасностями.
Только сейчас, вспоминая Сашу Барятинского, я понимаю религию этого чувства, а когда я была его женой, только любовь командовала нами. Причиной моего развода с Ченлером было отсутствие любви и невозможность восполнить этот недостаток привязанностью, которая появляется после длительного периода совместного существования и взаимного понимания. Раньше я этого не понимала.
Для женщин природа дала самое прекрасное и священное предназначение творить и воспроизводить, облегчать боль, утешать страдания, помогать мужчинам в их повседневной борьбе. Для вас брак это нежность и ласки, семья, материнство, прощение. Вы матери!
Глава XIX. Русская революция, Таис и Маттиа Баттистини
Из Америки я вернулась в Россию, где в Петербурге, Москве, Киеве и Харькове должен был проходить итальянский оперный сезон. Именно тогда я пела с незабываемым Маттиа Баттистини[31] в опере Массне «Таис», в которой я начала выступать в парижской Опере, а затем по всему миру. Баттистини очень любил свою партию Атанаэля и, чтобы чувствовать себя совершенно непринужденно в роли просвещенного отшельника, носил грубую одежду дома весь день перед спектаклем. Время от времени он смотрел из открытого окна (мы были в мае), и однажды кто-то заметил его. Небольшая толпа зевак остановилась и с изумлением рассматривала его. Маттиа, очень внушительный, в своем сценическом костюме монаха, целиком показался на подоконнике и величественным жестом благословил своих уличных зрителей.
Лина Кавальери в опере Массне «Таис», 1905
Именно в этот сезон в России вспыхнули первые восстания, завершившиеся в Петербурге так называемым красным днем. Всем известны первопричины, спровоцировавшие эту первую революцию, я не буду их повторять. Но, возможно, мало кто знает, что «красный день» закончился расстрелом крестьян и рабочих, вышедших на Дворцовую площадь просить «батюшку» о справедливости. Когда императора удалили из столицы, стража, охранявшая дворец, из страха перед серьезными беспорядками безжалостно набрасывалась на безоружных и уж точно не особо опасных людей. Если бы царь показался на балконе, эти демонстранты преклонили бы колени, перекрестились и ушли бы довольные, как это было не раз. Ошибки психологии, но прежде всего ошибки советников, кто, безусловно, я считаю, являются главными виновниками российской катастрофы и трагической гибели Романовых. Может, повлиял мягкий и неуверенный характер Николая II. Да и сама царица, слишком занятая своей ролью матери и тяжелой болезнью цесаревича, не ставила государственные дела выше семейных. Наконец, мистическая фигура манипулятора, алкоголика и извращенца Распутина завершила трагическую картину. Государственная система, когда социальные вопросы решались силой и ссылкой в Сибирь, еще не исчезла из менталитета русских лидеров. И насильственная смерть царской семьи не прекратила это трагическое действо. Деятельность великой Екатерины II была чудесным исключением среди вялой и безрезультативной работы ее предшественников. И тень Петра I перестала защищать Святую Русь, когда красный флаг Советов начал победно развеваться над телами стольких невинных! Первая революция стала началом краха империи, Петербург изменил свое название на Петроград, а позже слог «Петр» был преобразован на «Ленин».
Глава ХХ. Катастрофа и трагикомедия
В такой тревожной атмосфере прошел весь сезон, который запомнился еще двумя эпизодами. Первый случился в Киеве, в один из вечеров спектакля. На улице царило революционное волнение, и ко мне пришел в гримерку начальник полиции. Он сказал, что вокруг театра собралась огромная толпа и, когда я буду возвращаться из театра, это может представлять для меня большую опасность. Он предложил, чтобы эскадрон казаков на лошадях сопроводил мою карету до гостиницы. И я согласилась. Не могу сейчас без ужаса вспоминать, как лошади врезались в толпу людей, сбивали и калечили их. Эскадрон мчался галопом, ни на кого не обращая внимания на своем пути, а я видела из окна своего экипажа избитых людей, виновных лишь в том, что хотели поближе посмотреть на артистов. Меня мучила мысль, что из-за меня многие семьи будут оплакивать своих близких в этот вечер, и я проклинала свое молчаливое согласие с предложением начальника полиции.