Всего за 649 руб. Купить полную версию
Что это? спросил Проректор.
Аврора Бореалис.
Отличная фотограмма, заметил Пальмеровский Профессор. Одна из лучших на моей памяти.
Извините мое невежество, послышался дрожащий голос старика Регента, но если я и знал когда-нибудь, что такое Аврора, то забыл. Не то ли, что называется Северным Сиянием?
Да. У этого много названий. Это потоки заряженных солнечных частиц исключительной плотности и силы, сами по себе невидимые, но вызывающие свечение, когда они взаимодействуют с атмосферой. Если бы было время, мне бы окрасили снимок, чтобы вы могли увидеть цвета: бледно-зеленые и розовые по большей части, с малиновым отливом по нижней кромке этого светящегося занавеса. Снимок сделан на обычной эмульсии. Теперь посмотрите на снимок, сделанный на специальной эмульсии.
Он вынул слайд. Лира услышала тихий голос Магистра:
Если он потребует голосования, мы можем сослаться на статью о пребывании. Из последних пятидесяти двух недель он отсутствовал в Колледже тридцать.
Он уже привлек на свою сторону Капеллана, вполголоса отозвался Библиотекарь.
Лорд Азриэл вставил в рамку фонаря новый слайд. На нем был тот же ландшафт. Но, как и в предыдущем случае, многие детали, видимые при обычном свете, здесь выглядели гораздо тусклее в том числе светящаяся завеса в небе.
Но посреди Авроры, высоко над сумрачной равниной, Лира различила что-то плотное. Она припала к щелке, чтобы разглядеть получше, и увидела, что Ученые тоже вытянули шеи. Когда она присмотрелась к картине, ее охватило изумление. В небе обозначился силуэт города: в воздухе висели башни, купола, стены дома и улицы. Она чуть не вскрикнула от удивления.
Кассингтоновский Ученый сказал:
Это похоже на город.
Совершенно верно, сказал лорд Азриэл.
Город иного мира, надо полагать? презрительно осведомился Декан.
Лорд Азриэл оставил его слова без внимания.
Среди Ученых пробежал шумок словно всю жизнь они писали трактаты о существовании единорогов, которых никогда не видели, а тут им привели живой, только что пойманный экземпляр.
Теория Барнарда Стокса? сказал Пальмеровский Профессор.
Это я и хочу выяснить, ответил лорд Азриэл.
Он стоял сбоку от экрана. Лира видела, как его темные глаза перебегают по лицам Ученых, а рядом с ним светились зеленым глаза его деймона. Вся почтенная аудитория подалась вперед, вглядываясь в снимок Авроры, только Магистр и Библиотекарь сидели, откинувшись в креслах и почти соприкасаясь головами.
Первым заговорил Капеллан:
Лорд Азриэл, вы сказали, что хотели выяснить судьбу экспедиции Груммана. Доктор Грумман тоже изучал это явление?
Полагаю, да, и полагаю, что он успел многое узнать. Но не сможет рассказать нам об этом, потому что он погиб.
Не может быть! вырвалось у Капеллана.
Боюсь, что так, и у меня есть доказательство.
Снова по Комнате Отдыха пронесся взволнованный шумок; по указанию лорда Азриэла двое или трое Ученых помоложе вынесли вперед деревянный ящик. Лорд Азриэл вынул последний слайд, но фонаря не погасил и, наклонившись в круге резкого света, стал вскрывать ящик. Магистр поднялся, чтобы видеть его, и загородил от Лиры происходящее. Дядя сказал:
Если помните, экспедиция Груммана пропала восемнадцать месяцев назад. Германская Академия отправила его на Север к магнитному полюсу, с тем чтобы он провел там астрономические наблюдения. В ходе экспедиции он наблюдал это любопытное явление, которое мы сейчас видели. Затем он исчез. Предполагалось, что произошел несчастный случай и тело его все месяцы лежало в расселине. На самом деле несчастного случая не было.
Что у вас там? спросил Декан. Это вакуумный контейнер?
Лорд Азриэл не торопился с ответом. Лира услышала щелчки металлических зажимов и шипение воздуха, ворвавшегося в сосуд; потом все стихло. Но тишина длилась недолго. Через несколько секунд Лира услышала смущенный гомон, потом крики ужаса, негодующие и испуганные голоса.
Но что
нечеловеческая
это было
что с ней сделали?
Все перекрыл голос Магистра:
Лорд Азриэл, объясните же, что это у вас?
Это голова Станислауса Груммана, объявил лорд Азриэл.
Среди общего гомона Лира расслышала спотыкающиеся шаги человека, бросившегося к двери, и его горестное бормотание. Но ей ничего не было видно.
Я нашел его тело, сохранившееся во льду близ Свальбарда. Голову так обработали убийцы. Но обратите внимание на характер скальпирования. Думаю, он вам знаком, Проректор.
Голос старика был тверд:
Я видел, как это делают тартары. Такой метод распространен среди аборигенов Сибири и Тунгуски. Оттуда он распространился на земли скрелингов, но, насколько я понимаю, в Новой Дании он запрещен. Можно мне разглядеть поближе, лорд Азриэл?
После короткого молчания он снова заговорил:
Зрение у меня неважное, а лед грязен, но кажется мне, на макушке отверстие. Верно?
Да.
Трепанация?
Вот именно.
Снова взволнованный гомон. Магистр отодвинулся, и Лире стал виден ящик. В луче проекционного фонаря старик Проректор держал перед своими глазами тяжелый ледяной куб, и Лира разглядела предмет внутри: окровавленный кусок, в котором трудно было узнать человеческую голову. Пантелеймон порхал вокруг, его отчаяние передавалось Лире.
Тихо, шепнула она. Слушай.
Доктор Грумман когда-то был Ученым нашего Колледжа, с жаром сказал Декан.
Попасть в руки тартар
Но на дальнем Севере?
Вероятно, они проникли дальше, чем мы полагали!
Я не ослышался вы сказали, что нашли его близ Свальбарда? сказал Декан.
Совершенно верно.
Надо ли понимать так, что тут не обошлось без панцербьёрнов?
Для Лиры слово было неизвестное, но Ученые его явно знали.
Невозможно, возразил Кассингтоновский Ученый. Такого за ними не водится.
Значит, вы не знаете Йофура Ракнисона, сказал Пальмеровский Профессор, несколько раз участвовавший в арктических экспедициях. Меня нисколько не удивит, если он перенял у тартар обычай скальпировать людей.
Лира перевела взгляд на дядю, который наблюдал за учеными с насмешливым блеском в глазах и не вмешивался.
Кто такой Йофур Ракнисон? послышался чей-то голос.
Король Свальбарда, ответил Пальмеровский Профессор. Да, он панцербьёрн. Узурпатор в некотором роде; хитростью пробрался на трон, насколько я знаю; но личность сильная и отнюдь не дурак, несмотря на все свои нелепые выходки. Построил дворец из привозного мрамора основал, как он считает, университет
Для кого? Для медведей? спросил кто-то, и все засмеялись.
А Пальмеровский Профессор продолжал:
И уверяю вас, Йофур Ракнисон способен поступить так с Грумманом. В то же время, если найти к нему подход, он может вести себя по-другому.
И вы знаете, как найти, да, Трелони? насмешливо осведомился Декан.
Да, знаю. Известно вам, чего он хочет больше всего на свете? Даже больше, чем почетной степени? Он хочет деймона! Придумайте, как дать ему деймона, и он все для вас сделает.
Ученые от души рассмеялись.
Лира слушала с недоумением: в словах Пальмеровского Профессора не было никакого смысла. Кроме того, ей хотелось поскорее услышать о скальпировании, о Северном Сиянии и об этой таинственной Пыли. Но, к ее разочарованию, лорд Азриэл кончил показывать свои образцы и снимки, и вскоре ученая беседа перешла в препирательства: давать ему или нет деньги на новую экспедицию. Сыпались доводы за и против, и у Лиры стали слипаться глаза. В конце концов она уснула, и Пантелеймон свернулся вокруг ее шеи спать он предпочитал в виде горностая.
* * *
Кто-то потряс ее за плечо, и она, вздрогнув, проснулась.
Тихо, сказал дядя. Дверь гардероба была открыта, и он присел над ней темная фигура на фоне освещенной комнаты. Все разошлись, но кое-кто из слуг еще поблизости. Иди к себе в спальню и, смотри, никому об этом ни слова.