Всего за 49.9 руб. Купить полную версию
Я тебе и отписал.
Ты был уверен, что я при приду? (чуть не вырвалось «прибегу».)
Нет. То есть сначала я ждал, а потом уже нет. Забыл. И тебя. И родителей. Я остался один на один со своей бедой. Я понял, что никому не нужен в этом мире, Тимофей осёкся. Она по-прежнему не смотрела на него. А изучала заиндевевший угол звезды третьей ели, самой стройной, самой молоденькой. Вообще смешно: сугробы на еловых лапах, из-под них уголки игрушек.
Там не страшно, добавил Тимофей, он тоже смотрел наверх, на тот искрящейся в холодном зимнем солнце яркий угол звезды-игрушки. Там холодно.
Больше они никогда не говорили и не вспоминали тот случай. Тимофей никуда не ушёл их команды. До восемнадцати откатался в резерве, как все, получил свой никому ненужный первый взрослый, лишился ещё зуба, перенёс операцию на мениске стандартный набор травм к восемнадцати годам.
Инесса сидела с Тимофеем до конца школы, они привычно гуляли после тренировок, дарили друг другу подарки на дни рождения и на Новый год. Тимофей всегда извинялся, что не дарит цветы, оправдывался, что срезанные цветы похожи на разлагающиеся трупы другими словами, но смысл был такой. Вообще Тимофей любил пафос. До сих пор её выбешивало «я никому не нужен в этом мире». Да кто кому нужен-то? Да никто никому. Но все общаются, держатся друг за друга, живут. Тимофей до самой смерти всегда её поддерживал мемасиками. Пафос и смешные клише его беда, так сказала русичка. Они были всегда на связи с Тимкой. Он ей перестал писать как раз с с осени, а она и не заметила, ну то есть решила, что он занят. Она вообще не знала, в каком он городе. Она-то всё про себя рассказывала. Про маму, про мастерскую, про заказчиков, он нет. Инесса не удивлялась. У богатых свои причуды, мамины заказчики тоже как правило молчаливы.
Смерть Тимофея оставалась не до конца понятной и спустя год, и два, и три. Его нашли повешенным в доме, то есть вторая его попытка, если так можно выразиться, если это не глумление, удалась на славу. Больше всех о причинах ухода знал Корней, но он не особо распространялся. Точно было известно, что на Тимофея было заведено уголовное дело и что он промышлял мошенничеством ставками на спорт, и причиной кризиса послужило возбуждение дела. После школы никуда он не поступил, всё он врал насчёт универа, что живёт в столице и загружен учёбой, жил где-то в Шайбе и вроде бы неподалёку от Инессы. Теперь понятно, почему он никогда не включал геолокацию. А она-то ещё комплексовала, чувствовала себя вторым сортом все где-то учатся, но она всё привыкла делать добросовестно, юлить на экзаменах, как Лиза, она не сумеет. Она так и писала Тимке тем последним его летом, и кажется на выпускном тоже говорила, но на выпускном они изрядно наклюкались и единственный раз поцеловались.
Зачем он так? Зачем? Если бы он сказал правду, она бы перестала переживать по поводу того, что не учится как все и чаще бы ему писала.
Глава вторая.
Пять дней после смерти Тимофея
Справлять Новый год в мастерской у Инессы давно стало традицией. Три прошлых года они справляли шумной компанией из класса: Лиза, Стася, Тимка и другие мальчишки с хоккея, ну и Лизин дебил, их одноклассник. В этот раз Инесса не позвала никого, кроме Корнея и Стаси. Она обиделась, что Тимку никто не пришёл проводить в последний путь. Лиза не пришла, потому что её не было в городе, а ребята знакомые, может, и были в городе-то. Стася написала в беседу, но никто не отозвался полный игнор, не считая плачущих эмодзи Инесса заскринила на память. Корней не стал писать в хоккейную группу, наверное решил не портить людям настроение перед праздниками. На хоккее никто и не знал наверное, там таких тимофеев, которые завершили, воз и маленькая тележка, там не до того: все порвать друг друга готовы за место в команде, за шанс проявить себя. Правильно Стася говорит: закончили школу (хоккей) и всем на всё по фиг. Все предатели.
Я вообще не при делах. оправдывался Корней в ответ на Инессины предъявы. Ты была его девушкой, могла бы сама пост разместить.
Мне не даётся литература. У меня ЕГЭ на сорок семь.
У меня на шестьдесят восемь, и что? Причём тут это?
При всём, огрызнулась Инесса. Она бы никогда не смогла разместить в соцсетях некролог, как это делают другие
Мы вообще эн-гэ будем встречать? Или будет поминальная молитва вместо праздника, отмахивался Корней от вопросов Стаси о подробностях.
Поминальная молитва будет, кажется Инессе одной жалко Тимку, а всем остальным на его смерть фиолетово. Он мне ничего не писал про дело и подписку о невыезде.
Но Корней обезоруживающе улыбнулся и стал заговаривать зубы.
Инесса горевала, но в общем и целом за три дня вполне пришла в себя. Пихту, купленную мамой, она наряжала с трепетом, почти все ёлочные игрушки дарил ей Тимофей. И пусть это китайские небьющиеся «дешёвки», «китайское барахло», пусть! Зато они Тимофеевы, память это. Инесса решила: когда Стася и Корней уйдут, она снимет Тимофеев небьющийся ширпотреб и уберёт в самую красивую подарочную коробку. В этой коробке лежит ещё один предмет, реликвия можно теперь так сказать. Как-то Тимка заходил к ней в мастерскую. Он высокий, Тимка. На кухне висят тарелки, керамика расписная: маме тарелки дарят мама вешает. Тимка задел одну из тарелок, как-то так вышло. Она слетела с гвоздика и шмякнулась раскололась почти пополам, зигзаг скола напоминал молнию.
Не переживай, ничего страшного. Просто мы невысокие, вот и повесили низко, стала уверять Тимку Инесса, панически шевеля извилинами, что теперь сказать маме про Тимку Инесса не собиралась говорить, про его визит.
Можно я возьму половинку себе, на память?
Возьми, конечно.
Я читал книгу, роман. Там был расколот медальон, и брат с сестрой узнали его по половинкам, приложили вот он целый, так и узнали друг друга спустя много лет. Я дома на стену повешу половинку и буду тебя вспоминать. И ты не выбрасывай пожалуйста. Обещаешь? Станем взрослыми и соединим наши части. Вечно-то Тимка разговаривал намёками, вечно этот ненужный претящий её пафос.
Замётано, улыбнулась Инесса, повторяя слова мамы. Тревожность как рукой сняло.
Теперь Инесса жалеет, что тогда они не поцеловались. А она так хотела, просто постеснялась. И Тимка постеснялся. Они бы поцеловались, если бы не тарелка. Она сбила все планы. Так жаль Ничего не вернуть. Прошла пора Тимкиных подарков. Прошёл пьяный выпускной самое счастливое событие Инессиной жизни. Она была неотразима на выпускном. Мама сшила им с Лизой платья. Даже Лиза похорошела на этом вечере. Ей каждый об этом сказал. Инессе никто не говорил, как она выглядит, просто вручили корону королевы балла. Корней тогда был в армии, и корону Инессе вручил его заместитель Вано. Инесса даже не сильно ненавидела противного Вано в тот день, даже улыбалась, когда он нахлобучивал ей на голову неуклюжую диадему
Инесса завернёт каждый шарик в кальку, будто они с ручной росписью, проложит ряды хлорофайбером, будто игрушки хрупкие, стеклянные, ну и таблеток от моли по привычке насыплет. Они с мамой моли боятся, как огня, не нужны паразиты в памятных подарках, в самых дорогих сердцу подарках. Как же с Тимкой было легко, как он радовал её, как она принимала за должное все его весёлые стишки, стыренные из интернета, к хорошему быстро привыкаешь, думаешь так будет всегда, и вот тебе пожалуйста. Никого не хочется видеть, но и одной быть невыносимо. Мама ушла справлять Новый год к Галине Мурмановне, соседке и по совместительству их бухгалтеру. Инесса позвала тех, кто разделит с ней горе Надо встретить Новый год несмотря ни на что, только загадывать ничего не хочется.