Всего за 379 руб. Купить полную версию
Мне бы хотелось быть смелым и отважным как настоящий агент, но должен признаться, что сейчас очень боюсь. Если честно, жить мне хочется гораздо больше, чем быть агентом. Всё равно это не моя идея. Будь моя воля, я бы сейчас мирно сидел в школе и продолжал зубрить геометрию. Да хоть географию или что угодно на «г»: грамматику, геодезию, гимнастику, г
Генри, всё хорошо? Хильда пожимает мне руку.
Я таращусь на неё:
А что?
Да ты бормочешь что-то невразумительное.
Это что, шутка? я визгливо смеюсь. Мы сейчас если ты ещё не заметила падаем в реку. Поэтому нет, ничего хорошего!
Вместо ответа Хильда продолжает улыбаясь сжимать мою руку. Должен признаться, это действует успокаивающе.
Ещё один взгляд в иллюминатор и я уже различаю отдельные деревья на берегу. Река несётся нам навстречу ШАРАХ! Мы жёстко приземляемся на водную поверхность, слева и справа от «Ксертона» высокими арками вздымаются брызги. На огромной скорости мы скользим по воде прямо на какой-то мост. Дорогой бог, если ты есть, сделай, пожалуйста, так, чтобы мы прошли под ним! И кстати, старина Вотан, старший над всеми богами, ты тоже мог бы нам немного подсобить!
ФРРРРКРРРРСТОППП! Мы действительно задеваем опору моста, но, словно по волшебству, это лишь тормозит «Ксертон», и дальше он плывёт медленно. Уф-ф-ф! Вытерев со лба пот, я перевожу дыхание.
В салон широким шагом входит Зигфрид:
Ну, что скажете? Посадка на пять с плюсом, да?
Госпожа Урдман сухо откашливается:
Скажем так, мой мальчик: все твои пассажиры в добром здравии, а это уже кое-что.
«В добром здравии» понятие относительное, уточняю я. Мне доводилось при посадке чувствовать себя и получше.
Зигфрид топает ко мне и становится рядом:
Ты, клоун, будешь уверять меня, что я никудышный пилот?! Он пыхтит прямо мне в лицо, и я замечаю, что буквально съёживаюсь на сиденье. Ещё как съёживаюсь.
Э-э-э ну, в общем, я хотел просто
Ты вообще в курсе, как трудно посадить на воду такое корыто?
Да я же только
Дорогой Генри, у меня были самые крутые наставники из всех, каких ты можешь себе представить. После того как Локи усовершенствовал «Ксертон», чтобы он мог трансформироваться в самолёт, я получил самое серьёзное образование, какое только можно получить в лётном деле.
Да-да, я же только хотел
Лилиенталь, Линдберг, Рихтхофен[15]
И в первую очередь Байнгорн[16], дополняет Хильда. Ума не приложу, почему это имя ты постоянно забываешь. А ведь Байнгорн дала тебе больше, чем все остальные. Она усмехается. На самом деле всему, что Зигфрид умеет как пилот, он научился у Элли. Со всеми парнями он в основном трепался об их подвигах, о суперских машинах, самых опасных полётах и обо всём таком прочем. Дальше этого дело как-то не шло. В конце концов Локи так разозлился, что подрядил Элли Байнгорн. Тут всё наладилось, и Элли действительно преподала Зигфриду много тонкостей лётного дела.
Ну да, мнётся Зигфрид.
Что, разве нет? уточняет Хильда.
Да-да, бормочет Зигфрид, но больше ничего не говорит.
А что не так с Байнгорн? любопытствую я. Должен признаться, имя ни о чём мне не говорит, но это ничего и не значит я не особо интересовался героями воздухоплавания.
Очень просто, просвещает меня Хильда. Элли Байнгорн, полное имя Элли Мария Фрида Байнгорн женщина. И конечно же, не вписывается в картину мира моего дражайшего племянника: «Женщина за рулём, что обезьяна с гранатой». Как бы не так! На самом деле Элли была одним из лучших пилотов своего времени. Она выполняла фигуры высшего пилотажа, совершила кругосветный перелёт, была смелой, ловкой и невероятно тонко чувствовала свои самолёты. Но прежде всего она обладала упорством, что очень пригодилось ей при обучении Зигфрида. Честно говоря, прирождённым талантом к управлению штурвалом он не отличался.
Ладно-ладно, Зигфрид, как бы сдаваясь, поднимает руки. Да, Элли была отличной учительницей. Да, я многому у неё научился. И да с Линдбергом и прочей компанией дело и правда шло не очень. Но то, что ты опять поднимаешь шум на тему «женщины люди высшего сорта» тут, по-моему, ты сильно преувеличиваешь.
Хильда вскидывает брови:
Слушай, а кто начал? Кто тут изображал, будто тренировался только с мужчинами? Позволь тебе напомнить, что с Линдбергом вы расколошматили первый «Ксертон», не преодолев даже первых метров взлётной полосы. А что было с Лилиенталем? Хоть на метр ты с ним от земли оторвался? И
Эй, хватит уже! взвивается Зигфрид. Вечно ты со своим занудством! Не забывай, что
Я откашливаюсь. Громко и внятно.
Я бы предложил тему полётов закрыть, а вместо этого сконцентрироваться на предстоящей задаче: спасении золота нибелунгов в Париже!
Зигфрид и Хильда, прекратив перебранку, на секунду застывают, а затем оба кивают, что, надеюсь, означает «Ясное дело вперёд на Париж!». Правда, я задаюсь вопросом, действительно ли мы уже на месте, потому что, выглянув в иллюминатор, вижу очень много зелени и никакого большого города. Крайне странно!
А мы правда скоро приедем? А то из окна никакого города-миллионника и близко не видать, осторожно осведомляюсь я у Хильды. Признаю, что в Европе ориентируюсь плохо, но не очень хочется выглядеть идиотом янки.
Да-да, почти приехали. Я же тебе уже объясняла, что мы не могли так вот запросто приземлиться в аэропорту Шарль-де-Голль. Поэтому и трюхаем себе незаметненько по Сене в центр города. Просто опустим мачту, и «Ксертон» сразу будет выглядеть самым обычным катером. В Париже мы пришвартуемся у пристани в каком-нибудь из каналов и встретимся там с дАртаньяном. Понял?
Так точно, капитан!
Сдаётся мне, это подходящий ответ на борту секретного командного поста.
Глава 7. Добро пожаловать в Париж!
Bonjour à Paris![17] тепло, если не восторженно, приветствует нас дАртаньян после того, как мы пришвартовали «Ксертон» за большим прогулочным корабликом в центре Парижа. Он действительно уже не молод, но, несмотря на это, кажется, в великолепной физической форме: стройный и мускулистый, с лёгким загаром, одет в джинсы и футболку. Только волосы у него такие же, как в фильме про трёх мушкетёров: локоны до плеч, усы и бородка.
Хотя такие причёски я видел и в Сан-Франциско. В «Старбаксе» можно встретить много молодых людей похожей внешности. Видимо, они считают это модным. Папа всякий раз со смеху покатывается, когда нам попадаются эти, как он их называет, хипстеры.
«Как думаешь, Смарт-младший, стоит мне такую бороду отрастить? спрашивает он. Может, тогда в меня сплошь и рядом будут влюбляться феерические женщины?»
Он говорит громко, и мне жутко стыдно, особенно если поблизости есть какие-нибудь женщины и они как-то странно на нас смотрят. Думаю, для того чтобы они в папу влюблялись, ему не нужно никакой бороды. Но это уже совсем другая история.
Вы всё подготовили? спускаясь по трапу, допытывается Хильда у дАртаньяна.
Тот кивает:
Oui. Идёмте со мной в Ambassade, там уже всё готово.
Ambassade? переспрашиваю я.
Ambassade de Gascogne, то есть «Посольство Гаскони» так называется мой винный бар. Знаешь, я ведь родом из Гаскони, поэтому и заведение своё так назвал. Там продаётся вино и можно перекусить. Как место встречи в Париже просто идеально. Абсолютно не бросается в глаза.
Да, точно так же поступил и мой отец с «Папиной пиццей», подтверждает Хильда. Никто не подозревает, что там Ксертон все видят просто пиццерию.
Ксертон в Байройте и правда выглядит самым обычным ресторанчиком, пиццерией. Не закажи я там по недоразумению пиццу никогда бы и не стал членом агентурной сети Вотана. Может, и дАртаньян вербует новых агентов, продавая им бутылку вина?
Bon. Отсюда до «Посольства» пешком дойдём, так что on y va![18] Вперёд!
По пути к ресторанчику дАртаньяна мы проходим мимо сооружения, напоминающего древнегреческий или древнеримский храм: портик с массивными колоннами, огромная коробка основного здания с насаженным сверху треугольником крыши. Очень странно! Что это может быть?