Всего за 499 руб. Купить полную версию
И сам тоже хочет пощекотать ей брюшко?
Заметь, это ты сказал, а не я.
Несса, вытянув шею, посмотрела через зал на подругу, которая, видимо позабыв обо всем, нежно поглаживала щеку Макрона, а потом повернулась к Катону и тихонько, как будто влюбленная парочка могла ее услыхать, прошептала:
Ты только не болтай никому, но кое-кто поговаривает, что Празутаг вообще от нее без ума. Весной он намерен сопроводить нас обеих в родные края. И я совершенно не удивлюсь, если он, пользуясь случаем, попросит отца Боадики выдать ее за него.
И тот отдаст ее?
С большой радостью.
А как сама она к этому отнесется?
О, она, разумеется, согласится.
Вот как? Но почему?
Не каждый день девушке предлагает руку будущий правитель икенов.
Катон, помедлив, кивнул. Боадика, как очень многие из встречавшихся ему женщин, видимо, ставила положение в обществе выше каких-то там чувств. Макрону он в любом случае решил ничего не говорить. Какой бы Боадика ни сделала выбор, это ее личное дело, пусть сама с ним и разбирается. Хотя, конечно, история темная.
Жаль. Она заслуживает лучшего.
Конечно заслуживает. Вот почему она и крутит с твоим командиром. Пусть хоть поразвлечется, пока есть возможность. Вряд ли дикарь-муженек даст ей много свободы.
Позади них вдруг послышался грохот, и Катон, обернувшись, увидел, что в пивную через распахнутую мощным пинком дверь протискивается гороподобный гигант. Когда нежданный гость неловко выпрямился, его голова коснулась свисавших с потолка клочьев соломы. Сердито выругавшись на родном языке, верзила пригнулся и шагнул вперед, чтобы опять, уже без помех, выпрямиться и оглядеться по сторонам. При своем невиданном росте он был невероятно широк в плечах, руки его, обнаженные до локтей, сплошь поросли жесткими волосами. Катон непроизвольно сглотнул, мигом, хотя и без радости, догадавшись, кого это принесло.
Глава 3
O боги! Несса вздрогнула. Ну, теперь нам достанется.
Когда Празутаг принялся сердито оглядывать зал, разговоры, как по команде, умолкли. Все выпивохи замерли, старательно пряча глаза и в то же время боковым зрением прилежно следя за каждым движением разгневанного гиганта. Тот пока не мог видеть Боадику с Макроном, так как те сидели у него за спиной. Катон приметил, как Боадика резким тычком пальца велела Макрону лезть под скамью, но центурион отрицательно помотал головой. Она опять ткнула пальцем в пол, но Макрон заупрямился, и дело кончилось тем, что девушка, торопливо допив свою кружку, нырнула под лавку сама. При этом она задела стол, и тот зашатался. Одна из кружек свалилась на пол и раскололась.
Празутаг выхватил из-под плаща кинжал и развернулся, готовый сразить любого врага, подкравшегося к нему сзади. Макрон уже стоял на ногах. Могучий икен быстрым взглядом оценил стать коренастого римлянина и внезапно расхохотался.
Эй, дубина, над чем ты смеешься? рявкнул Макрон.
Несса сжала руку Катона и ахнула:
Твой друг глупец!
Нет, прошептал Катон. Глупец ваш родич. Лучше бы ему поостеречься. Злить Макрона не стоит.
Празутаг тяжело похлопал центуриона по плечу и пробурчал на своем языке что-то примирительное. Нож исчез под плащом.
Убери лапы! проворчал Макрон. Ты, спору нет, паренек здоровенный, но мне случалось потрошить и ублюдков покрепче.
Воин оставил его слова без внимания и повернулся к другим столам, возобновив поиск своевольных беглянок. Несса, вскочившая от волнения с табурета и напрочь забывшая о какой-либо осторожности, быстро втянула голову в плечи, но это мало чему помогло.
А-а-а! взревел гигант и пошел сквозь толпу, грубо расталкивая всех, кто мешал ему двигаться к цели. Несса!
В ту же секунду, не успев даже испугаться, Катон прыгнул вперед и загородил собой девушку.
Оставь ее в покое! выкрикнул он, однако голос его предательски дрогнул. До него вдруг дошло, чем чреват этот шаг.
Празутаг без малейшей заминки отшвырнул его в сторону, схватил Нессу за плечи и, как она и предсказывала, принялся во всю глотку орать на нее. Далеко отлетевший, но все же сумевший устоять на ногах Катон бросился к бритту. Тот даже не шелохнулся. Через мгновение огромный кулак встретился с головой Катона. Последовала белая вспышка, и свет померк.
Макрон, утробно рыча, стал проталкиваться к очагу. Боадика, выбравшись из-под лавки, кинулась следом:
Макрон! Стой! Он убьет тебя!
Пусть попробует.
Остановись! Прошу тебя!
Она повисла у него на плечах.
Отпусти меня, женщина!
Макрон, ну пожалуйста!
Празутаг, заслышавший за спиной какую-то возню, замер, перестал трясти Нессу, потом бросил взгляд через плечо и, развернув свой массивный корпус навстречу центуриону, разразился яростным монологом. Макрон ничего в этой варварской тарабарщине не понимал, но зато хорошо понимал, что для схватки с таким громилой лучше чем-нибудь вооружиться. Римлянин огляделся по сторонам, ища предмет, который помог бы ему в какой-то степени уравнять шансы, но в тот самый миг, когда он подхватывал с пола чью-то дубинку, его сшибли с ног, огрев по затылку разлетевшимся вдребезги глиняным кувшином. Причем удар нанес вовсе не бритт, а вконец разозлившаяся Боадика. Ошеломленный и растерянный, Макрон с трудом приподнялся на четвереньки.
Не вставай! прошипела Боадика. Не высовывайся и помалкивай, пока хуже не стало!
С этими словами она сама, гневно пофыркивая и сверкая глазами, бросилась к разъяренному великану. Тот все еще что-то орал, размахивая огромными ручищами, но девушка, привстав на цыпочки, с ходу осыпала его градом хлестких увесистых оплеух и не останавливалась до тех пор, пока он не притих.
Нет, Боадика! запротестовал Празутаг. Нет!
Девушка снова ударила его и, вскинув стиснутый кулачок, замерла, словно веля гиганту заткнуться. Ее глаза выжидательно полыхали, но великан, крепко сжав зубы, не издал больше ни звука. Завсегдатаи кабачка, забыв о выпивке, молча ждали, чем разрешится конфликт между могучим гороподобным воителем и худощавой бесстрашной икенкой. Наконец Боадика опустила руку. Празутаг кивнул и тихонько заговорил с ней, робкими, едва заметными кивками указывая на дверь. Боадика подозвала Нессу, и обе девушки вышли на улицу. Празутаг сердитым взглядом обвел зрителей, проверяя, нет ли среди них любителей посмеяться, потом пнул распростертое тело Катона и поспешил прочь из кабака, видимо сообразив, что его подопечные опять могут скрыться.
Лишь после того, как стало ясно, что гигант уже не вернется, и разговоры за столиками возобновились, пожилой галл кивнул вышибале. Тот направился к двери, закрыл ее, а потом словно бы невзначай подошел к Макрону:
Ты в порядке, приятель?
Бывало получше. Макрон потер голову и поморщился. Вот дерьмо! Больно.
Неудивительно. Женщина у тебя еще та.
О, это да!
Можешь считать, она спасла твою шкуру. И того парня тоже.
Катон!
Макрон повернулся к оптиону, который, приподнявшись на локте, тряс головой.
Ты как, жив?
Не уверен, командир. Такое впечатление, будто на меня обрушился дом.
Ты недалек от истины! хохотнул вышибала. У этого Празутага рука тяжеленная.
Катон поднял глаза:
Это чистая правда.
Галл помог юноше встать, отряхнул солому с его туники.
А теперь, если вы, ребята, не против, я бы хотел, чтобы вы оба покинули заведение.
Это еще почему? хмуро спросил Макрон.
Да потому, что вы меня уже достали, вскипел вышибала, но тут же смягчился: Задирать местных последнее дело, особенно если те под хмельком. Мне даже думать не хочется, что станется с этим заведением, если Празутаг вернется сюда с парой-тройкой приятелей и увидит, что вы еще здесь.
Ты думаешь, он вернется? нервно оглядываясь на дверь, спросил Катон.