Всего за 0.01 руб. Купить полную версию
– Кажется, мне пора ненадолго лечь в дрейф, штурвал мне вместо пиццы, – решил Жиробас однажды утром и, исключительно для поправки здоровья, причалил к гостеприимным берегам Испании, где провёл три недели, и с такой пользой, что когда он поднимался обратно на борт, под ним треснул трап.
– Курс на Америку, касатку мне в шлюпку! – приказал он и корабль взял курс на запад.
Чтобы не терять время в пути, Жиробас вновь начал худеть, благо, что он успел приобрести у одного испанца изумительную мазь, слегка пахнущую конским навозом, которой он обмазывался с ног до головы, а затем разгуливал голышом по палубе, так как свежий ветер, по заверениям испанца, усиливал действие лекарства.
На шестой день у Жиробаса окончательно выпали все оставшиеся волосы, и появилась сыпь, так что ему пришлось отказаться от мази, и вновь надеть на себя пояс из шерсти, и допить остатки барсучьего жира и скипидара.
– Ничего, проглоти меня моллюск, – гремел капитан. – Я всем докажу, что можно легко похудеть, ни в чём себе не отказывая, пятьсот сосисок мне на шею!
Жиробас обплыл обе Америки и испробовал множество новых способов для похудания, в том числе он глотал янтарь, пил желчь ягуара, жевал кактусы, обтирался нефтью, нырял в болото, засовывал в штаны крапиву, прикладывался пупком к секвойям, закапывался в песок, вновь ставил клизмы, носил гольфы из перьев и даже сделал себе на спине священную татуировку, но ничего не помогало.
– Мухомор мне вместо груздя, если я что-нибудь понимаю, – не выдержал, наконец, Жиробас. – Когда же я уже похудею, сто макрелей мне в каюту?!
Капитан ощупал свой безразмерный живот и вздохнул:
– Неужели мне и вправду придётся, не есть, три тысячи морских звёзд мне на плечи? Ужас…
Но тут Жиробаса осенило:
– Ананасы мне в кингстоны, мне же нужно в Китай! Вот уж где точно знают толк в снадобьях, разруби меня корсар!
«Обжора» пересёк Тихий океан, ненадолго задержавшись на Гавайях, где Жиробас попробовал какие-то горькие листья, от которых у него глаза полезли на лоб, и в Японии, где капитан испытал на себе бамбуковый массаж, от которого не мог отойти трое суток и стонал точно морж. Наконец, «Обжора» вошёл в Шанхайскую гавань и Жиробас, преисполненный надежд, ступил на берег. Он на редкость быстро нашёл то, что искал и для начала. Старый мудрый китаец пообещал ему полное похудение, но для этого, капитану необходимо было неподвижно пролежать три дня с головы до ног утыканным тонкими иглами. Во время этой пытки, Жиробаса кормили через специальное приспособление, наподобие большой воронки, размалывая все блюда в мелкий фарш, так что капитан даже не понимал, что ему дают. Увы, за два часа до истечения положенного срока, Жиробас чихнул и китаец тут же объявил, что теперь всё напрасно и нужно начинать процедуру сначала.
– Кофемолку тебе в зубы, ни за что! – заорал капитан и сбежал к другому целителю, который использовал горячие ванны.
Когда Жиробас впервые попробовал воду пяткой, то решил, что китаец смеётся над ним, так как огромный медный котёл почти кипел, но тот и не думал шутить:
– Плыгай в воду, Сыробас, – сказал он. – Зиво!
Жиробас прыгнул и тут же с диким воплем выскочил обратно, красный, точно варёный рак. В этот момент китаец облил его из ведра ледяной водой, и капитан упал без чувств. Капитан смутно помнил, что его ещё раз макали в кипяток и окатывали ледяной водой и при первом же удобном случае, он дополз до двери и смылся.
Третий лекарь прописал Жиробасу лечебный бег, а чтобы тот не ленился, бежал следом и как только капитан начинал сбавлять скорость, пребольно стегал его плёткой по ягодицам, так что капитан визжал как поросёнок. На пятом круге Жиробас свернул в сторону, пронзительно взвизгнул в последний раз и сломя голову помчался к следующему «диетологу», который накормил его странными порошками и велел ходить на руках. От порошков Жиробасу сделалось так худо, что он вновь сбежал и от горя так наелся китайской лапши, что едва не треснул.
– Утопи меня в кефире, если я ещё раз отдамся им в руки, – прорычал капитан. – Эти недотёпы ничего не смыслят в похудении, полубак мне вместо носа. Нужно плыть в Индию!
Попробовав по пути сушёных пиявок в Сингапуре и выпив на Шри-Ланке пару галлонов слоновьего пота, измученный Жиробас прибыл в Калькутту, где немедленно попал в лапы йога-гипнотизёра, заставлявшего капитана глотать под гипнозом живых змей, пауков и прочую живность, от которой путешественнику стало настолько дурно, что он три дня ел одно только острейшее карри, в результате чего, ему начало казаться, что он дышит огнём…
Но Жиробас не сдался.
– Бочку дёгтя мне в тарелку, если я не похудею, – воскликнул он, и отплыл в Бомбей, где провёл неделю под чутким надзором одного факира, который скармливал Жиробасу гвозди, проволоку и мелкие монеты, утверждая, что это поможет ему похудеть.
Это и это не помогло и Жиробас, держась за живот, вновь поднялся на свой корабль, и направился в Персидский залив. Там он вкусил солёное вареньем, горький сахаром и отвар из ослиной слюны, но пользы было мало. В припадке отчаянье, Жиробас до отвала наелся халвы и, в полубредовом состоянии, отплыл в открытое море, решив немного прийти в себя.
– Восемнадцать пингвинов мне в ножны, если я не отыщу это чудесное снадобье, что поможет мне мигом сбросить вес, – рычал он, разделываясь с жареным быком фаршированным сосисками, дичью, ветчиной, орехами и инжиром. – 154000 мартышек мне в юнги, я найду это средство!
После двух недель отдыха, уничтожив добрую половину съестных припасов на корабле, Жиробас снова повеселел и велел поворачивать «Обжору» к берегам Африки.
– 734 сырника мне в подзорную трубу, я чувствую, что мне повезёт, – кричал он. – Африка всегда славилась своими колдунами и шаманами, оближи меня гадюка! А если я и там потерплю неудачу, стаю крыс мне под одеяло, то я направлюсь в Скандинавию. Говорят, там творятся настоящие чудеса, лопни моя селезёнка!
С той поры прошло много лет и, хотя самого капитана Жиробаса уже давно нет в живых, немало обжор во всём мире до сих пор продолжают его дело, пытаясь отыскать волшебное снадобье, которое поможет им похудеть, не прекращая при этом объедаться. Что ж, пожелаем им удачи и, как любил говаривать капитан Жиробас, попутного ветра, 100 дельфинов мне в повидло!
Усы и Борода
– Стёпа, сиди смирно, – сказала Варя, придерживая Степашку за хвост и тщательно расчёсывая ему усы и бороду.
Маленький скотч-терьер всячески изворачивался, закатывал глаза, печально вздыхал, но девочка была неумолима и расчёска продолжала подниматься и опускаться, пока усы у Степашки не стали топорщиться как у бравого гренадёра.
– Всё, – сказала Варя. – Беги.
Стёпа пулей промчался по комнате, запрыгнул на диван, где сидел папа, и принялся вытирать морду о покрывало, стремясь вернуть себе первозданный вид. Он елозил по дивану так, будто у него в бороде сидел целый рой пчёл разгневанных, и Степашка спешил поскорее от него избавиться.
– Папочка, – спросила Варя, убирая расчёску и присаживаясь рядом. – А зачем у Степашки борода и усы?
– Борода и усы, – переспросил папа. – Хм-хм… Дайка мне подумать немного… Кажется, я читал что-то касательно этого вопроса, в одном очень научном журнале…
Папа снял очки, безуспешно попытался отобрать свой носовой платок у Счастливчика, потом протёр их о свою рубашку и, водрузив их обратно на нос, хлопнул себя по лбу.
– Ну конечно, – воскликнул он. – Борода и усы! Как я мог забыть! Это же напрямую связанно с очень известной двухсотлетней войной, что разразилась много лет назад меж двух очень больших и очень богатых королевств, так же известной как Война Бород и Усов.
– А почему началась эта война, – полюбопытствовала Варя.