Всего за 259 руб. Купить полную версию
Голоса, доносившиеся из телевизора, как белый шум помогали мне сосредоточиться на чтении. И только спустя добрую четверть книги я снова выпала в реальный мир. Еще секунда ушла на осознание того, что дело в телефоне, который вибрировал у меня в кармане. Я отметила страницу закладкой и вытащила мобильный.
Входящий видеозвонок от Чжэ Ёна. На мгновение я застыла соляным столбом. Хотя Мэл знала о нас, на секунду меня накрыло ощущение, что что-то не так. Встряхнув головой, чтобы избавиться от мерзкого состояния, я встала с дивана.
– Это Чжэ Ён, – ответила я на вопросительный взгляд Мэл и, дождавшись ее кивка, скрылась у себя в комнате.
Дверь закрылась с глухим щелчком. Сев за стол, я нервно пригладила волосы – с утра было не до прихорашиваний, – и нажала «ответить». Всего несколько секунд, и картинка стабилизировалась, но душа у меня ушла в пятки. Я вообще не представляла, как начать этот разговор.
Первым делом мое внимание привлекла прическа Чжэ Ёна. Темно-каштановые пряди беспорядочно лезли ему в глаза, кажется, не мне одной сегодня было не до расчески. В ухе поблескивала серебряная сережка, отражая тусклый свет ламп. Чжэ Ён сидел в студии. На заднем плане виднелся синтезатор, за которым он так часто работал.
Чжэ Ён казался усталым. Таким же вымотанным, как и я. Но это не помешало ему, едва увидев меня, улыбнуться.
– Привет, – негромко поздоровался он.
– Я вчера говорила с Мин Хо, – с ходу взяла я быка за рога. Чжэ Ён тут же перестал улыбаться.
Он потер шею.
– Да, он рассказал мне. Ты мне написала как раз, когда мы обсуждали сложившуюся ситуацию, и… – беспомощно пожав плечами, он покачал головой. – Все были так расстроены после встречи с менеджерами, прости, что не ответил сразу.
Я хотела сказать, что ему не за что извиняться, но он сразу продолжил:
– Что произошло?
– Это я у тебя хочу спросить, – решительно перебила его я. – Что случилось, Чжэ Ён?
Он отвел взгляд.
– Они не воспринимают нас всерьез, – начал он. – На протяжении всего совещания мне казалось, что про себя они смеются над нами. Мы рассказали о своей задумке, а они с улыбочкой отмахнулись.
– Но… не могут же они просто…
– Могут, – оборвал меня Чжэ Ён. – Еще как могут. Нам нечего им предложить. Музыка, которая выходит сейчас, стабильно продается. Зачем что-то менять, если все прекрасно работает?
В его голосе звучала горечь. Мне так отчаянно захотелось его обнять.
– Мы вернулись домой, поговорили. Парни не слишком хорошо восприняли произошедшее… – Он дернул плечом. – Никогда не думал, что однажды нам придется обсуждать такое.
– Что обсуждать?
У него вырвался безрадостный смешок:
– Не стоит ли нам распустить группу.
Ответ оказался таким внезапным и неожиданным, что несколько секунд я просто в изумлении смотрела на Чжэ Ёна.
– Прости, мне послышалось?!
– Я даже не знаю, мы вчера как-то вдруг пришли к этой мысли. – Он скрестил руки на груди и поморщился. Казалось, ему было больно говорить об этом. – Мин Хо психанул и сбежал к себе в комнату. Не виню, мне весь вечер тоже хотелось запереться у себя.
Чжэ Ён сморгнул, избавляясь от накативших воспоминаний:
– Я как раз шел к нему, и тут пришло твое сообщение. Мне хотелось позвонить, но Мин Хо был в ужасном состоянии.
Сердце ныло, я так переживала за всю группу…
Чжэ Ён потерянно провел рукой по лбу, смахнул с лица спутанные пряди.
– Я был в отчаянии, не знал, за что хвататься. Попытался успокоить его, потом набрал тебе. Ни то ни другое успехом не увенчалось. – Он с виноватой улыбкой посмотрел на меня, и мне снова захотелось сказать ему, что он не должен ни за что извиняться. – Мы отложили обсуждение, чтобы после встречи с менеджерами не рубить сгоряча. Мин Хо был совсем никакой. На ночь я остался с ним, в какой-то момент, видимо, заснул, ну и… имеем что имеем.
– Но группа… – осторожно начала я. – Вы не можете расстаться.
– Элла, мы тоже этого не хотим, – тут же перебил он меня до того расстроенным голосом, что я не решилась продолжать.
Чжэ Ён всегда казался таким собранным – полная противоположность мне и хаосу в моей голове. Но сейчас он выглядел настолько потерянно, что это выбивало из колеи.
Я порывалась что-нибудь сказать, но снова и снова молча закрывала рот. Если какие-то слова и могли исправить ситуацию, на ум они не шли.
– Прости, – не поднимая на меня глаз, пробормотал он спустя несколько секунд. – Я позвонил, чтобы спросить, как ты, а вместо этого сорвался на тебя, хотя ты задаешь те же самые вопросы, что задал бы я на твоем месте.
– Ты не должен извиняться, – искренне сказала я. – Думаю, у нас обоих выдалась парочка тяжелых дней.
– И все же. – На его лице отобразилась задумчивость. – Как Мэл оказалась в больнице? Мин Хо упомянул, что ей уже лучше.
Я закрыла лицо руками. Надавила на веки, но даже это не помогло: перед глазами снова промелькнул образ Мэл на больничной койке.
– Да, у нее все хорошо. По крайней мере ей лучше, – немедленно исправила саму себя я. – В больнице ее продержали всего одну ночь: хотели понаблюдать. И так как со слов врача все нормально, на следующий день мы уже поехали домой.
– Что случилось?
Одной рукой я по-прежнему подпирала голову, но другую уронила на колени. Тело вдруг стало таким тяжелым – я удивилась, как вообще ухитрилась утром встать из постели. Чжэ Ён внимательно наблюдал за мной. На его лице явно читалось беспокойство. И только благодаря тому, что вот он, прямо передо мной на экране, спрашивает, как у меня дела, хотя у него самого полно забот, мне стало чуточку легче рассказать о том вечере.
– Ее организму нужен был отдых, и он его получил, – вздохнула я. – По крайней мере, так сказала врач. Мэл потеряла сознание, расшибла голову.
Чжэ Ён сочувственно нахмурился:
– И все при вас?
– Да, мы как раз собирались прибраться. Она весь вечер была ужасно бледная, но, думаешь, хоть кто-нибудь заметил?
– Иногда мы не замечаем ничего, пока не станет слишком поздно. Наверное, твоя сестра тоже не обращала внимания на свое самочувствие.
– Судя по голосу, ты с этим знаком не понаслышке?
– Есть такое. – Чжэ Ён пожал плечами, словно речь о каком-то пустяке. – Мы ведем не самый здоровый образ жизни.
– Да что ты говоришь? – фыркнула я.
Чжэ Ён в ответ на мою насмешку устало улыбнулся:
– Такое легко случается, когда в туре не следишь за своим состоянием. Перепады высот, смена климата, мало сна, джетлаги, выступления… Хён У так однажды плечо повредил, оно у него до сих пор болит.
– Он упал в обморок?
– Да, – ответил Чжэ Ён. – Говорит, когда у него в глазах потемнело, он попытался встать и в итоге неудачно упал, вывихнув плечо.
– Ауч…
Чжэ Ён кивнул:
– И не говори.
А ведь это для него обычные будни. Получил травму и снова в бой. Они не могут иначе и целиком отдают себя музыке, чего бы это им ни стоило. Это достойно восхищения, но вместе с тем делает саму мысль о распаде группы еще более невыносимой.
– Вы и правда собираетесь расстаться?
Стоило мне увидеть, как поморщился Чжэ Ён, сразу же отчаянно захотелось забрать свой вопрос. Но я просто не могла представить, чтобы NXT действительно распалась. Как бы дело ни обернулось. Группа для них слишком много значит.
Судя по вздоху, мысли Чжэ Ёна двигались в том же направлении:
– Ву Сок попросил лейбл организовать завтра вторую встречу. Мы попросту не можем оставить все как есть, но, честно говоря, едва ли это что-то изменит.
– Возможно, они тебя удивят. – Но стоило мне произнести эти слова, как я вспомнила, что в прошлый раз говорила ровно так же.
Слабая улыбка не затронула его глаз. Кажется, он уже почти смирился с ситуацией, и мне ничего так не хотелось, как подбодрить его. Но все слова испарились как раз тогда, когда они так нужны – моя вечная беда.
– Элла? – окликнул меня Чжэ Ён.
Только сейчас я осознала, что молча пялюсь на него. Встрепанные волосы, карие глаза. Небрежно застегнутая белая рубашка, из-под воротника которой то и дело выглядывала серебряная цепочка. Рука будто сама собой немедленно взметнулась к кулону, висящему у меня на шее.