Токарук Мария Андреевна - Сокровище белого офицера стр 6.

– Нет же, всё не так, – начала объяснять Маша и рассказала, как всё было на самом деле. – Простите нас, пожалуйста, мы не имели права копаться в ваших вещах. Вы к нам так добры!.. Это случайно вышло, извините!

В общем, все исповедались и простили друг друга.

Только Анна Борисовна вздыхала:

– Эх, старый молчун, ничего мне не говорил!

– А где она сейчас-то, эта записка? Саша уже забрал? – спросила Оля.

Старик снова погрустнел.

– А кто её знает, где она. Не было там уже ничего. Зря только фигурку украл, – махнул рукой Виктор Григорьевич.

– Вы не украли, не наговаривайте на себя! – воскликнула Маша. – Кстати, кто-то из нас может хоть сегодня пойти к тёте Лене и подбросить фигурку.

– Нет-нет, – возразил дед Витя, – так неправильно. Я должать сам пойти, вернуть и всё рассказать.

– Нет! – на этот раз воскликнула Оля. – Нет, сейчас нельзя. Вдруг дело здесь в чём-то серьёзном? К тому же записка пропала… Ваш внук сказал, что об этом лучше никому не знать, может, так оно и есть? Тем более, вы говорите, Саша был напуган! Нет, сейчас точно ничего нельзя рассказывать, мы же не хотим навлечь ни на кого беду! – отрезала Оля. И добавила уже мягче. – Давайте сделаем так, как предложила Маша, хорошо?

Виктор Григорьевич кивнул.

– Но как кто-то мог узнать, где спрятана записка? – спросил Костя. – Вы говорили об этом кому-нибудь? Даже внуку не говорили? Тогда остаются два предположения: либо кто-то случайно нашёл, либо специально проследил, когда вы прятали записку. Может, хозяева?

Виктор Григорьевич пожал плечами. Он не мог предположить ничего конкретного.

Глава 4. Проще простого

– И каковы наши перспективы? – официально вопрошал Костик. – Эй, народ! Спрашиваю, чего такие кислые? Мозги зашли в тупик?

Ребята покинули дом деда Вити и теперь неопределённо слонялись по улице. Девчонки нахмурились, и Костя пытался их развеселить.

– Где нам её теперь искать, эту записку? – рассеянно и устало спросила Маша.

– Плюньте вы на неё! Дело о пропавшем телепузике раскрыли – и молодцы! Или ты переживаешь ещё и из-за вазы?

– Я только не пойму, почему тебе так весело? – спросила Оля. – Сам ведь понимаешь: чёрт с ней, с вазой! Дело-то в другом.

– В другом, – согласился Костя. – А может, и дела никакого нет? Вот ты, Маша, не знаешь, где искать записку. А надо ли её искать? Не проще ли для начала поговорить с их внучком? Что, если у него просто шутки такие?

Девчонки задумались.

– Да, в твоих словах есть смысл. Что это мы разнюнились? Извиняй, Костян, не будем больше, – улыбнулась Оля.

А Маша заметила:

– Всё-таки не думается мне, что это шутка.

– Поговорим с Саней – авось расколется! Тогда и узнаем, что гадать, – парень пожал плечами.

– Поговорим с Саней? – задумчиво проговорила Оля. – А это мысль! Маш, надо позвонить нашему Сане! И всем нашим! Вдруг они свежим взглядом что-нибудь сообразят?

Маша согласно кивнула, а Костя нахмурился.

– Кстати, Кость, о чём вы с Виктором Григорьевичем разговаривали, когда мы обувались?

– Всё о том же. Я спросил, сказал ли он Сашке о потере записки.

– И что?

– Сказал. Кстати, Саша сегодня вечером приезжает. Разволновался очень из-за пропажи, вот и примчится. Вчера хотел, но не получилось, дела какие-то были. Я уже думал, в город к нему придётся ехать, адрес я знаю. А теперь всё само собой разрешилось.

– Какой ты молодец, – искренне похвалила его Оля. – Мне и в голову не пришло об этом спросить. Если бы не ты, пришлось бы возвращаться.

Костя заулыбался. Впрочем, он почти всегда улыбался. А что грустить?

На том и расстались. Костя побежал домой, а девчонкам предстояло зайти к тёте Лене, чтобы подбросить фигурку. Они постарались отделаться от неё как можно быстрее и поспешили домой.

Оля сразу же позвонила Саше.

– Что? Вы без нас историю замутили? – закричал он. – Ну, даёте! Почему ты сразу не рассказала?

– А я что делаю? Я и рассказываю, – хмыкнула Оля.

– А то ты не понимаешь! Надо было всё с самого-самого начала рассказать.

– Ладно, когда в следующий раз узнаю, что у кого-то испортились отношения с мужем, сразу же позвоню тебе.

Саша пропустил её высказывание мимо ушей.

– И что это за дилетант – Костя? Тот деревенский, что ли? – продолжал возмущаться он, впрочем, уже не так яро.

– Знаешь, что, городской! Не тебе решать, кто дилетант, а кто – нет. Между прочим, его голову посещают очень даже дельные мысли.

– Если вам с ним так хорошо, я мог бы сказать: «Вперёд, раскрывайте тайны со своим Костиком». И был бы прав. Но я беспокоюсь о вас и… можно, я тоже приеду? – тихонько спросил он.

Оля просияла. Вот такой он, Сашка! Сначала сделает вид, что возмущен, а через минуту не сможет скрывать своё любопытство. Он всегда поможет. А ещё в любую секунду он готов впутаться в какую-нибудь интересную историю! И в этом они похожи.

– Можно, конечно.

Теперь просиял Сашка, но этого никто не видел.

Они ещё немного поболтали, и Оля подошла к Маше.

– Вот видишь, а мы переживали, что они без нас во что-нибудь ввяжутся, – грустно проговорила Маша.

– Ага, – кивнула Оля. – А что с голосом? Ничего ведь ещё не случилось! А старик, наверное, сам забыл, куда бумажку пристроил.

– Всякое бывает… Но мне кажется, что-то ещё будет.

– Интуиция?

– Не знаю. Скажи лучше, как ты думаешь, стоит Костю одного к Саше отпускать сегодня?

– Но ведь Сашка только завтра приедет! И вообще, почему ты спрашиваешь? Почему бы это нельзя было Костю к нему отпускать?

– Как это – почему? И кажется, Костя сказал, что Саша приезжает сегодня вечером, – засомневалась Маша.

– А! – Оля рассмеялась. – Саша! Я не про того Сашу подумала. Знаешь, что, давай внука дедушки Вити называть просто внуком, ладно? Чтобы не путаться.

– Ладно, мне без разницы.

– Развелось всяких Саш…

– Да. Оль, так что насчёт Кости? Не присмотреть ли нам вечером за ним?

– Ну, то, что ему лучше идти одному, – это факт, – была уверенна Оля. – Они давно знакомы и, можно сказать, друзья. А мы с этим Сашей, внуком то есть, толком и не общались. Больше шансов, что он откроется перед Костиком, чем перед нами, верно?

– Да, правильно. Я тоже это понимаю. Но есть одно «но».

– Я тебя понимаю. Я тоже боюсь, что Костя может не найти нужных слов и всё ещё больше усложнит. Признаться, я сама думала за ним присмотреть. Но как?

– Не торчать же нам под окнами, – согласилась Маша.

– Тем более, под закрытыми окнами, – улыбнулась Оля. – Кстати, бабушка нас вечером никуда не отпустит. Скажет, что на улице мороз, а мы и так уже сегодня нагулялись.

– Что, кстати, правда, – кивнула Маша и закашлялась.

– Эй, Машка, ты чего! Ты же не вздумала заболеть? – испугалась Оля.

– Даже не собираюсь! Не допущу, чтобы вы занимались «опаснейшими» поисками без меня! И покашлять уже нельзя в своё удовольствие, – притворно возмутилась Маша.

– Кашляй сколько влезет! Но я сделаю тебе на всякий случай чай с малиной, хорошо?

– Хорошо. И бутербродик…

* * * * * * *

И снова Костик не зашёл вечером, и опять девчонки не находили себе места. Но ничего не попишешь, оставалось ждать до утра.

Костя пришёл рано, но девчонки уже встали.

Парнишка прямо сиял. Да-да, вот так стоял, улыбался и молчал!

– Костик, не тяни, а то получишь, – пообещала Оля.

Маша подтвердила это взглядом.

– А чего вы грозные с утра?

– Костя!

– Хорошо, только развесьте уши, сейчас в них польётся информация.

И мальчик рассказал интереснейшую историю, в которую, впрочем, не так-то просто поверить.

Началась она давно.

Жил себе на свете белый офицер, некто Александр Белов. В то время шла гражданская война. И то ли жил он здесь, то ли случайно оказался… Началось наступление красных, и офицер, почувствовав, что скоро его жизни может прийти конец, спрятал где-то в окрестностях деревни клад. Сыну отправил письмо, в котором было указано, где этот клад искать. Только сын был из простых, крестьянин. Незаконнорожденный. Говорят, перед лицом опасности Белов покаялся, что бросил любимую женщину и сына, и просил в этом письме прощения. В конце века это письмо объявилось в деревенской библиотеке. В сохранности, да только та часть письма, где речь идёт о местонахождении клада, оторвана. Говорят, там содержалась то ли загадка, то ли шифр.