Историческое фэнтези 2 стр.

Разработка серийного оформления С Власова Иллюстрация на обложке В Ненова© Прозоров А. , Посняков А. , 2015© Оформление ООО « Издательство „ Эксмо“», 2015 Глава I Весна 1585 г Троицкий острог Друзьявраги Атаман Иван Егоров

Самой лютой зимой от сотворения мира семь тысяч семьдесят второй, а от Рождества Христова тысяча пятьсот шестьдесят четвертой, через густые оршанские леса полз по скованной толстым льдом реке Улле длинныйдлинный обо

Одолев в борьбе за смоленский престол своего брата Зимобора, княгиня Избрана едва справляется с тяготами власти Проиграв войну, она находит приют в Плескове и там оказывается единственным защитником города, способным выйти навстречу целому варяжскому войску. Но и Зимобор, заняв смоленский престол, н

КАЙЛ ИТОРРТам, где прошел страх,останусь только я! Фрэнк Херберт" Дюна" Убить легко. Немало есть в человеческом теле мест, поражение которых приведет к смерти Еще больше к смерти немедленной И уж разновсякого

Когда я узнал, что мое написанное в момент острого приступа чувства юмора авторское вступление к роману « На всех хватит!» собираются сделать аннотацией, то все, на что меня хватило, – это тихо сползти под стол. Когда же по прошествии получаса я вновь сумел коекак сфокусировать взгляд на мониторе, в

Тетралогия « Король былого и грядущего» английского писателя Теренса Хэнбери Уайта (1906 — 1964) — одна из самых знаменитых и необычных книг жанра «фэнтези», наряду с эпопеей Дж Р Р Толкина « Властелин Колец» и трилогией « Горменгаст» Мервина Пика Воссозданная на основе британских легенд и мифов ист

Тетралогия « Король былого и грядущего» английского писателя Теренса Хэнбери Уайта (1906—1964) — одна из самых знаменитых и необычных книг жанра «фэнтези», наряду с эпопеей Дж Р Р Толкина « Властелин Колец» и трилогией « Горменгаст» Мервина Пика Воссозданная на основе британских легенд и мифов истор

« Подлинная и новейшая история св Грааля, как ее переписал со старинной книги смиренный раб божий Амвросий »

Все началось с того, что я стоял за прилавком книжного магазина и пытался продать очередную «тоже фантастическую» книгу очередному покупателю Покупатель оказался въедливым и, ткнув ногтем в полуодетую красотку на обложке, ехидно спросил: « Что, в этой книге и вправду есть… ээ… связанная обнаженная д

Беглец, мороз и снег, конные монахипреследователи с развивающимися крыльями клобуков… А в другой, отнятой, жизни – праздники лета и волшебные песни, любовь и колдовство Пронзительная, надрывная история о конце времен двоеверия, о победоносном шествии христианства по языческой Руси, о последних волхв

Какой была бы Новгородская земля, если бы не крещение Руси? Начало шестнадцатого века Млад Ветров – преподаватель Новгородского университета, шаман и волхв – не верит в пророчества и считает, что будущего не знают даже боги: не только боги, но и люди вольны его изменять Захватывающая история о тайны

Живая русская история дышит на страницах этой книги Но главная заслуга Марии Семеновой даже не в безупречной точности этнографических описаний – автору удалось показать события тысячелетней давности глазами их участника, который, в отличие от нас,еще не разучился примечать лешего за болотной корягой

Как Имо сотворил мир давнымдавно, когда все было подругому и луна тоже была другая Однажды Имо пошел на рыбалку, но моря не было Вообще ничего не было, кроме Имо Тогда он плюнул на ладони и потер одну о другую, и сделалс

И вот прозвучал голос Змея:— Смертный держит небо с богами Что же тогда титаны? И услышал:— Мы не нужны Не восстанут больше титаны никогда Мир их кончен На одном плече держит он небо. — Только боги нужны? Крониды?— Не

Овца откинула копыта вскоре после полудня, когда до города оставалось еще верных три мили. Совсем уж неожиданностью это для меня не стало — последние четверть часа она заметно сбавила темп, а под конец и вовсе начала по

Среди пустынь и пересохших степей Азии и Ближнего Востока то тут, то там вздымаются руины древних городов: полуобвалившиеся кирпичные стены, ямы безводных арыков и колодцев Каменные остовы торчат коегде и в безлесой

Авентюра первая. О том, чем кончилась рыбная ловля в Нотр Дамде Шан1 Крючок не выдержал Карп – здоровенный, не менее двух фунтов весом – сорвался и, победно блеснув серебристой чешуей, плюхнулся в воду Пьер охнул и

Ибо зло на совершившего тяжко ляжет; Ибо никто не знает, что еще будет, Ибо о том что будет, кто ему объявит? Нет человека, властного над ветром, И над смертным часом нет власти, И отпуска нет на войне. Все из праха, и все возвра

Чудесные пловцы! Что за повествованья Встают из ваших глаз – бездоннее морей! Явите нам, раскрыв ларцы воспоминаний, Сокровища, каких не видывал Нерей… … От сладостей земных – Мечта еще жесточе! Мечта, извечный дуб, п

Птица, поджав лапы, лежала на песке Хищная голова на длинной шее, вознесённая на полтора человеческих роста, медленно поворачивалась, привычно оглядывая окрестности Впрочем, для диатримы здесь не могло быть ни добычи,